Я буду любить тебя - Кристина Ильина

"А хорошо было бы, если бы я вправду была твоей сестрой".

— Андрей, а тебе на дежурство не надо? — Дима посмотрел на часы, а затем перевел взгляд на Андрея.

— Ник, я пошёл тогда, а ты отдыхай, и не переживай. Все будет хорошо, я обещаю, — поцеловав меня, он ушел.

Мы с Димой просидели до самого вечера. Он накормил меня вкусняшками, рассказывал всякие смешные истории, шутил. Он веселил меня, как только мог и пытался отгонять от меня всякие грустные мысли, которые так и торчали у меня в голове. Ближе к вечеру у него это получилось, и я совсем забыла о предстоящей операции.

Когда Дима ушел я старалась не думать о плохом, но мысли одна за одной так и лезли в мою голову. Мне было страшно. Рука так и тянулась за телефоном, чтобы набрать знакомый до боли номер, но как только я брала мобильный в руки, меня охватывал страх, волнение. Я так хотела позвонить Ване, но почему-то мне было страшно, я боялась, что он просто увидев мой вызов на дисплее, отклонит его. Я пыталась держать себя в руках и не плакать, но все было напрасно. Я ревела. Осталось всего две недели и меня не будет. Ваня дал бы денег, это для него пяти минутное дело. Я знала, что у него на счету есть большая сумма денег. Там бы хватило не только на операцию, ну и на дальнейшую жизнь. Но я не могла попросить у него денег, так как мне было неудобно, он и так кучу денег на меня потратил, да и к тому же мы почти разведены, я ему ни кто.

Ночью я не могла не уснуть. Я боялась. Боялась заснуть и больше не проснуться. Ни смотря на позднее время, я решила позвонить маме. Я не собралась просить у нее денег, я знала, что у нее их просто нет.

— Алло...- произнесла мама, подняв трубку.

На моем лице тут же появилась улыбка. Я была рада, что мама мне ответила. Мне так хотелось прижаться к ней, и поплакаться. Я ни как не могла начать разговор. Было тяжело издать даже какой-то звук, чувствовалось напряжение.

— Я слушаю! — настойчиво произнесла она.

— Мама...- из глаз хлынули слезы. А от следующих её слов я просто потеряла дар речи.

— Девушка, вы ошиблись номером. У меня нет дочери, — сказала она уверенно.

Я ревела уже в открытую. Все эмоции вылезли наружу. Я глотала соленные горькие слезы, которые катились по щекам. Почему она так со мной. Я же её дочь! Родная дочь! Не выдержав, я закричала в трубку:

— Мама! Мамочка, не бросай меня, пожалуйста! — по телу побежала дрожь, ноги затряслись. — Мама, это я Ника! За что ты так со мной! Почему?! Я что-то сделала не так?! — мой голос сорвался. В горле запершило. Я начала кашлять. Сердце пронзило жуткой болью, как будто воткнули нож. Я схватилась за сердце и держалась из последних сил. Я так боялась не успеть произнести эти слова.

Вселившись в простыню рукой, я сжала её в кулак.

— Мамочка, я люблю тебя....- произнесла я полушёпотом.

На том конце послышались короткие гудки. Она бросила трубку! Она бросила меня!

Как только я отложила телефон в сторону, он загорелся вновь. Я думала это мама, звонок просто сорвался, и он звонит, звонит мне, что бы сказать, как любит.

— Мамочка....- я улыбнулась сквозь слезы. Секунды молчания длились для меня будто вечность.

— Ник, это я Ваня, — он замолчал. — У тебя что-то случилось? Почему ты плачешь? — встревоженно спросил он.

Я не могла снова ничего произнести. Я только открывала рот, но звуков не было. Я начала всхлипывать.

— У тебя все хорошо? — переспросил он. — Сам не знаю почему, но я почему-то чувствую, что тебе больно. Я позвонил, чтобы узнать все ли у тебя в порядке. Где ты? Что с тобой? Ника, ты меня слышишь?! — уже орал он. В трубке явно была слышна возня. Ваня куда-то собирался.

— Не молчи Ник! Ответь хоть, что-нибудь! Ты там жива, нет вообще!?

Как он мог чувствовать мою боль? Неужели нас что-то еще такое связывает, что даже на таком дальнем расстоянии мы можем чувствовать боль друг друга? Ведь когда он уехал в ту ночь, я чувствовала тоже самое. Я чувствовала, что ему больно, и что ему нужна помощь. Неужели есть ниточки, которые связывают нас?

— Так, все я выезжаю! Ника! Мать твою, ответь! — кричал он в трубку.

Я слабела. Я не чувствовала свое тело. Руки уже не сжимали мобильник. Сидеть я не могла, тело тянуло меня назад. Я чувствовала, что это конец. Это все. Плакать сил не было. Из глаз если вытекали маленькие слезинки.

— Я люблю...- произнесла я тихо. — Я буду любить тебя...- не договорив последнее слово, я упала назад и ударилась об край кровати. Последнее, что я почувствовала, эта резкую боль в голове.

Глава 27

(От лица Вани)

Быстро одевшись, я выбежал на улицу, сел в машину и поехал к общаге. Конечно же, ни в какой Питер я не уезжал и даже не собирался. Я знал Нику как облупленную, я так и знал, что у нее будут какие-то проблемы. Поэтому и не уехал. Пусть даже рядом с ней был Мигель и этот Андрей, от которого как я и ожидал толку ноль, мне все равно было не спокойно.

Всю дорогу до общаги я названивал ей, но трубку ни кто не брал. Это меня бесило. Я нервничал. Нажав по газам я мчался по пустым безлюдным улицам.

В общаге её не было, я пошел к Лере, но та, по словам соседей дома не появлялась уже неделю.

— Вот дрянь! — выругался я, обращаясь к Нике. — Опять бухает, — почему-то я был уверен, что моя жена, опять связалась с этой шалавой.

Но, уже выйдя из общаги, я вспомнил, что она плакала и в трубке не было слышно посторонних голосов. Сев на скамейку, я закурил.

— Где же тебя носит-то в три часа ночи?

Я решил позвонить Мише, уж он-то точно знал, где ошивалась моя жена. Набрав номер друга, я услышал в трубке голос девушки "абонент временно не доступен", твердила она.

— Ну а ты-то куда делся? — задал я уже второй вопрос в пустоту.