И никакая сила в мире... - Лори Макбейн

Довольно-таки мягко сказано, отметил про себя Алистер, поднеся кружку к губам.

– Буду рад нанять каждого, кто хочет заработать. Заплачу хорошие деньги, – добавил Данте, глядя на притихших людей.

– Будь я проклят, если не помню вас, лорд Джейкоби! Только вот что-то раньше вы не спешили платить по счетам, – отозвался мужчина с обветренным лицом, сидевший за столом как раз напротив Лейтона. – Какого же дьявола я должен верить вам сейчас, хотя, признаться, мужества вам не занимать, раз вы решились прийти нынче сюда. Думаю, в Мерлее полным-полно тех, кто вас не забыл. Не забыли и того, в чем вас тогда обвиняли. Увы, милорд, в наших краях у вас осталось маловато друзей.

Алистер молча отер рукой губы и про себя поклялся глаз не спускать с угрюмого рыбака, что так необдуманно задел честь его капитана.

Но ответ Данте Лейтона изумил верного Марлоу. Вместо того чтобы вспылить, он только молча кивнул, соглашаясь с обвинениями грубияна. Рука капитана скользнула в карман, и через мгновение на грубо оструганном столе появился небольшой кожаный мешочек. Данте протянул его рыбаку.

– Открой-ка, – резко приказал он тем же тоном, что некогда отдавал команды марсовым, стоя на вздыбленной палубе «Морского дракона». Мужчина пожал плечами, неловко потянул за кожаный шнурок и высыпал на стол содержимое кошелька. Раздался мелодичный звон, и у посетителей загорелись глаза – на темном дереве сверкали золотые монеты.

– С каждым, кто захочет на меня работать, я буду щедро расплачиваться в конце дня. Платить буду за ту работу, что он сделал за день. Только не обольщайтесь – работа предстоит нелегкая. Провести меня не удастся. Сам я немало потрудился, чтобы заработать эти деньги, и такой же работы я буду требовать и от вас. Любой, кому это не по душе, мне не нужен, – предупредил Данте. Рыбак, что первый узнал его, изумленно таращил глаза. Он не забыл изнеженного, испорченного молодого аристократа, что пустил по ветру семейное состояние, и сейчас поверить не мог, что перед ним тот же самый человек.

Похоже, ему не привыкать приказывать, к тому же он ни минуты не сомневается в том, что приказ его будет выполнен, озадаченно подумал Вильям Браунвел, вглядываясь в суровое, бронзовое от загара лицо хозяина Мердрако. Он всегда гордился тем, что с первого взгляда мог понять, что скрывается за непроницаемым лицом любого человека. И теперь он прочел что-то такое в этом ледяном взгляде, что пришлось ему по душе. Лорд Джейкоби не отвел глаз, напротив, он смотрел открыто, честно, и Вильям Браунвел внезапно почувствовал, что верит ему безоговорочно.

– Если кто-то здесь сомневается, что я способен заплатить за работу, ну что ж, можете навести справки у моих банкиров. На моем счете в здешнем банке, в Мерлее, довольно крупная сумма денег, то же самое в банке в Уэстли-Эббот, в Бристоле, в Лондоне. Мой поверенный с радостью удовлетворит ваше любопытство, господа, если у вас остались сомнения.

– Могу заверить вас, джентльмены, – услышал вдруг Алистер собственный голос, – что Данте Лейтон – человек слова. Я служил старшим помощником под его командованием на «Морском драконе», мы вместе сражались с врагами в море, и все они, поджав хвост, бежали прочь, лишь завидев паши паруса. Наш капитан не знал поражений. И клянусь вам, вся команда любила и уважала его. Поэтому будьте уверены, что, если капитан дает слово, ему можно верить, – закончил Алистер, глаза его горели тем же огнем, что и во время битвы.

– Да будь он богаче самого короля, я и тогда не решусь замарать руки, работая на такого человека, как он! – раздался чей-то злобный голос из дальнего угла комнаты.

