Загадка неоконченной рукописи - Барбара Делински

– Все просто великолепно, – сказала Брайанна, глядя на дом.

Кэйси подтянула колени к груди и обхватила их руками. Ее взгляд был устремлен не на дом, а в сад. Зелень действовала на нее успокаивающе.

– Хотела бы я, чтобы все это случилось в более удачное время. Слишком много всего свалилось сразу.

– Ты решила насчет места преподавателя?

– Нет.

– Когда тебе надо дать ответ?

– На прошлой неделе.

– Ты медлишь из-за мамы?

– Отчасти. Я могла бы перевезти ее в Провиденс. Там ее чаще могли бы навещать друзья. Хотя мне не очень понравились там условия. Здесь лучше.

– Но ты же всегда хотела преподавать.

Кэйси посмотрела на дом, представив себе Конни, стоящего у окна и произносящего те же слова, но с упреком.

– Дело не только в маме. Еще работа. И друзья.

– С Оливером правда все кончено?

Кэйси наморщила нос.

– Да. Может, я и дура. Он хороший парень, но не для меня… Нет. Мы слишком в разном положении. Он уже всего добился – клиентура, «БМВ», дом в пригороде.

– А что Дилан? Правда, всего лишь друг?

Кэйси начала слегка раскачиваться.

– Ага. Никакой химии. – Посчитав обсуждение законченным, она глубоко вздохнула. – Какой здесь чудный аромат. Сад – настоящее сокровище.

– Поэтому переезд в Провиденс становится еще более затруднительным.

– Я могу продать дом.

– Зачем?

– Потому что это его дом.

– По-моему, именно поэтому ты не должна его продавать.

– Если я останусь здесь, значит, я позволю ему оценивать каждый мой шаг.

Брайанна была способна разбираться в чувствах и мыслях не хуже любого аналитика. Однако больше всего Кэйси привлекал в ней природный здравый смысл. И теперь подруга сказала:

– Кэйси, он умер.

– Фактически, – согласилась Кэйси. – Духовно – нет. Для меня он везде в этом доме.

– Это он или привидение, которое живет в хозяйской спальне?

– Нет, я говорю о самом Конни.

– Я не почувствовала этого.

– Этот дом стоит в десять раз дороже, чем мой кредит за квартиру.

Этот значительный довод на какое-то время заставил замолчать обеих. Стали слышны звуки города – уличный шум, гудки, сирена.

– Ты скажешь об этом Кэролайн? – наконец спросила Брайанна.

Кэйси почувствовала внутри грызущую боль, как всегда при мысли о матери.

– Уже сказала. Даже ресницы не дрогнули.

– Ох, Кэйси!..

– Я серьезно. Я надеялась, что это заставит ее реагировать – понимаешь, включит что-то в ней, так что она посмотрит мне в глаза и скажет что-нибудь разумное, чтобы я почувствовала себя виноватой. Нет, ни слова. – Она перехватила взгляд Брайанны.

Однако Брайанна ничего не сказала. Она могла бы сказать: «Конечно, нет. Ты же знаешь, что ее мозг на грани гибели». Но Кэйси не желала этого слышать. Они уже не раз спорили об этом. Кэйси цеплялась за мысль, что Кэролайн все-таки что-то слышит, чувствует, думает. Медицинская наука утверждала, что вероятность этого невысока. Однако ее мозг продолжал работать. Аппаратура показывала волны. Пусть слабые. Но они были.

Кэйси сползла на землю и приняла одну из поз йоги, касаясь лбом земли и повернув кисти ладонями вверх. От земли шел густой аромат. Лоб ощущал влажную прохладу.

– Помогает? – поинтересовалась откуда-то сверху Брайанна.

Кэйси сосредоточилась на первобытной прохладе, идущей от земли, дыша глубоко и медленно.

– Угу.

– Это не твой телефон там звонит?

– Не обращай внимания, – пробормотала Кэйси в перерыве между вдохами.

Через некоторое время она вновь услышала голос Брайанны, удаляющийся по направлению к источнику раздражающего звука:

– Он все еще звонит.

– Пусть оставят сообщение, – ответила Кэйси. Она знала, что ничего серьезного случиться не должно. А говорить с кем-нибудь вроде Оливера или Дилана она не хотела.

Брайанна вернулась с телефоном:

– Это Джон.

Кэйси со вздохом взяла трубку:

– Надеюсь, у тебя хорошие новости.

– Я тоже, – подозрительно радостно отозвался Джон. – Я принял решение. Я ухожу из группы.

– Куда?

– К Вальтеру Амброузу и Джиллиан Бош. У них есть для меня место. Секретарь уже обзванивает моих клиентов, чтобы сообщить об этом.

– А как же мы? Как же наша команда? Как же аренда?

– По-моему, я платил деньги каждый месяц. Если Стюарт решил их присвоить, это проблема владельца помещения. Пусть он гоняется за Стюартом, а что касается команды, то я больше не нуждаюсь в ней. У меня есть клиентура и репутация.

– У меня тоже, – сказала Кэйси.

– У меня есть дела поинтереснее, чем препираться с вами, дамочки.

– У меня тоже, – повторила Кэйси.

– Поэтому я ухожу.

– Я тоже! – почти выкрикнула Кэйси и уже не пожелала отступать. Обидевшись на него за единственную подколку, она сбивчиво выложила ему свои планы, только что возникшие в голове. И только когда нажала на кнопку отбоя, подняла на Брайанну глаза, в которых явственно читалось: «Что я наделала?»