Танцующая с волками - Сёстры Нолан

— Но я хотела…

— Выполняй, Кэтрин! — отрезал он и обернулся к Оливии, которая стояла за спиной Джилроя и не спешила вмешиваться в обсуждение.

— Лив, собирай Роуз. Замкнёте колонну с Кэт, проследите, чтобы все добрались до места.

— Я могу помочь вам на поле, — запротестовала та.

— Я не собираюсь быть нянькой! — вторила ей оскорблённая заданием волчица. — Бета должна быть рядом!

— И выполнять приказы вожака, — процедил Ульрих и схватился за голову. — Боги, зачем мы вообще пустили вас в зал!

Оливия и Кэтрин недовольно переглянулись, но дальше спорить с вожаком не стали.

— Андреас, все волки должны быть готовы через двадцать минут. Собери их, — махнул тот рукой и обернулся. — Локей, ты с нами?

— Автомат будет?

— Волки не сражаются против друг друга с оружием, тут не гильдия, — покачал головой Альфа и пристально посмотрел на Роя, отчаянно нежелавшего принимать свою новую сущность. — Тебе придётся засунуть свои принципы поглубже и быть как все.

— Я не стану менять свои принципы по твоей указке, и я всё ещё охотник, несмотря на то, что вы все так отчаянно пытается вменить мне. Так что, либо я иду туда с оружием, либо без него, но бегать в шкуре не собираюсь!

— Знаешь, в чём наша разница, Локей? — снова переходя на шёпот, сказал Ульрих. — Я иду туда, чтобы сражаться, а ты, чтобы умереть. Если тебе так противна своя суть, то я помогу тебе избавиться от этого гнёта, но не сегодня.

С полминуты они сверлили друг друга долгими, полными ненависти взглядами, но внезапно Альфа прикрикнул на притихших ликантов:

— Ну что встали? У нас мало времени!

Дружно скрипнули десятки стульев, отодвигаемых от стола, ликанты-охранники во главе с Андреасом спешно потянулись к выходу, обсуждая дальнейшие действия и задачи.

Оливия чуть замешкалась, стараясь прорваться к Ульриху, который уже спешил к дверям следом за остальными.

— Улль, мне нужно с тобой поговорить! — воскликнула она, привлекая его внимание.

— Сейчас?

— Да, это важно, — пробормотала она и потянула его к окну, подальше от остальных. — Когда я рассказывала про стаю Хранителей, то не упомянула важную деталь.

— И какую? — нахмурился ликант.

— Их вожак, Руна, — Оливия замялась, старательно подбирая слова. — Она просила не говорить тебе, но сейчас это важно.

— Побыстрее, Лив, прошу, — пробурчал Ульрих, нетерпеливо поглядывая на дверь, за которой скрылись оборотни.

— Она твоя мать, — выпалила Оливия и виновато посмотрела на него. — Мы можем попросить её о помощи. У анги большая стая и там много охотников…

— Перестань! Стоп! — хмуро перебил её Альфа. — Мы не будем просить чужаков ни о чём. Это проблемы нашей стаи. А я сделаю вид, что ты ничего не говорила мне об этой волчице, которая даже не появилась за столько лет. Я всю жизнь считал, что она мертва, пусть так и останется.

— Но, Улль…

Оливия заметила, как смятение на его лице сменилось раздражением. Похоже, он просто не хотел ей верить. Она пыталась ему возразить, но ликант грубо перебил её.

— Я сказал всё! — отрезал он и поспешил прочь из зала.

* * *

На улице царила суматоха. Кричали ликанты и волчицы, плакали дети, не желавшие расставаться с родителями. Оборотни сновали от дома к дому, собирая предметы первой необходимости. В трёх малотоннажных грузовичках и нескольких джипах, служивших по большей части для перевозки сена и мелких грузов, с трудом разместились все, кто должен был покинуть резервацию.

Двое пожилых оборотней удерживали рвущегося из кузова мальчонку, чьи мать и отец оставались защищать стаю. Волчице пришлось грозно прикрикнуть на непоседу, чтоб он занял своё место, но как только грузовик тронулся, она отвернулась, с трудом сдерживая слёзы.

Наконец, колонна автомобилей выехала за пределы селения. Ульрих оглядел опустевшую территорию, с которой вместе с детскими голосами будто исчезла вся жизнь, и заметил небольшую группу оборотней, среди которых были несколько совсем юных волчиц и пара старейшин.

— А они почему ещё тут? — нахмурился Альфа и обернулся к Андреасу, который давал указания ликантам-охранникам. — Последние машины уехали десять минут назад.

— Отказались, хотят нести оборону, — развёл руками тот.

— Оборону, — застонал Ульрих. — Надеюсь до этого дело не дойдёт.

Мимо прошла Кэтрин с дорожной сумкой наперевес. Всем своим видом волчица выражала крайнюю степень недовольства, так что Андреас, мельком взглянув на вожака, предпочел ретироваться. Тот глубоко вздохнул и проследовал за бетой к машине.

— Всё готово, можем ехать, — бросила она, закинув поклажу в багажник. Ульрих был уверен, что от удара дверца слетит с петель, но волчица спокойно захлопнула её и обернулась к нему. В её глазах плескались холод и презрение, Альфа мог только догадываться, каких усилий ей стоит держать себя в руках и не устраивать сцен.

— Кэт, пойми, — начал он, примирительно подняв руки. — Я могу доверить сохранность ликантов только тебе.

— С этим может справиться и Охотница, — фыркнула она. — Попроси её, а я пойду с вами.

— Хватит, — отрезал Ульрих. — Я просто не хочу, чтобы ты была там. Я боюсь за тебя, понимаешь?

С этими словами он обхватил ладонями её лицо и, не дав возможности возразить, припал к губам настойчивым поцелуем. Волчица замерла на мгновение, а после того, как он отстранился, спрятала лицо у него на груди, не в силах поверить, что он только что сделал это на виду у всех.

— Когда всё закончится, нас будут ждать большие перемены, — пробормотал Ульрих, кутая её в объятиях.

— О чем это ты?

Кэтрин подняла голову, одарив его недоумевающим взглядом.

— Ну, например, добить старейшин и стать первым разведённым ликантом, — рассмеялся он.

Чуть в стороне Альфа заметил Оливию и Джилроя, которые вели за собой Роуз. Прислушавшись к себе, Ульрих вдруг почувствовал, что сердце больше не заходилось неровным ритмом, не давило недосказанностью и не жгло желанием при виде неё. Он по-прежнему был готов заботиться о её благополучии, защищать ценой собственной жизни, но одержимость исчезла, оставив после себя чистоту былой дружбы и благодарность.

— Я бы на это посмотрела. — Голос Кэтрин вывел его из раздумий.

— А приняла бы участие? — Он взглянул на волчицу с неподдельным интересом.

— В разводе? — усмехнулась она.

— В новом браке.

Кэтрин подняла глаза, ища в выражении его лица хотя бы искру веселья, однако Ульрих оставался серьёзен. Чувствуя, что голос вот-вот предательски дрогнет, она притянула его к себе и, прежде чем поцеловать, прошептала в губы:

— Спросишь меня об этом завтра.

* * *

Рой закинул сумку с любимыми игрушками Роуз на заднее сиденье и вернулся к Оливии, не желая нарушать