Грешник - Шанталь Тессье

Она подтягивает под себя ноги и широко их раздвигает. Не стыдясь того, что раскрывается для меня. Я ввожу в нее два пальца, и она толкается, желая большего. Вытащив их, я провожу ими по ее заднице, и Элли покачивает ею взад-вперед.

— Не шевелись, — приказываю я, вдавливая в нее большой палец и заставляя ее зарыться лицом в кровать и застонать. — Не волнуйся, маленький демон. Я трахну тебя и в задницу.

_______________

Я стучу в дверь и быстро отправляю сообщение.

«Позвони мне».

Убрав в карман мобильник, я делаю глубокий, успокаивающий вдох. Мне нельзя сорваться. Не так, как мне бы хотелось. Ещё нет.

— Входите, — слышу я с другой стороны двери голос отца.

Открыв ее, я вхожу в его кабинет в доме моих родителей.

— У тебя есть минутка? — спрашиваю его я.

— Истон, — рычит он, упирая руки в бока. — Сядь!

Рявкнув на меня, отец указывает на стул напротив своего стола.

Скрипя зубами, я делаю, как мне говорят.

— Где, черт возьми, ты был?

— Занят, — неопределенно отвечаю я.

Он фыркает.

— Амелия не может до тебя дозвониться. Я пытался дозвониться до тебя, но твой телефон сразу переключается на голосовую почту, — обойдя свой стол, отец прислоняется к нему спиной. — Это связано с Элли?

От одного звука ее имени, слетающего с его губ, у меня закипает кровь. Я ничего не говорю.

Вздохнув, отец стискивает челюсть.

— Мне позвонил Линк. Сказал, что Ченс отменил свадьбу.

— Амелия мне сказала, — сообщаю ему я, и это правда. Но это также говорит о том, что я с ней разговаривал. Ему не обязательно знать, что я не ответил.

В ответ на мою полуправду он расплывается в улыбке.

— Линк сказал, что Лора не может с ней связаться. Они думают, что она принимает наркотики в чьем-то подвале.

Я смеюсь над тем, насколько они близки к своему предположению. Она действительно в чьем-то подвале — в нашем. Но она трезва настолько, насколько это возможно. У меня было два дня с женой. Секс без остановки. Мое время с Элли ограничено, и я как никогда полон решимости обрюхатить ее. Как только я уйду, у нее не останется шансов родить моего ребенка.

— Что смешного? — рявкает отец.

— Она годами принимала наркотики, и Линку вдруг стало не все равно, где она и что делает, — пожимаю плечами я. — Может, если бы ему было не все равно раньше, она бы на них не сидела.

Отец проводит рукой по своим темным волосам.

— Сомнительно. Эта женщина — наркоманка. Секс, наркотики, алкоголь. Я имею в виду, никто не может ее винить. — Он притворяется, что заботится о ней. — После того, через что Джеймс заставил пройти эту бедную девочку, но ей нужна помощь.

Я склоняю голову набок.

— Какая помощь? — спрашиваю я.

Отец не отвечает, и это говорит мне все, что нужно знать, — он мне не доверяет. Если он расскажет мне слишком много, то вдруг я пойду и предупрежу ее о том, что они для нее запланировали. Это может быть реабилитационный центр или что-то похуже, где они будут помогать ей бороться с зависимостью, пичкая лекарствами. Я не исключаю, что они могут запереть ее, таким образом, у них будет доступ к ней, когда они захотят.

Оттолкнувшись от стола, он обходит его и садится в кресло.

— Я вчера разговаривал с Кирой, она была у Элли. Сказала, что у нее все плохо, — вру я.

— Вот видишь, — вздыхает отец. — Однажды кто-нибудь просто найдет ее мертвой.

Я вздрагиваю от его слов, потому что думал о том же самом бесчисленное количество раз. Я не верю, что моя жена склонна к самоубийству, но ставит ли она себя в чертовски глупые ситуации? Да. Пример тому — Холланд на вечеринке в тот вечер. Я даже не хочу думать о том, что могли бы с ней сделать мой отец или Линк, представься им такая возможность.

Звонит мой мобильный, и я, спрятав улыбку, приподнимаю бедра, чтобы достать его из кармана.

— Привет, детка, — отвечаю я, когда вижу, что это Амелия. Как раз вовремя.

— Привет, где ты был, Син? — выпаливает она.

— На задании.

Еще одна ложь, и мой отец выглядит обеспокоенным. Как будто ему не пришло в голову спросить, как у меня дела с Лордами. Конечно, он слишком сосредоточен на моей жене.

— О, — удивляется Амелия. — Я скучаю по тебе. Могу я увидеть тебя сегодня вечером?

— Я тут подумал… не хочешь уехать? Следующие несколько дней Корбин и моя сестра пробудут в коттедже его родителей. Он пригласил меня вчера, но у меня не было возможности спросить тебя.

Это я предложил Корбину отвезти туда Киру. Мне нужно, чтобы Кира сейчас была как можно дальше от Элли, поскольку я прячу в нашем доме ее мертвого отца. Корбин был более чем готов забрать мою сестру на выходные. Можно использовать их отношения в своих интересах.

— Конечно, — визжит Амелия. — Я буду готова через час.

— Не спеши. Мне нужно уладить несколько дел, прежде чем мы сможем уехать.

Самая важная из которых — моя жена.

— Я заеду за тобой в семь вечера, — я вешаю трубку, прежде чем она успевает сказать, что любит меня. Каждый раз, когда Амелия это говорит, мне хочется блевать.

— Я не знал, что ты был на задании, — говорит мой отец, когда я убираю в карман телефон.

— Ничего страшного, — я отмахиваюсь от него, поднимаясь на ноги. — Я собираюсь уехать на несколько дней. Думаю, это то, что нужно нам с Амелией. Немного времени наедине.

Отец кивает.

— Я горжусь тобой, сынок. Я знаю, что это трудно, но Амелия тебе подходит.

Я хочу перерезать его гребаное горло и посмотреть, как он истекает кровью.

— Я тоже так думаю.

От этой лжи у меня во рту появляется неприятный привкус.

— Я позвоню тебе, когда вернусь в город.

ЭЛЛИНГТОН

Я сижу у кухонного острова в нашем с Сином доме. Уже поздно, солнце село пару часов назад. Передо мной бокал и бутылка вина. Я могла бы просто выпить из бутылки, но мне хочется подсчитать, сколько бокалов мне понадобится, чтобы выпить все вино.

Я пью не для того, чтобы надраться. Нет, я пью, чтобы обезболить свое тело. Мне больно, но в самом лучшем смысле.

Последние пару дней Син трахал меня как только мог. Сегодня я впервые увидела дневной свет с тех пор, как стояла перед ним на коленях в душе. Он держал меня взаперти в подвале. Мне