Глеб и Аврора. Брак по расчету - Олег Ростов

Кое как успокоилась. Привела себя в порядок. Хотела позвонить мужу и рассказать ему всё. Но в последний момент остановилась. Не надо сейчас ему лишние переживания. Скажу ему, когда он вернётся. Я знаю, он обрадуется. Мы ведь оба с ним этого хотим. Решила всё же рассказать свекрови. Обрадовать её. Она была в холле. С ней был дядя Коля. И Дарья Дмитриевна плакала. У меня сразу перехватило дыхание.

— Мама, что случилось? Почему Вы плачете? Что-то с Глебом?

— Нет, Аврора. С Глебом всё хорошо. Но, у нас всё равно горе. Рене умер.

Это, конечно плохо, но я вздохнула облегчённо. Я плохо знала Рене. Наверное, поэтому не испытала каких-то сильных чувств о его смерти.

— Мне очень жаль, мама. Но теперь Ксюше не нужно выходить замуж?

— Нет. Брачный контракт аннулирован по независящим от нас причинам. — Это сказал мне дядя Коля.

— А Ксюша знает? — спросила я. Свекровь отрицательно покачала головой.

— Ксюша не знает. Но дело в том, что её увезли в клинику. Она рожает, Аврора.

— Рожает?

— Да. Я сейчас поеду к ней туда.

— Можно я с Вами?

— Можно. Поехали.

Решила пока ничего не говорить Дарье Дмитриевне. На сегодня и так довольно новостей.

Глеб

Когда летели в самолёте, спросил Стива:

— Ты что там за вундервафлю с собой захватил?

— Ремингтон 700. По сути снайперская винтовка, только гражданский вариант.

— Американская? С оптикой?

— Да, американская. Штатный прицел «бушнель». Калибр 7,62 на 51 НАТО. Очень хороший карабин. Ходовой. Простой, как молоток и надёжный.

— Да, Стив, тебе бы только пострелять.

— Что делать, люблю я это.

Прилетели ночью на место. Оттуда сразу в гостиницу. Утром были уже в офисе. Там меня ждал неприятный сюрприз. Управляющий оказался в больнице в тяжёлом состоянии. Его сбила машина. Виновный скрылся. Но машину вскоре нашли. Она была брошена. Её владелец за пару часов до наезда обратился в полицию с заявлением об угоне. Назначил одного из аудиторов временно исполняющем обязанности управляющего. Оставил здесь команду разбираться. Сам с тремя людьми Стива и аудитором отправились дальше. Нужно было посетить прииск. Вообще у меня их было несколько. Но этот был самым крупным. Полетели на вертолёте, так как туда летом можно было добраться либо по воздуху, либо на лошадях.

Смотрел в иллюминатор. За бортом раскинулось бескрайнее море тайги.

— Красиво, да? — Спросил меня Стив, глядя вместе со мной в круглое окошко.

— Красиво.

Летели уже часа полтора. Смотрел на сопки, густо заросшие деревьями. Начали снижаться. Снизились так, что до проходили в ста-ста пятидесяти метрах над сопками.

— Скоро прииск. — Пояснил Стив на мой немой вопрос.

Сами выстрелы мы не слышали из-за гула двигателя. Резко послышались звуки ударов по корпусу вертолёта. Тут же стали появляться пробоины в корпусе. На меня плеснуло кровью. Услышал, как Стив закричал пилоту, чтобы он уходил вправо. Вертолёт затрясло. Словно в замедленной съемке увидел одного из охранников. Он лежал на полу со снесённой на половину головой. Потянуло гарью. Вертолёт терял высоту и скорость.

— Горим. — Закричал кто-то. Звук работающего двигателя изменился, с ровного рокота перешёл в надрывный визг, бивший по ушам.

— Глеб, — кричал мне Стив, — Приготовься, сейчас удар будет. Жесткая посадка. Уроды, блядь! Суки, порву…

Потом все опрокинулось вверх тормашками. Меня бросило на противоположную сторону. В последний момент услышал скрежет сминаемого металла. Удар и темнота…

Ксения

Боже, как я устала. Эта изматывающая боль. Доченька что же ты всё никак родиться не можешь?

— У неё силы на исходе. — Услышала чей-то голос. — Стимуляцию!

Смотрела вверх. Видела глаза мамы. Всё остальное её лицо было скрыто медицинской маской.

— Доченька, соберись. — Слышала её ласковый голос. — Маленькой нужно родиться. Давай, моя хорошая. Мы все тебя очень любим. Мы все здесь собрались. Они там в коридоре. Володя, Аврора, Вадим приехал и Николай.

— Глеб? — Прошептала я.

— Он сейчас далеко. На вертолёте летит. Мы его должны обрадовать, что у него родилась племянница. Давай, солнышко моё.

Схватки усилились.

— Ксения тужься. — Это врач. — Давай, Ксюша. Ты можешь!

С надрывом замычала, пока из меня не вырвался крик. Крик боли и отчаяния, а ещё надежды.

— Мамочка!!!

— Всё хорошо, — Отдаленно слышала тот же мужской голос. — Ребёнок пошел. Головка показалась. Ксения не останавливайся, ещё немного.

Боль, напряжение казалось достигли высшей точки и вдруг всё кончилось. Словно кто-то выключил рубильник. Ничего не чувствовала. Голоса, звуки словно сквозь вату и становились всё тише и глуше. Но в последний момент услышала плач младенца… Всё, я уже больше не могу. В угасающем сознании видела только глаза мамы… Свет, мягкий, теплый и Глеб. Он стоял и улыбался мне. Хотела позвать его, но не могла произнести ни слова. Он тоже молчал. Только улыбался. Потом пальцами обеих рук изобразил фигуру в виде сердца. Прикоснулся к своей груди и потом указал на меня.

«Я тебя тоже люблю, братик мой»…

Глеб

В какой-то момент стал осознавать себя. Я жив? Откуда-то из далека, словно сквозь толщу воды слышал чей-то голос. Сначала ничего разобрать не мог, потом голос стал громче. Стал различать, что говорят.

— Глеб, Глеб, очнись, братишка. Давай, приходи в себя. — Почувствовал, как что-то прохладное и мокрое течёт по моему лицу. И тут же тело взорвалось болью. Стон вырвался непроизвольно. — Глеб! Глаза открой.

Открыл, вернее попытался. Свет. Всё расплывается. А левый глаз закрывала красная пелена. Кто-то взял меня за плечи и помог сесть. Голова гудела, как колокол.

— Глеб, я осмотрел твои руки и ноги. Вроде всё целое. Пошевелить ими можешь. Пошевелил, правой рукой, потом левой.

Левую руку саднило. А вот левое бедро, как и бок сильно болели.

— Ничего не вижу. — Услышал собственный хрип.

— У тебя голова разбита. Но это поправимо. Просто сильно рассечено. Сейчас подожди. — Кто-то стал мокрой материей протирать мне лицо. С левого глаза исчезла красная пелена. Понял, что это кровь заливала мне глаз. — Да, не слабо тебя ковырнуло. Сейчас. Сиди спокойно. — Зрение прояснилось. Увидел того, с кем разговаривал. Это был Стас или по другому Стив. Отец принцессы и мой друг. Личный телохранитель. Он достал из рюкзака упаковку бинта. Надорвал её. Сделал из куска бинта тампон. Наложил мне на