Плохая девочка. 2 в 1 - Елена Сокол

– А где Кай? – Хмурится она, явно недовольная тем, что я нарушила ее покой.

– Откуда мне знать? – Отвечаю я злее, чем следовало.

И поднимаюсь наверх, чтобы запереться в своей спальне. Мое тело все еще бросает в жар и бьет ознобом одновременно. Ненавижу себя за эту слабость, но в тот момент, когда Кай поцеловал Алину, мне будто в голову выстрелили. На мгновение я ослепла, потеряла возможность двигаться и дышать, а затем к горлу подкатила тошнота, и глаза зажгло от подступающих слез.

Чтобы никто не видел моих переживаний, я просто сбежала. Но на деле мой побег лишь обнажил мои слабости и мою боль.

Как он целовал ее!

Боже, даже от воспоминаний об этом у меня словно нож медленно проворачивается в груди. Кай – мастер поцелуев. Наверное, Алине крышу снесло от возможности убить трех зайцев сразу: насолить мне, бывшему и поцеловать при всех такого горячего парня. Только пусть не строит планов насчет него – Кай для всех и ничей, он вряд ли подарит ей свое внимание дольше, чем на пару ночей. Насытится и отшвырнет, как ненужную вещь, в этом вся его суть.

Я принимаю душ, чтобы смыть с себя запах костра, и, возвратившись в спальню, прислушиваюсь к звукам в доме. Очень тихо, даже телевизор больше не шумит. Достаю футболку Кая из-под подушки и прижимаю к лицу: его аромат никуда не делся. Провожу тканью по лицу, затем по шее, касаюсь груди и, закрыв глаза, представляю, что это его губы меня целуют.

В груди так давит, что даже больно дышать.

Надев футболку на себя, я ложусь в постель. Сон не идет. Через какое-то время слышно, как подъезжает машина, затем кто-то входит в дом. По звукам шагов понимаю, что Эмилия пошла его встретить. Раздаются их голоса, они о чем-то спорят, и очень скоро все стихает. Наверное, она возмущалась, что он загулял, но Кай очень быстро ее успокоил – возможно, поцелуем.

У меня колет в груди от ревности. Зачем я вообще так истязаю себя?

Хлопает дверь в соседнюю комнату, и я накрываю голову подушкой. Не хочу это слушать. Больше так не могу.

Спустя еще полчаса я сажусь, включаю ночник, достаю книгу. Ничего не выходит: читаю одну и ту же страницу снова и снова, не понимая смысла. Книги больше не спасают меня от реальности. Выглядываю в коридор: темно и тихо. Спускаюсь вниз и почти на ощупь бреду до кухни. Открываю холодильник и вижу апельсиновый сок, который так любит Кай, невольно улыбаюсь, вспоминая поцелуи со вкусом апельсина.

Достаю его, закрываю дверцу, поворачиваюсь, чтобы налить в стакан и роняю коробку от неожиданности, потому что внезапно вижу нависшую надо мной черную тень.

– Осторожнее. – Раздается шепот.

И тут я чувствую аромат его дезодоранта, запах костра.

Кай.

Он ставит коробку на стол – видимо, поймал на лету. Мои глаза привыкают к темноте, и очертания фигуры парня становятся четче. Лунный свет, идущий от окна, помогает даже разглядеть черты его лица.

– Что это на тебе надето? – Спрашивает Кай, подойдя вплотную.

Его пальцы бесцеремонно ложатся мне на плечо, от них идет жар, и мои коленки начинают дрожать.

– Больше нечего было надеть. – Вру я, делая шаг назад.

Кай надвигается на меня, и его рука продолжает путешествие от моего плеча вниз – к ключице. Даже через ткань, его пальцы обжигают мою кожу.

– Это моя футболка. – Хрипло говорит он.

Тусклый свет падает на его лицо: в его темных глазах ненависть и страсть одновременно. Еще шаг, и Кай прижимает меня своими бедрами к холодной кухонной столешнице.

– Хочешь забрать ее прямо сейчас? – Прерывисто дыша, спрашиваю я.

И только спустя мгновение до меня доходит, как дерзко звучат мои слова.

– Сама снимешь? – Он вдавливает меня в поверхность шкафчика. – Или помочь?

Ставит руки по бокам от моей талии, создавая объятие, которое не дает мне пошевелиться. Я должна пресечь его действия, но не могу. Не хочу. Меня охватывает такое острое возбуждение, что живот сводит томящей тяжестью.

– Хватит. – Говорю я, пытаясь отыскать в себе силы для сопротивления.

Нам нельзя оставаться наедине. Где-то в доме Эмилия, и эта встреча в темноте кухни выглядит двусмысленно, так что лучше не усложнять и так не простую ситуацию в наших взаимоотношениях.

– Поговорим о том, что произошло?

Я закрываю глаза, ощутив его дыхание на своем лице. Это нужно остановить. Это не приведет ни к чему хорошему.

– Не стоит. – Сбивчивым шепотом отвечаю я.

– Почему? – Кай льнет к моему телу, не оставляя между нами ни сантиметра свободы.

Я сглатываю, ощутив его твердость, упирающуюся мне прямо в низ живота. У Кая эрекция, и вряд ли он сможет оставаться в трезвой памяти, пока им руководит похоть. Может произойти все, что угодно. А именно – то, чего я боюсь больше всего.

– Я пытаюсь тебя забыть. – Молю, задыхаясь. Мое сердце колотится, как ненормальное. – Это трудно… Ну, что ты делаешь?

Кай целует мою шею, оттянув ворот футболки. Сейчас он просто разрывает ткань, она трещите по шву – похоже, желание сводит Кая с ума.

– Прости за тот поцелуй. – Прерывисто шепчет он. Подхватывает меня под бедра и одним ловким движением усаживает на столешницу. – Мне опять хотелось сделать тебе больно. Уже инстинктивно получается, само собой.

Его рука ласкает мою грудь, стискивает сосок через ткань футболки, и я едва не вскрикиваю от возбуждения, накрывающего меня горячей волной. Мое дыхание учащается еще сильнее.

– Кай. – Задыхаюсь я.

Его пальцы прижимаются к моему горлу, сдавливают. Он заставляет посмотреть ему прямо в глаза. А затем его губы атакуют меня – быстро, жестко. Кай целует меня, а я его – кусаю. Этот дикий поцелуй заставляет меня изнывать от желания, и пульсация в низу живота только усиливается.

– Нет! – Шепчу я, пытаясь вырваться и прекратить это.

Но его губы сминают мои, а язык снова прорывается мне в рот. Кай будто собирается меня поглотить. Мы словно наверстываем в эти секунды все дни разлуки, в течение которых не касались друг друга. Я обвиваю его талию ногами, а он обрушивает на меня всю свою страсть: терзает пальцами бедра, вжимает меня в себя, глухо стонет.

Это какое-то сумасшествие. Человек, который должен был стать ничем для меня, полностью сейчас овладевает моим сознанием и телом. Я