Мужчины свои и чужие - Кэти Келли

– Ладно, душечка, увидимся позже.

Она резко повернулась и быстро прошла мимо Дуга, как будто была с ним незнакома. Не хотелось еще больше ослож­нять ему жизнь. Если он хочет вернуть Кайтлин, то, возмож­но, ему ни к чему объяснять свою дружбу с Лиони.

Лиони заказала кофе и печально подумала, что в их отно­шениях и скрывать-то нечего. Уныло болтая ложкой в чашке, она внезапно сообразила, что жалеет об этом. Дуг такой доб­рый, очаровательный, душевный человек. Сейчас ей хоте­лось, чтобы он был для нее не только другом. Ей хотелось много больше. И у нее был шанс, но она им не воспользова­лась. А сейчас все потеряно…

«Не дури! – твердо сказала она себе. – Он никогда не интересовался тобой как женщиной». Что может она предло­жить мужчине, который встречался с такой красоткой, как Кайтлин. У нее блестящая карьера, ей много меньше сорока, и ей не приходится покупать старушечьи туфли огромного размера?

Лиони потягивала кофе и смотрела в окно, мечтая, чтобы Дуг послал Кайтлин куда подальше. Она уже прикончила вторую чашку, когда в дверях показался владелец галереи. Заметив ее, он замахал руками и направился к ней.

– Вы Лиони? – спросил он. Она кивнула.

– Дуг попросил меня передать вам вот это и извиниться за то, что не сможет отвезти вас в аэропорт. – Он положил на стол банкноту в пятьдесят фунтов. – Ему очень жаль, но с мадемуазель Кайтлин истерика, и он ее успокаивает. Уж эта мне примадонна! – Он с отвращением передернул плеча­ми. – Я бы сам с удовольствием отхлестал ее по щекам, но Дугу это может не понравиться, а я его очень люблю.

Лиони слушала вполуха – отключилась, когда узнала, что Дуг не повезет ее, потому что утешает Кайтлин. Он ведь был таким надежным. Никогда не подводил. Но чего не сде­лаешь ради человека, которого так любишь и с которым был надолго разлучен.

Лиони почувствовала, что вот-вот расплачется, и отодви­нула деньги.

– Спасибо, не надо, – храбро заявила она. – У меня полно денег. Дуг просто хотел оказать мне услугу, – добави­ла она.

– В самом деле? – Глаза владельца галереи были умны­ми и проницательными. – Я бы вам не советовал так разбра­сываться. Вот я когда-то оказался дураком – и взгляните на меня сегодня. Один как перст.

И он ушел, оставив деньги на столе.

Лиони схватила деньги, сумку и выскочила в дверь. Она побежала прочь от галереи, задыхаясь от жары на августов­ском солнце и стараясь не думать о том, как Дуг с любовью сжимает в объятиях Кайтлин.

За углом была стоянка такси. Опустившись на сиденье машины, Лиони почувствовала, что вся вспотела, тушь текла по щекам, а янтарного цвета шелковая блузка прилипла к спине. Водитель попытался с ней заговорить, но она отвечала односложно, тупо глядя в окно, и он оставил ее в покое. «Ах, Дуг, Дуг! – в отчаянии подумала Лиони – Почему я не по­няла этого раньше? Теперь уже поздно».

Мел и Эбби вышли в зал прилета одними из последних – загорелые, сияющие, нагруженные горой чемоданов и кучей пакетов.

– Мам! – дружно взвизгнули они, заметив ее. Лиони обняла обеих, плача от радости.

– Я так рада вас видеть! – с трудом произнесла она.

– Мы тоже, – хором ответили девочки.

– Выглядите вы замечательно, – улыбнулась Лиони. И это была правда.

Особенно поразила ее Эбби. Девочка вытянулась, стала выше Мел, и фигура ее уже не казалась коренастой. На ней были джинсы в обтяжку, подчеркивающие длинные ноги, и бирюзовая футболка, на фоне которой ее поразительные глаза выделялись еще больше. Руки увешаны серебряными индейскими браслетами с бирюзой, волосы выгорели, отрос­ли и свободно падали на спину.

– Эбби, ты стала просто красавицей, – сказала Лиони, отступая на шаг и разглядывая своего гадкого утенка, кото­рый и в самом деле превратился в прекрасного лебедя.

– Я и чувствую себя великолепно, – улыбнулась Эб­би. – Я чувствую себя самой собой и никем больше.

– Она без конца читала всякие самоучители, – хихикнула Мел. – А я, что бы ни делала, не могу найти в себе внут­реннюю силу!

– Ты отыскиваешь эту внутреннюю силу, только когда видишь симпатичного парня, – поддразнила Эбби.

Тут, как по заказу, мимо прошла группа молодых людей с рюкзаками: они чуть головы себе не свернули, разглядывая девушек. Привыкшая к такому вниманию Мел кокетливо улыбнулась. Но Лиони поразила реакция Эбби. Она с уве­ренной усмешкой посмотрела на парней, откинула голову и рассмеялась, рассыпав волосы по плечам. «Она уверена в себе! – поняла Лиони. – Моя девочка вернулась домой взрослой».

По дороге домой они непрерывно болтали.

– Я думала, за нами приедет Дуг, – заметила Мел.

– Не получилось, – спокойно ответила Лиони. – А те­перь рассказывайте обо всем.

Дома Пенни сошла с ума от возбуждения, тряслась от ра­дости, лизала девочек и обнюхивала их вещи.

– Мы по тебе тоже скучали. – Эбби уселась на пол рядом с собакой и обняла ее.

Лиони немного боялась, что девочкам будет не по себе дома, но они явно были в восторге и объяснили ей, как труд­но быть постоянно сверхаккуратными.

– Понимаешь, Флисс просто помешана на чистоте, – заявила Мел. – Тебе бы не понравилось, мам.

Лиони едва сдержала смех.

Мел тут же отправилась к телефону, чтобы сообщить своим подругам-недругам, как великолепно она отдохнула, как прекрасно загорела и какие невероятные одежки привез­ла. Таких, естественно, в Ирландии не купишь.

Эбби распаковала несколько небольших цветастых паке­тов с травяным и фруктовым чаем и предложила сварить ма­тери укрепляющий настой. Она сообщила, что отказалась от обычного чая и кофе и не собирается больше отравлять свой организм разной гадостью.

Лиони сидела на кухне и с удовольствием смотрела на свою высокую, уверенную дочь.

– Ты стала очень красивой, Эбби, – сказала она, сглаты­вая комок в горле. – Я тобой горжусь.

– Вот попробуй, – Эбби протянула ей чашку малиново­го чая.

– Прелесть, – согласилась Лиони.

– Понимаешь, я раньше не прислушивалась к своему телу, – объяснила Эбби, – ела что попало. И все время была в депрессии, ненавидела себя. А сейчас я чувствую себя заме­чательно.

Ее лицо сияло, глаза сверкали, она полна жизни, уверена в себе и счастлива. Вспомнив запутавшуюся, злую девочку, которая уехала из дома всего три месяца назад, Лиони мыс­ленно вознесла молитву господу.

– Я очень благодарна Флисс, – сказала она.

– Флисс тут ни при чем, мам, – сказала Эбби. – Это ты мне помогла. Ты всегда была сильной и никому не подра­жала. А я запуталась, хотела казаться не такой, какая я на самом деле. Я… – она с трудом подбирала слова, – хотела выглядеть, как Мел, и говорить, как Флисс. А такое немыс­лимо.

– Ох, Эбби! – Лиони взяла руку дочки в свою. – А я-то думала, что тебе не терпится уехать от меня и жить с Флисс.