Обжигающий лед - Джуд Деверо

Хьюстон едва заметно кивнула и направилась к лестнице.

— Хьюстон, ну пожалуйста, — прошептала Блейр.

Но в этот момент Хьюстон не испытывала ни капли сострадания к сестре, и, даже услышала, как та всхлипывает, она не оглянулась.

Уже войдя в свою комнату, она все еще продолжала находиться в оцепенении. Ее жизнь была кончена из-за одной единственной ночи. Она потеряла все.

На стене в рамочке висел диплом об окончании школы мисс Джоунз для молодых девиц. Она яростно сорвала его со стены и швырнула на пол, но, когда стекло вдребезги разлетелось, легче не стало.

Одеревеневшими пальцами она принялась расстегивать пуговицы на платье. Минутой позже она стояла посреди комнаты в ночной рубашке, не замечая, что к ней вошла мать.

— Хьюстон? — сказала Опал, положив руку на плечо дочери.

— Иди к ней, — проговорила Хьюстон. — Ты сейчас нужна Блейр. Если она останется здесь и выйдет замуж за Лиандера, то будет потом жалеть. Она много потеряет.

— Но ты тоже много потеряла сегодня.

— Это случилось гораздо раньше. Правда, иди к ней. Со мной все будет в порядке.

Опал подняла с пола диплом в разбитой рамке.

— Ложись в постель.

Хьюстон послушно забралась в кровать.

— Какая я послушная, да, мама? Всегда подчиняюсь. Если не родителям, то Лиандеру. Я всегда была такой хорошей девочкой, и что из этого вышло? Я такая верная. Леди до кончиков ногтей. А моя сестра с ее бриджами и поцелуями получает все то, над чем я трудилась с первого класса.

— Хьюстон, — умоляюще произнесла Опал.

— Оставь меня в покое! — пронзительно крикнула Хьюстон. — Просто оставь в покое!

Потрясенная Опал вышла из комнаты.

Воскресное утро было безоблачным и теплым, солнце освещало красовавшийся на западе Чандлера пик Айерс. В городе было много церквей, и все они в это утро были заполнены людьми.

Но даже солнце не могло растопить лед между близняшками из семьи Чандлеров, шедших по правую и левую руку от своего отчима. Их мать неожиданно слегла в постель и не смогла присутствовать на "процедуре, публично унижающей ее дочь. Лиандер ждал их у церковной скамьи, его взгляд был обращен к Хьюстон. Когда они подошли ближе, он взял ее за руку и прошептал:

— Хьюстон.

Она подумала, что теперь он может их различить, но ничего не сказала, только убрала руку и отодвинулась от него.

Дункан буквально толкнул Блейр к Лиандеру, и они наконец сели: Блейр рядом с Лиандером, затем Дункан и Хьюстон в конце семьи.

Казалось, что служба продолжалась несколько секунд, потому что Хьюстон знала, что в конце будет объявлена помолвка Блейр и Лиандера.

Служба закончилась слишком быстро.

К сожалению, службу в этот день вел не преподобный Томас, а преподобный Смитсон, который не отличался особой тактичностью.

— А теперь мне предстоит объявить помолвку, — сказал он веселым тоном. — Похоже, что наш дорогой Лиандер решил взять в жены другую сестру, и теперь он помолвлен с Блейр. Надо сказать, я бы тоже на его месте не мог решить, какую сестру выбрать. Снова прими наши поздравления, Лиандер.

На минуту в церкви воцарилась гробовая тишина. Потом мужчины начали посмеиваться, а женщины в изумлении переглядываться. Все стали подниматься со своих мест.

— Хьюстон, ты должна меня выслушать, — сказал Лиандер, поймав ее за руку. — Я должен объяснить.

— Ты уже объяснил, — прошипела она в ответ. — Объяснил все, когда рассказал, как великолепна была Блейр и как ты не хочешь возвращения ледяной принцессы… Доброе утро, — улыбнулась она проходившему мимо знакомому.

— Здравствуй, Хьюстон, или ты Блейр? — спросил кто-то.

— Поздравляю, Лиандер, — какой-то мужчина хлопнул его по плечу и отошел, посмеиваясь.

— Хьюстон, давай отойдем.

— Ты можешь идти к… к своей невесте, — она зло посмотрела на него.

— Хьюстон, — умоляюще произнес Лиандер, — пожалуйста.

— Если ты не уберешь руку, я закричу, и мне не будет стыдно, потому что" трудно опозорить меня больше, чем это сделал ты.

— Лиандер, — сказал Дункан. — Тебя ждет Блейр. Лиандер неохотно отвернулся от Хьюстон, схватил Блейр за руку, втолкнул ее в коляску и уехал как-то слишком быстро.

Как только Хьюстон осталась одна, на нее обрушились присутствующие женщины, не обращая внимания на протесты Дункана. Многочисленные лица выражали беспокойство, любопытство, некоторые сочувствие. В основном же, все женщины были заинтригованы.

— Хьюстон, что случилось? Мне казалось, вы с Лиандер были так счастливы.

— Как Лиандеру могла понадобиться Блейр? Они же постоянно ссорились?

— Когда было принято это решение?

— Хьюстон, у тебя есть кто-то другой?

— Вы чертовски правы, милые леди, — раздался громкий голос, и, оглянувшись, все увидели Кейна Таггерта. Никто в городе особо с ним не разговаривали и, похоже, он никогда не знал, что происходит в Чандлере.

Женщины в изумлении оглядывали этого огромного человека в грубой одежде с неопрятной бородой. Но больше всех была удивлена Хьюстон.

— Прости, что я не пришел сегодня на службу, а то я бы посидел с тобой рядом, — сказал он, подойдя к Хьюстон. — Ну что ты так удивляешься, дорогуша? Я, конечно, обещал еще какое-то время сохранять все в тайне, но после того, как Лиандер рассказал всем, я ж не могу молчать.

— В тайне? — переспросила одна из женщин. Кейн обнял Хьюстон за плечи. Трудно было найти более нелепую пару: он нестриженный, взъерошенный, она — само совершенство.

— Хьюстон расторгла свою помолвку с Лиандером потому, что чертовски в меня втюрилась. Она просто не могла сдерживать себя, милые леди.

— Когда это случилось? — опомнилась какая-то из женщин.

Хьюстон начала приходить в себя.

— Это случилось, когда мы с мистером Таггерт ужинали у него дома, — прошептала она, понимая, что потом будет жалеть обо всем, что сейчас скажет, но в этот момент приятно было отвлечься от мысли, что ее бросили.

— А что Лиандер?

— Лиандер утешился любовью милой сестрички, Блейр, — с улыбкой сказал Кейн. — А теперь, милые леди, нам пора. Надеюсь, что вы все придете на свадьбу — двойную свадьбу — через две недели.

Он положил руку Хьюстон на талию и подтолкнул ее к своей старой коляске.

Всю дорогу Хьюстон не двигалась с краешка сиденья. Он остановил коляску на границе своих владений. Перед ними раскинулись просторы его земли, а в глубине сада виднелся его дом. Он дал ей руку, чтобы помочь выйти из коляски.

— Поговорим?

Хьюстон "находилась в таком оцепенении, что не могла возразить.