Без маски - Лина Мур

– Ну, как тебе? – Вкрадчиво спросил Гранд, когда мы осмотрели вторую спальню и вышли обратно в светлую и уютную гостиную.

– Эм… не могу найти слов, – призналась я, поворачиваясь к нему.

Ведь и правда квартира была великолепна. Дизайн каждой комнаты светлый, романтичный и совершенно иной, нежели первое впечатление от апартаментов Гранда в Нью-Йорке. Несмотря на мягкие оттенки и спокойный интерьер дух квартиры не расслаблен, а наоборот полон энергии и эмоций. Это наше отражение, и я была немного обескуражена. Вру, я до сих пор в шоке.

– Ты будешь жить здесь… со мной? – Его губы приподнялись в улыбке, и она дрогнула, выдавая его волнение.

– Конечно, буду. В любом месте буду с тобой, – заверила я его и положила руки на его плечи, цепляя их в замок.

– Сегодня Рождество, – неожиданно серьёзно произнёс он и, отстранившись, отошёл от меня.

– Гранд…

– Сегодня праздник, – продолжил он и, хитро усмехнувшись, подошёл к тумбе, на которой расположилось гнездо для айпода.

– Гранд, – мой голос прозвучал уже настойчивей. Я ведь хотела его поцеловать, а он выскользнул из моих рук, а теперь несет какую-то чушь!

– Сегодня день, когда мы проснулись от многолетней спячки, – невозмутимо говорил он, вставляя айпод в ячейку.

– Гранд!

– Сегодня я хочу потанцевать с тобой, – изрёк он и нашёл рождественскую романтическую песню, и она начала литься из динамиков. А я пыталась пережить все нововведения в этом мужчине, которого я, как оказалось, совершенно не знаю. Эта квартира, как с разворота журнала. Этот день. Для меня это всё слишком нереально, что коленки дрожат.

Но мираж не исчез. Гранд взял пульт в руку и нажал на кнопку, тяжёлые шторы закрылись, оставив нас в непроглядной мгле. Следующий щелчок и комнату озарило огоньками. Всё ещё темно, но искусственного освещения хватает, чтобы различать предметы и видеть выражение лица Гранда. Он наблюдал за мной, а я задыхалась. Мне хочется плакать от счастья. Я как кувшин, переполненный сладким вином, оно переливается через край, и неизвестно откуда появляются новые порции. Я опьянена им.

– Ливи, – Гранд протянул мне руку, и я вижу, как моя рука дрожит, но хватаюсь за него. Необходим как воздух.

Один рывок и его ладонь легла на мою талию, а другой продолжает сжимать руку, переплетая пальцы. Медленные шаги, а разум плывёт. Я во все глаза смотрела на него и закусила внутреннюю часть щеки. Только не плакать. Даже от любви. Лишнее.

Никто из нас не проронил ни слова. Я ощущала, как моё разбитое сердце минута за минутой восстанавливается. Душа питается ароматом вокруг нас и поднимается с колен, чтобы самой взглянуть и поверить в происходящее.

– Знаешь, почему я не приходил на праздники? – Шёпотом спросил Гранд, и я мотнула отрицательно головой.

– Ты всегда говорила, что Рождество – это семейный праздник. Но я не чувствовал себя частью семьи. Я положил тебе крендель на постель, потому что не смог посмотреть в глаза. Мне было стыдно… за мать. В то утро после пробуждения я, как обычно фыркнул на подарки, и стремился к ребятам, чтобы обкидывать снежками прохожих. Мы всегда это делали. Лес разбил бровь, когда вёлся его бой против Коула. И я побежал домой, чтобы принести ему лейкопластырь и всё необходимое, чтобы промыть рану, как ты меня учила. Кристалл слишком носилась с сыном. И вот когда я неожиданно вернулся, услышал громкие стоны. На кухне кто-то трахался. И я осторожно подкрался и увидел Хью с мамой. Это было отвратительно. Мне стало так мерзко внутри, что я больше не скрывался и дал им возможность обнаружить себя. В тот момент перед глазами предстало твоё печальное лицо, если бы ты узнала об этом. Я развернулся и ушёл.