Демоны добра и зла - Ким Харрисон

обеих девочек, в его глазах мелькнуло раздражение, когда мы вырвали его из «Даллианса» и его переговоров с Дали, чтобы посидеть с детьми. Демонская закусочная в данный момент была тем самым вампирским стрип-баром, а современное неухоженное здание с потрескавшейся парковкой и облупившейся краской на заборе выглядело сюрреалистично на дне земляной чаши, где Тулпа поедал высокую траву вокруг.

— Пожалуйста, не задерживай их, а то они лягут вечером слишком рано и нарушат все свое расписание, — добавил Трент, щурясь от яркого солнца. С учетом потребностей девочек и поисков пары тапочек Трента для меня, нам потребовалось четыре часа, чтобы преодолеть двадцатиминутный путь до «Даллианса», и мне не терпелось увидеть Айви.

— Я уже ухаживал за эльфийскими детьми. — Подняв их повыше, Ал по очереди обратил внимание на спящих девочек. — Мы так весело проведем время в «Даллиансе», мои дорогие!

Выражение лица Трента помрачнело.

— А я-то думал, что ты отнесешь их в свою повозку, чтобы они подремали, — сказал он, его руки подергивались, словно он сомневался.

— С ними все будет в порядке. — Я переплела свою руку с рукой Трента, чтобы оттащить его, но он сопротивлялся, даже когда его взгляд устремился на Дэвида, ожидающего на гребне холма. — Если демоны не смогут найти способ избавиться от проклятия ведьм, они застрянут в Безвременье, и если Ал не будет здесь, он не сможет ничего подсказать. Но ты не обязан идти, — добавила я, и Трент перевел взгляд на меня. — О.В. и ковен все еще имеют на тебя ордер.

— Я здесь не останусь, — сказал он, переключив внимание на стрип-бар, когда дверь с грохотом распахнулась.

Это был Дали, грузный демон шагал по растрескавшейся мостовой к нам в официальной черной мантии, развевающейся за ним.

— Рейчел! — прокричал он, и его голос эхом разнесся по долине. — Поговорим с тобой и Галли. Наедине.

Трент вздохнул, и мои руки опустились на бедра.

— Трент… — начала я, раздражаясь.

— Не демон, — закончил Дали, и я нахмурилась.

Трент взял меня за руки.

— Ничего страшного, — сказал он, притянув меня к себе, и поцеловал, заставив Ала подавить стон. — На самом деле, я думаю, это здорово. Они воспринимают тебя как одну из своих, — добавил он, поглаживая шею Люси, чтобы заставить ее извиваться, и укладывая волосы Рей. — Будьте добры к своему дяде Алу, — сказал он девочкам, его голос был легким, а затем обратился ко мне: — Рейчел, я буду ждать тебя с Дэвидом. — Остановившись, он почтительно кивнул Алу. — Ал.

— Каламак, — так же безразлично ответил Ал.

— Ты не должен уходить, — настаивала я, но Трент лишь весело ухмыльнулся и направился к подъему, его длинные ноги с легкостью преодолевали холм.

— Ты знаешь, что я расскажу ему. Что бы это ни было, — сказала я, когда Дали устроился перед нами. В его козлиных глазах читалось беспокойство, но от предвкушения он напрягся и стал выглядеть почти агрессивным. Очевидно, что-то произошло.

— Это не касается эльфов, — сказал Дали, задержав взгляд на Люси и Рей, заснувших под полуденным солнцем, их развевающихся на ветру волосах. — Ваша недавняя неудача с экспериментом из лаборатории Каламака-старшего вызывает смущение, но она выявила опасную ситуацию, которую мы должны исправить.

— Каламак Старший. Ты имеешь в виду отца Трента? — спросила я, а потом, после минутного раздумья, ответила: — Эй. Я позабочусь о Ли. Я ничего не провалила.

Дали скорчил гримасу в знак молчаливого упрека.

— В свете сложившейся ситуации мы решили, что постараемся закрыть линии для простых транслокационных путешествий, чтобы ведьмы и эльфы не могли перейти в Безвременье, стоя в лей-линии. Когда-то их страх перед нами не позволял им попасть в нашу реальность, но ты его нарушила, и такая мера давно назревала. Твое присутствие необходимо и желательно.

— Ли — это не эксперимент, — раздраженно сказала я, глядя, как Трент поднимается вверх по склону, а Тулпа следует за ним. — Так вот кем ты меня считаешь? Экспериментом?

Ал перевел дыхание, но Дали оказался быстрее.

— Время покажет, кто ты, — сказал Дали. — Внутрь.

Но я покачала головой, обхватив себя руками, чтобы стать неподвижной, как соляной столб.

— Я не собираюсь помогать закрывать границы для транслокационных путешествий, — сказала я, и Ал понимающе усмехнулся. Это лишь помешает ведьмам и эльфам попасть в Безвременье. Демоны не собирались отказываться от латте с корицей на овсяном молоке и могли перемещаться из реальности в реальность без необходимости стоять в лей-линии. Правда, если только ведьмы не проклянут их изгнанием. В любом случае я застряну в той реальности, в которой окажусь, когда это произойдет. — Слушай, я ценю твой жест, но Ли — не такая уж большая проблема. Я сама разберусь. Кроме того, закрытие линий может свести на нет законодательство, которое Трент сделал от нашего имени. Я потеряю все, ты потеряешь все.

Дали поджал губы, но Ал явно не собирался вставать на его сторону, и он прищурился.

— Ты уже все потеряла, — кисло сказал Дали. — В «Даллианс». Живо.

— Я же сказала, что справлюсь с Ли, — пробормотала я, и Ал кивнул, подкрепляя мою уверенность. — Как только я выкину его из Цинци, все встанет на свои места. Я уже устранила его основную силу, и он до смерти боится вас всех. Он не посмеет пересечь лей-линии.

Несмотря на утренний холод, я не собиралась оставаться здесь до конца своих дней. Это было место, где я могла перевести дух и перегруппироваться.

— Я не разделяю твоего оптимизма в отношении… Ли. — Дали скривил губы, когда Ал похлопал Люси по плечу и захихикал. — И несмотря на твое высокое мнение о себе, не все зависит от тебя. Если Ли действительно был учеником Ходина, есть шанс, пусть и ничтожный, что он сможет испортить тулпу, в которой тот находится. Закрытие линий не позволит Ли попасть в Безвременье. Он не сможет прыгнуть через линию, и ни один демон не продаст ему такую возможность.

— И вот тут-то и возникает загвоздка, — мягко сказал Ал, когда я вздрогнула.

— Я тоже пока не могу, — сказала я, чувствуя себя уязвленной. — И Ал сейчас тоже.

Дали искривил губы в уродливой улыбке.

— Учитесь? — неискренне сказал он.

— Нет, — ответила я, пока Ал покачивался на ногах и поглаживал дремлющую на солнце Люси. — Я не собираюсь помогать вам закрывать линии. Ни по какой причине. Изоляция — плохая идея, независимо от того, что вы думаете от нее получить.

— Это не имеет значения, — сказал Дали. — Ты не имеешь права голоса. Мы сделаем это с тобой или без тебя.

— Эй! — начала я, и Ал прочистил горло.

— Можете попробовать, — кисло