Ник и другие я - Татьяна Лаас

– …это всегда были Ледяные. Всегда.

Лин вздрогнул.

Зак тоже.

Ворон внимательно смотрел то на одного, то на другого в попытке понять хоть что-то. Уж события в Ледяной зоне он еще помнил.

Мика отвлекся от прибора, который они с Энн уже разобрали до последней схемы. Обезвредил-то он прибор еще там, на месте. Он нахмурился и уперся взглядом в Зака – тот только непонимающе пожал плечами и мотнул головой.

Лин, заметив тревожные взгляды, посмотрел на Ворона, замершего у стены, и уточнил на всякий случай:

– Ворон, ты о Тамиоре рассказывал Заку и Мике?

– Команды не было. – Ворон, подпиравший стену, выпрямился.

– Ясно. – Лин тут же сбросил лордам короткую запись встречи с Тамиором. У Зака только глаза и не загорелись – а так он весь заполыхал огнем: от коротких волос до кончиков пальцев. Пирокинетики в гневе опасны.

– Почему. Ты. Мне. Не. Сказал?! – Зак с трудом пытался продышать гнев и загасить пламя. Получалось плохо. Жердь выругался и отключил на пульте пожарную тревогу – еще чуть-чуть, и их бы окатило водой из распылителей под потолком.

– Праздник, – коротко ответил Лин. – А днем ты был где-то занят. Новость о Тамиоре не из тех, что бросают мимоходом по элтелу. Кстати, Ворон…

Вампир лишь приподнял вопросительно бровь.

– …можешь дышать – Зак установит тебе и Сому элтел, без него работать сложно.

– Есть, дышать, – сказал Ворон, делая долгий вдох. Ему завторил Сом. Если установка элтела и началась, то Ворон ничего особо изменившегося в себе не заметил. Ровно до появления внутреннего экрана с сообщениями, временем и прочей… Хренью. Это была характеристика. Сома, а не его. И прислал он её по элтелу – удобная штука: и пар спустил, выругавшись, и в глазах окружающих остался воспитанным.

Зак все же взял себя в руки, оставляя в пультовой стойких запах гари. Он печально посмотрел на Мику:

– Только. Не. Наговори. На госизмену. Прошу – следи за своими словами, я-то… – он не закончил, сжимая челюсти, чтобы опять не загореться.

Мика понятливо кивнул – он знал ограничения Зака, теперь знал:

– Что ж… Даже не знаю, с чего начать.

Лин предложил:

– Например, с того, все ли лорды возвращаются к жизни? У вас есть ДНК-хранилище, у вас есть приборы… Капсулы или как это называется… Для клонирования.

– Баки для клонирования, – подсказал Мика.

Лин кивнул и продолжил:

– У вас есть записи сознаний, полагаю, всех лордов и леди Холмов.

Все вокруг замерли, приостанавливая свои дела – даже Жердь развернулся в своем кресле от пульта. Ответ Мики хотели слышать все.

– Нет, Линдро. – качнул головой Мика. – Все не так, как ты думаешь. Убежища не были рассчитаны на такой срок эксплуатации. Убежища уже давно не те. Они жрут слишком много энергии, а солнечные батареи на орбите выходят из строя без ремонта. Нам не хватает энергии, нам не хватает ресурсов.

Зак отошел в сторону, к пульту. Сложил руки на груди и, игнорируя происходящее в пультовой, принялся рассматривать зал. Тот был украшен хрустальными нитями, спускающимися с потолка и разделяющим большой зал на небольшие зоны. Танцплощадка была занята. Оркестр играл что-то современное. Пары во всю танцевали в приятном полумраке.

Немного недовольная Ви замерла в объятьях Парры – тот не подозревал, как близок к знакомству с умением девиц Рассел постоять за себя. Зак незаметно подключился к Ви.

Лекс ей тихо выговаривал:

– Деньги, подаренные сегодня, разделим пополам – тебе и мне…

Гормоны у Ви зашкаливали – кажется, ей не нравилось предложение Парры или не нравился он сам, а ведь хороший же парень, но Расселы – это Расселы. Что раз себе втемяшат, того и придерживаются.

Лекс продолжил:

– Я открою счет на имя Доль Парры-Рассел. Перечислю туда свою половину. Это будут только её деньги…

Ви почти моментально успокоилась, и Зак отключился.

На высокой сцене сейчас было пусто, только и остались пилоны после выступления стриптизерш.

Ники сидела за столиком и скучала. Ульв тихо спросил у неё – Зак снова подключился без спроса:

– Заметила в себе изменения?

Она лишь кивнула:

– Пора бить одну наглую лигрову морду.

Зак криво улыбнулся – бить надо было его, а отнюдь не Линдро. Он потом ей объяснит. Подключаться к Сэм он не стал – обещал же не делать этого.

Мика продолжил тем временем:

– Уже больше столетия действует запрет на возвращение – так это называется. Он изначально касался только изгоев, теперь касается всех – никакой реанимации в Колыбели до полной очистки Земли. Лордов и леди и так много для быстро стареющих Убежищ. Вот как-то так.

Лин справедливо заметил:

– Тогда почему вернулся Тамиор? Эта ваша Колыбель есть в каждом Холме?

Зак резко развернулся:

– Нет. И где Колыбель – даже я не подозре… – наны заблокировали его ложь. Он вынужденно поправился: – не знаю.

– Даже так, – сдержанно сказал Лин. – То есть… Зона тридцать?

– Может быть, – вздохнул Зак – все же Росси оркски умный и наблюдательный. И это хорошо. – Что-то еще?

– Ледяные могли взломать защиту Колыбели?

Ему ответил Мика:

– Когда ты заперт в быстро умирающем Убежище, то что только не сделаешь. Холм Льда умирал – их АСУ был уничтожен. Без АСУ не выжить под землей – там дикие температуры, Лин. Системы охлаждения, очистки воздуха, очистки воды, пищевые принтеры – все это требует огромного количества энергии.

Лин нахмурился:

– Они там… Что… Все умерли?

Зак пожал плечами:

– Не знаю. Понятно только одно – Королева узнала о воскрешении ледяных и приняла свои меры.

– А страдают все, – скривился Линдро.

Энн тихо сказала:

– Клубы закрываются в шесть утра. Уборка занимает от двух до трех часов. Открываются клубы в пять после полудня, персонал, конечно, приезжает заранее – репетиции и прочее… Но… С девяти до полудня в клубах точно только охрана или минимум персонала.

– Это не выход! – вскинулся Мика, моментально все понимая. Зак отвернулся и смотрел в окно, где на танцполе, не зная об опасности, танцевала Сэм. Ледяные были признаны изгоями, но справедливо