Все, кто только что с таким вниманием слушал пылкую речь Алистера, обернулись.

– Джек Шелби – мой друг, и об этом вам забывать не следует, – добавил тот же человек. Он поднялся со своего места и протолкался сквозь плотную толпу поближе к Данте Лейтону. – Будь я проклят, если наш Джек забыл, кто ему друг, а кто враг! А если и забудет вдруг, так я ему напомню, – добавил он, оглядываясь вокруг, словно стараясь запомнить лица сидевших в зале людей.

– На вашем месте я бы не волновался так из-за Джека Шелби, – спокойно заметил Данте.

– Ах вот как, милорд?! – издевательски протянул наглец, смерив Данте с ног до головы презрительным взглядом.

– Дни Джека Шелби сочтены. Можете передать ему мои слова, – невозмутимо продолжал Данте, глядя прямо в глаза побагровевшему от бешенства человеку, которого от ярости, казалось, вот-вот хватит удар. Потом, прежде чем тот смог сообразить, что происходит, маркиз Джейкоби метнулся к противнику, в мгновение ока скрутил ему руки и пинком вышвырнул вон из трактира под свист и улюлюканье. Вся компания радостно зашумела: этого буяна здесь недолюбливали, и его позорное изгнание вызвало одобрение.

Наглец с грохотом скатился по выщербленным ступеням лестницы и кубарем вывалился на улицу. Придя в себя, он поднялся на ноги и с трудом подобрал упавшую на камни мостовой шляпу, дав себе страшную клятву отомстить каждому, кто был свидетелем его позора.

– Вы еще об этом пожалеете, милорд! – проскрежетал он, бросив взгляд в сторону трактира. – Вы еще пожалеете! Погодите у меня! Немного подождите, совсем чуть-чуть, дайте только добраться до Джека, а там уж я все ему выложу. Вот увидите! – хрипло крикнул он и заторопился прочь от трактира, то и дело оглядываясь через плечо и грозя кулаком. Взрывы хохота, долетевшие до его ушей, привели его в бешенство.

Данте Лейтон обернулся и обвел взглядом людей, которые столпились вокруг. Он с облегчением заметил, что теперь мужчины смотрели на него по-другому, будто видели в первый раз, словно и не было никогда избалованного молодого лорда, каким он остался в их памяти.

– Можете также сообщить, что я ищу арендаторов тех земель, что лежат по соседству с Мердрако. Арендная плата не будет слишком высокой, и как будущий лендлорд я обещаю, что для начала вы получите все необходимое, чтобы обзавестись хозяйством. Все, кто решит работать на Лейто-нов, об этом не пожалеют – они и их семьи будут под моей защитой, – пообещал хозяин Мердрако.

– Но ведь эти земли больше уже не принадлежат Мерд-рако, – пробормотал кто-то. – Мы думали, что они давно уже собственность сэра Майлза Сэндбурна.

Данте торжествующе улыбнулся:

– Все земли, что издавна принадлежали Мердрако, снова стали моими. Могу заверить вас, что сэр Майлз больше не хозяин ни одного клочка земли, которой из века в век владели Лейтоны.

Незаметно подошедший к нему Вильям Браунвел протянул Лейтону кожаный кошель.

– Вот ваши деньги, милорд, – сказал он. Алистёр решил было, что тот собрался отказаться, но рыбак добавил: – По крайней мере теперь у меня есть надежда заработать себе на кусок хлеба.

Данте взял кошель.

– Надеюсь вскоре увидеть вас в Мердрако, – сказал он.

– Угу, правильно. Многие из наших будут рады узнать, что вы станете нашим новым лендлордом. Сэра Майлза в наших краях не очень-то любили. Что ни год, повышал плату за землю, вот так-то. Бьюсь об заклад, что старина Кирби тоже с вами, а? – с любопытством спросил Браунвел. – Мы с ним старые дружки были, аж до тех самых пор, пока он не исчез. Я-то всегда догадывался, что не иначе как он вас разыскал.