Тэррлисс - Лия Стеффи

Теперь новая я готова двигаться вперед и попытаться жить дальше, приняв как должное все, что случилось со мной в течение всех этих лет.

Дверь распахнулась: в дом зашел папа в сопровождении моей тети, которая держала на руках маленькую белокурую девочку. Этот маленький ангел – моя дочь. Она никогда не узнает правду, но мне дали возможность увидеть ее напоследок и полюбоваться ею. Сердце мучительно сжалось. С уверенностью могу утверждать, что это самый красивый ребенок, которого я когда-либо видела… Светлые кучерявые волосы, пухлые розовые губы, изящный носик и огромные глаза. Малышка безумно похожа на Эдварда, а еще унаследовала то, что ее отец считал дефектом. Кстати, я полагаю, что это невероятной красоты награда.

Она родилась с гетерохромией.

– Привет, ангелок, – произнесла я и посмотрела на это солнышко. Я взяла ее за маленькую ручку, и вот удивительно – девочка совершенно меня не испугалась. – Тебя, значит, Ария зовут? – спросила я с улыбкой и добавила, обратившись к тетке: – Я могу ее подержать?..

Женщина кивнула и дала мне на руки малышку. Ария спокойно смотрела на меня и ничуть не сопротивлялась.

– А меня зовут Филисса, приятно познакомиться. Ты такая большая уже…

Я, продолжая обнимать Арию, шагнула к зеркалу. Внимательно изучила наши отражения. Да, малышка определенно напоминает и меня некоторыми чертами лица. Какое невероятное чувство – держать на руках частичку себя. Думаю, Эдвард был бы рад не меньше меня, если бы взял дочку на руки. Это просто воплощенная нежность! Я прижала ее к груди и в тот момент могла поклясться, что хотела бы сбежать с ней и никому никогда не отдавать, ведь она является частью меня и человека, которого я никогда не смогу забыть.

Дочь забрали у меня, даже не спросив, и как же это несправедливо. Но я не могу лишить ее матери. И даже неважно, что настоящая мать я: маленькая Ария многое осознает и любит ту, которая ее воспитывала с первых дней жизни.

Быть может, я сумею стать для нее близким человеком, который поможет в любой ситуации и всегда поддержит. Я просто хочу занимать хоть какое-то место в ее крохотном сердце. Думаю, что хотя бы этого я точно заслуживаю.

– Филисса, долго нельзя, ты же понимаешь, – заметил папа. – Ты давно собрала чемоданы, и если готова, то я предупрежу пилотов, что мы скоро подъедем.

– Нет, пап, я еще не готова, мне нужно кое-куда наведаться. Подождешь еще часик, ладно?

Отец кивнул, я еще пару минут побыла с малышкой, а затем с грустью в сердце отдала ее женщине и направилась туда, куда не находила смелости сходить все это время.

Терри

– А для меня до сих пор странно осознавать, что теперь ты точно не рядом. Когда ты пропал без вести, у меня была хотя бы надежда, что ты можешь оказаться жив. А теперь я смотрю на твою фотографию на могильной плите, четко осознавая, что ты находишься под землей…

Я сидел здесь уже пару часов. Прихожу каждый день с момента похорон. Не могу по-другому. Ощущение, что он всегда меня ждет, а если я не навещу его, то очень расстрою. Сказать, что эти два месяца были самыми тяжелыми в жизни, – ничего не сказать. Даже время, проведенное в Алегрии, не сравнится с болью утраты. До последнего верил, что судьба не может быть так жестока, но, как оказалось, может. Еще как может. Она отняла у меня почти всех.

Теперь вот сижу один и даже не понимаю, что делать дальше. А жить-то нужно. Могу сказать, что не будь у меня малышки Ри, Кристины и Аиши, которым надо помогать, давно бы отбросил коньки. Ищу ежедневно в себе силы и пытаюсь не спятить от мысли, что больше никогда не увижу Эдварда. Он умер на моих руках, и с тех пор тот момент постоянно прокручивается перед внутренним взором, как до жути трагичный фильм.

Единственное место, где я могу теперь излить всю боль, – кладбище. Здесь покоится человек, которого я бесконечно люблю. А теперь еще и лежит тот, кто спас меня в Алегрии и стал настоящим другом. Я распорядился, чтобы тело Армо перенесли из Алегрии и достойно похоронили в Рибовски.

– Терри, – окликнул меня знакомый голос.

Я вздрогнул. Обернувшись, увидел ту, которую хотел увидеть долгое время, но никак не решался. Мы так и не виделись с момента похорон Эдварда.

– Лисса… – тихо произнес я.

Она опустила глаза и медленно приблизилась ко мне, держа в руках букет белых роз.

– Почему-то шла сюда с мыслью, что ты будешь здесь, и, как выяснилось, не прогадала. Часто тут бываешь?

– Каждый день, – ответил я, продолжая смотреть на нее. – А ты еще не была?

Она помотала головой и положила цветы на могилу.

– Не могла. Не хватило сил. Слишком больно. Постоянно вспоминала те минуты, и просто накрывало…

– Понимаю. И я пока не пришел в себя. Есть желание убиться к чертям, но не позволяют обстоятельства.

– Такие обстоятельства, как Кристина?

– И она тоже.

– И как она? Вы вместе, да? – Филисса скрестила руки на груди, поджала губы и отвернулась.

– Нет, мы не вместе. Она поняла, что я не влюблен в нее. Я ухаживаю за ней вместе с Рианой. Мы помогаем ей. Кристина поправляется. Операция прошла успешно, скоро будет готов протез. Уверен, что у Крис все будет отлично.

– Ей не больно из-за того, что ты ничего не чувствуешь по отношению к ней? Неужели она спокойно это восприняла?

– Не знаю. Но я понял, что не смогу. Все равно не обманешь человека. Как не старайся, искренние чувства никогда не получится изобразить. А я не виноват, что люблю другого человека. Ты и сама говорила, сердцу не прикажешь.

Филисса смутилась. Я видел, как ей неуютно. Знаю, она испытывает ко мне чувства. Да, мы не общались. Не возьму в толк – почему. Думаю, каждому нужно время, чтобы подумать, отойти немного и принять новую реальность.

– Меня очень гложет, что Эдвард в ту минуту прикрыл меня. – Лисса посмотрела на фотографию Эда на могильной плите.

– Ты только не вини себя. Он поступил как настоящий любящий человек. Я бы на его