Мое чужое сердце - Арина Александер

— Ну что, готов? — в прогретый салон вихрем ворвался мороз и следом забрался сам Гончаров, потирая замерзшие руки.

Влад посмотрел в зеркало заднего вида и отыскал глазами припаркованную сзади фуру.

— Готов. Мажара на месте?

— На месте. Только что звонил Тоха, доложил, что приехал. И скажу тебе так: в полной боевой готовности. Подготовился нехило, человек двадцать с собой прихватил и расставил по периметру.

Шамров холодно улыбнулся. Даст он Витьку такую возможность, как уверовать в собственные силы и тонкий ум.

— Ты мне лучше вот что скажи, — завел двигатель и мигнул фарами, подзывая Костю-Бородача. Тот помахал рукой водителю фуры и поспешил в Ленд Ровер. — Как там наши парни? Держаться ещё? Не околели?

— Не переживай. Всё в норме. Хорошо, что пораньше засели и вьюга к месту, а то видишь как…

Как не переживать? Хотя и держался решительно, можно сказать, что борзо, а ощущение случившейся беды не покидало. Набрал Настю. Без ответа. Потом Макса. То же самое. Неприятное ощущение, липкое, противное обдало голову и грудь огнем, а ноги — леденящим страхом.

— Слушайте сюда, — обратился к настороженному Лёшке и посмотрел на Костю, кивнув и ему, — чтобы не говорил Мажара — выполняйте. Оружие не бросайте слишком далеко. Лёх, ты мне эту ухмылку с рожи сотри, словно король положения, — сухо поддел друга и тот сразу напрягся. — Мы пришли отдать украденное, а не перестрелять всех. Немного попроще будь.

Остаток пути провели в абсолютной тишине. Влад глубоко вдохнул. Так глубоко, что голова закружилась. Руки сами сжались в кулаки. Задержал это состояние в себе, до черноты в глазах, а потом отпустил. Тут нужно было думать о ком-то одном: или о Мажаре, или о Насте.

— Влад, что случилось? — Гончаров подался к нему, привлекая к себе внимание. — Эй, ты слышишь?

— Максим не отвечает, — ответил глухо, уже начав накручивать себя.

— Так, может, покрытия нет, — предложил Костя и поспешил прогнать нежелательные мысли. Они сейчас ой как не кстати.

— Может… — Влад протяжно выдохнул. Ещё издали заметил два Джипа и пятерых мужчин, околачивавшихся неподалеку. Притормозил, разворачивая машину мордой к въезду и следовавший сзади фургон повторил маневр. Холод, который сковал ноги, начал подниматься выше. Вот уже и грудная клетка похолодела. Было как-то… паршиво.

Вышел из машины. Всё вокруг белым бело. И он, темной тенью заскользил по пустынной территории ярко освещенной полной луной. Было видно, как днем. И звёзды, такие крупные, ослепительные. Где-то в чащобе ухнула сова.

— Шамров, — крикнул Мажара, и сделал пару шагов в его сторону, не стремясь особо отдаляться от внедорожника, — вот видишь, я же говорил, что вернешь? Говорил. И это ожидаемо. Нормально. Когда есть что терять, разве имеет цену какое-то там оружие. Так ведь?

— Конечно-конечно, — Шамров остановился, прекрасно понимая, что сейчас находиться под прицелом людей Витька, но и светить своих пока не рвался. Ещё не время.

— Ты ведь не против, если я попрошу «сдать» оружие? — и в подтверждение своих слов бросил пистолет в сугроб.

Влад последовал его примеру и взглядом приказал сделать то же самое Лёшке с Костей. В колею от колес полетели стволы.

— Вот это по-нашему. По-честному, так ведь, Шамров? Поговорим, как настоящие мужчины.

Согнув в локте руку, Влад сверился со временем и ухмыльнулся:

— Обязательно поговорим. Можем прямо сейчас начать.

Так странно внешне казаться спокойным, расслабленным, а изнутри быть натянутым до предела. Всеми фибрами души чувствовал каждый прицел, направленный в его сторону. Сколько их? Больше десяти? Ни о каком возвращении не могло быть и речи. И фура, следовавшая по пятам, была пустой. Вернее, в ней был груз, но совсем другой. Взрывоопасный. Водитель покинул кабину, как только остановил её в указанном месте и незаметно отошел на безопасное расстояние. Груз только послужил поводом для встречи и каждый это прекрасно понимал, но его нужно было вернуть любой ценой. Мажаре и так уже наступили на глотку и вышестоящих не заботило, кто и как похитил его. Их волновало, когда он вернет утерянное обратно. Сроки поджимали.

Влад ещё раз прошелся взглядом по уверенным фигурам напротив. Не понравились они ему. Особенно этот, высокий, с наглой ухмылкой, сверливший его в ответ. С виду обычный человек: с привычной славянской внешностью, цепким взглядом, крупным носом. Но было в нем что-то такое, что сразу заставляло напрячься.

— Я тоже думаю, что нечего тянуть, — согласился с ним Витек. — Да и на улице не июнь месяц, чтобы лясы точить до утра.

Мужчина сделал несколько шагов в сторону фуры. Влад незаметно сглотнул, сжав в кармане пальто кулаки. Напряжение росло в геометрической прогрессии.

— Надо же, чуть не забыл, — стукнул себя по лбу Мажара. — Ты ведь привез оружие? — то ли издевался, то ли на полном серьёзе прашивал.

— Привез. Хочешь проверить? — покосился на Гончарова, начавшего терять терпение.

— А то! Только… видишь ли, я ведь тоже не с пустыми руками. Должна же быть у меня какая-то гарантия. — Уверенно так говорил, спокойно, будто играя. Решил про себя, что не уедет порожняком. В любом случае останется в выигрыше. Поэтому дал знак Яну выпустить на свет божий припрятанный козырь.

Влад почувствовал, как внутри разлилась волна мутной, вязкой тревоги. Она растеклась по костям и мускулам, просочилась в мельчайшие капилляры и, наконец, едва не вырвалась наружу мучительным стоном.

Из белого внедорожника брыкаясь, показалась Настя…

Она принялась вырываться из удерживающих рук и приглушенно мычать. Противный скотч и перехваченные фиксатором руки только усиливали ощущения обреченности.

Этот случай и рядом не стоял со всеми предыдущими. А когда при лунном свете смогла различить Влада — вообще обезумела. Снова накатила волна ледяного отчаяния. Такого с ней никогда не было. Голова до сих пор гудела, а висок пульсировал тупой болью, но это всё мелочи по сравнению с испытуемым ужасом. Сердце просто не выдерживало всей этой ситуации, ходило ходуном, с болью врезавшись в грудную клетку. Глаза Шамрова просили не паниковать. Умоляли. Хотя… по лицу его увидела, как он сбит с толку и ошарашен. Сглотнула, увлажнив пересушенное горло, и тут же зашлась немым криком: к виску приставили холодное дуло. Но не это испугало, а реакция Влада, бросившегося к ней. Там было бешенство, страх, ненависть и что-то ещё, нечто мрачное, опасное. Таким его ещё не видела. Как не пыталась храбриться, шептать про себя молитвы, а как только пришла в сознание на заднем сидении Джипа, так и давилась страхом. Никто ничего не говорил, ничего не озвучивал. Всю дорогу сюда молчали. Телефон отобрали и выбросили в сугроб ещё там, на трассе. Знала, что везут к Владу, что используют ему во вред, и от этой мысли глухо стонала, давясь от безысходности. Ещё и тревога за Максима разрывала на части.