Магия поцелуев - Триш Мори

Брайар благодарно улыбнулась пожилой женщине и отложила журнал. Луиза наверняка знала, что это необычный брак, и всё же воспринимала Брайар как любимую жену и хозяйку дома, а не как временную любовницу Диабло Баррентеса.

Брайар тихо вошла в кабинет мужа. Он продолжал говорить по телефону таким тоном, что она не пожелала бы оказаться на месте его собеседника.

Она пыталась не прислушиваться к разговору и, чтобы отвлечься, заходила по кабинету, разглядывая картины на стенах. На стене напротив стола висел портрет темноволосой женщины. Брайар поразило ее сходство с Диабло. Те же темные глаза, те же аристократические черты, та же сила характера. Наверное, это Камилла, мать Диабло.

Брайар отвлеклась от портрета, а разговор все продолжался. Она подошла к шкафу, где стояли фотографии. Во время своего первого и единственного визита сюда она заключила, что это снимки Диабло в детстве. Но нет. С фото на нее смотрела группа детей в одинаковых футболках и шортах. Все похожи на латиноамериканцев, индейцев или метисов. Школа позади них выглядела не по-австралийски. И называлась странно: La Escuela de Barrentes.

Брайар удивилась и повернулась к мужу, который со словами «еще посмотрим» положил телефонную трубку.

— Так ты уже готова к прогулке? Прости, что заставил тебя так долго ждать.

— Ничего. Расскажи мне о фотографиях, — попросила Брайар. — Кто эти дети?

— Это школа в Чили. Туда берут малообеспеченных и беспризорных детей, чтобы дать им образование.

— Но разве название не значит «Школа Баррентеса»?

— Твой испанский великолепен.

— Ты хозяин школы?

— Я всего лишь спонсирую ее.

— Всего лишь? Школу назвали твоим именем. Как это случилось?

— Маме повезло. Она смогла уехать из Чили и начать новую жизнь. Этим детям повезло меньше. Если бы мама не сбежала, я бы мог оказаться среди них.

Диабло подошел к Брайар и обнял ее за плечи.

— Дети — наше будущее. Они важнее всего в мире. Не согласна? Почему, ты думаешь, я так мечтал завести семью?

— Но ты говорил, что хочешь детей, чтобы тебя не отвергли в сиднейском обществе, если наш брак развалится.

— А ты бы поверила, если бы я сказал что-нибудь другое? Полагаю, нет.

Брайар удивленно уставилась на Диабло. Она ошибалась в нем. Проклятье! Она не желала чувствовать себя виноватой! Ей не должно быть стыдно за то, что она принимает противозачаточные таблетки, лишая его всякого шанса иметь детей.

— Идем, — позвал он, взяв Брайар за руку. — Мы должны успеть до того, как погода испортится.

На улице уже дул холодный ветер. Диабло шел рядом с Брайар под осенним небом по направлению к морю. Они добрались до кромки воды, ощущая, как морской бриз освежает тело и душу. Поход на пляж был отличной затеей. Здесь Брайар могла не думать о сексе и о том, как и дальше избегать его.

— Замерзла? — забеспокоился Диабло.

— Нет. — Брайар покачала головой. — Здесь чудесно.

— Тогда пойдем.

Они долго шли вдоль берега, молча, просто наслаждаясь единением с природой.

Как странно, думала Брайар, вот так просто идти рука об руку с Диабло. С человеком, которого она должна бы ненавидеть больше жизни. Но не может. Уже нет. Последние три дня он был очень хорошим хозяином — вежливым, чутким и очень заботливым. Они читали вместе, обсуждали разные события, даже ходили в городской кинотеатр. Да еще, оказывается, Диабло внимательно относится к детям.

И ведь именно Диабло волею судьбы стал ее первым мужчиной. Именно мужчиной, потому что ни один из прежних поклонников и в подметки ему не годился.

Он пообещал не трогать ее, но надолго ли его хватит? Такой как Диабло, без сомнений, не привык ждать. И уж точно не женщину.

Он поразил Брайар своей страстью в их первую брачную ночь. Будет ли все между ними так же, если она позволит ему?..

Внутри словно что-то резко оборвалось. Безумие! Год, месяц, да даже неделю назад она и не подозревала о таком. А теперь низ живота напрягся и пульсировал.

Почему нельзя просто взять и забыть о ночи с Диабло? Ведь ей легко удалось заставить его ждать очень долго. Так почему же она думает о муже и о том, как они занимаются любовью, каждую секунду? Она хочет его…

— Брайар?

Его голос прозвучал так неожиданно, что Брайар подскочила.

— Ты в порядке?

— Прости. Просто задумалась, — ответила она, молясь, чтобы Диабло не стал уточнять, чему посвящены ее мысли.

— Поблизости есть уютное кафе, если хочешь кофе.

— Я бы хотела посидеть на берегу и посмотреть на море немного, если ты не против. Кофе может подождать.

Диабло сел рядом с Брайар, откинувшись назад и опершись на локти, тогда как она обняла колени руками.

— Такой хороший пляж. Пустой и тихий.

— Да. Мама всегда приходила сюда, сидела и часами смотрела на море.

Брайар удивилась. Диабло заговорил о матери сам, без инициативы с ее стороны.

— Ей, наверное, нравилось жить здесь. Тут очень красиво. Хотя во время шторма вряд ли можно было вам позавидовать. Представляю, что творится на побережье. Должно быть, это похоже на конец света.

— Мама любила штормы. Она говорила, что иногда слышала в ветрах, как отец говорит с ней. Мама чувствовала себя ближе к нему в такие моменты.

Несмотря на нежное тепло солнечных лучей, Брайар дрожала. Она кожей ощутила боль Камиллы. Боль одинокой женщины, которая в завывании ветра слышала голос любимого.

— В кабинете висит портрет твоей матери, да?

Он с удивлением посмотрел на нее, словно спрашивая, как она догадалась.

— Вы очень похожи. Она красивая женщина. — Брайар помолчала, решаясь. — Что с ней случилось?

Диабло резко сел.

— Глупая случайность. Этого не должно было произойти.

Тишина, повисшая между ними, возвестила, что Диабло не собирается посвящать ее в детали.

— Мне очень жаль, — просто сказала она. — Мой брат погиб в аварии два года назад. Водитель грузовика потерял управление и врезался в его машину. Нам сообщили ночью. — Брайар поежилась. — Ему было двадцать шесть лет…

Диабло обнял жену.

— Ты скучаешь по нему?

Она кивнула.

— Родителям было еще труднее.

Брайар хотела добавить «особенно после того, как ты украл их бизнес», но не стала. Кроме того, у родителей сейчас снова есть деньги.

Да, смерть Ната была ужасной потерей, но Диабло тоже потерял единственного близкого человека — свою мать.

— Твоя мама, наверное, очень тосковала по твоему отцу. Она так и не вышла больше замуж?