Подарок богов - Триш Мори

Она сцепила руки на коленях.

Только сумасшедшая будет размышлять об этом.

И все же... Сера заметила страсть в его мрачных, как шторм, глазах.

Рафик по-прежнему желает ее?

Это находилось за пределами понимания. В это невозможно поверить.

Бессмысленным оказался даже их поцелуй. Потому что он был не похож на те нежные поцелуи, которыми они обменивались в юности. Этот поцелуй был безжалостным, решительным и жадным. Казалось, Рафик хочет ее наказать. И все же поцелуй взбудоражил ее чувства, эмоции и желания, от которых она давно отказалась.

Поцелуй вновь пробудил ее сердце и душу. Но какой ценой?

Сера сжимала и разжимала руки, терпеливо сидя, пока в груди бушевали эмоции. И вот водитель объявил, что его работа выполнена. Царапина и синяк были единственными видимыми повреждениями, но мужчина предупредил, что она должна сообщить ему, если боль усилится.

Лагерь был разбит на стыке пустыни и моря. Солнце уже садилось, отбрасывая отблески на воде. Горы, к которым лежал их путь, казались темными и угрожающими.

Рафик не чувствовал себя счастливым, но поделать было ничего нельзя. Учитывая совет встреченных в оазисе путешественников, Рафик согласился, что они потеряли сегодня слишком много времени, а путь в Марраш в темноте будет чересчур опасен.

По дороге к лагерю он избегал встречаться с Серой взглядом. Даже теперь, когда в лагере кипела жизнь, готовилась еда и устанавливались палатки, Рафик держал дистанцию, предоставив Серу самой себе.

Он не мог яснее выразить свое сожаление по поводу поцелуя. Но Сере не стало от этого лучше. Она по-прежнему ощущала вкус его губ...

От воспоминания о том, как он запустил пальцы в ее волосы, продолжая жадно целовать, у нее стало покалывать кожу на голове. Разве она сможет забыть эти ощущения? Поцелуй пробудил в ней желание и давно забытые чувства.

Сера сглотнула и зажмурилась, жалея, что не может так же легко — закрыв глаза — избавиться от нежелательных чувств. Она не хотела чувствовать. Давным-давно она научилась ничего не чувствовать. Это был единственный способ переносить отвращение.

И все же поцелуй Рафика снова пробудил ее чувства: острые, жгучие и беспокойные.

Позже, после молчаливого ужина, Сера бродила одна вдоль длинного песчаного пляжа. Кричащие чайки, пенящиеся волны и мягкий морской бриз, играющий с ее волосами, были ее единственными сопровождающими.

Ее ноги оставляли следы на мокром песке, которые тут же проглатывала набежавшая волна, словно Сера никогда туда не ступала.

Она все шла и шла, пока не решила, что слишком удалилась от лагеря. Поднявшись выше на берег, куда не добегали волны, она посмотрела на бесконечное море, мерцающее серебром в жемчужном свете луны.

Близость манящего моря сделала свое дело. Сера разделась и шагнула во влекущую ее воду. Она почувствовала прилив свежести от накатившей волны, затем предвкушение, когда волна отступила, приглашая ее шагнуть дальше. Она зашла в воду по пояс, затем нырнула под волну, будоража нервы и даря коже чувственное наслаждение.

После ужина Сера сообщила о том, что хочет немного прогуляться. И вот она уже прошла весь пляж и наконец остановилась. Рафик задался вопросом, отвернуться ли ему или ждать ее здесь, в темноте. Она явно не обрадуется, если узнает, что он следует за ней.

И вдруг она совершила неожиданное — сняла платье через голову, и Рафик затаил дыхание.

В лунном свете ее кожа отливала золотом, черные блестящие волосы ниспадали до тонкой талии. Высокая, прекрасно сложенная, она походила на богиню. Но вот она пошла к воде, покачивая бедрами; длинные волосы рассыпались по ее спине. Грациозная, как лебедь.

Сера.

Его Сера.