Скромница для злодея - Сара Маклейн

Но она не хочет какого-нибудь старого мужа. Она хочет большего. Хочет мужчину, который сможет… ох, нет, она не знает. Но уж точно не мужчину, который просто женится на ней и оставит ее в одиночестве на всю жизнь.

Тем не менее она не хотела, чтобы ее семья пострадала из-за ее поступков. Фелисити опустила взгляд на свои руки и честно сказала:

– Прости, мне жаль.

– Твоего раскаяния недостаточно.

Ответ прозвучал резко, куда резче, чем она могла ожидать от своего брата-близнеца, бывшего рядом с момента рождения. И даже раньше. Фелисити посмотрела в его карие глаза – глаза, которые знала так хорошо, потому что у нее точно такие же, – и увидела это. Неуверенность. Нет. Хуже. Разочарование.

Она шагнула к нему.

– Артур, что случилось?

Он сглотнул и покачал головой.

– Ничего. Я просто… я думал, у нас есть шанс.

– С герцогом? – Ее глаза от удивления широко распахнулись. – У нас его не было, Артур. Даже до того, как я это ляпнула.

– На… – Он помолчал, сделавшись очень серьезным. – На достойную партию.

– И что, сегодня вечером там собралась команда джентльменов, готовых со мной познакомиться?

– Там был Мэтью Бингэмптон.

Она моргнула.

– Мистер Бингэмптон ужасно скучен.

– Он богат, как король, – возразил Артур.

– Боюсь, недостаточно богат, чтобы жениться на мне. Богатство не может купить тебе индивидуальность. – Артур что-то неразборчиво буркнул, и она добавила: – Неужели будет так ужасно, если я останусь старой девой? Никто не обвинит тебя в том, что я не гожусь для замужества. Наш отец – маркиз Бамбл, а ты граф и наследник. Мы вполне можем обойтись без достойной партии, разве нет?

Хотя она была по-настоящему сконфужена случившимся, какая-то (и немаленькая) ее часть искренне радовалась тому, что вся эта бессмысленная суета окончена.

Брат выглядел так, словно думал о чем-то другом.

– Артур?

– Еще там был Фридрих Гомригхаузен.

– Фридрих… – Фелисити склонила голову набок, окончательно сбитая с толку. – Артур, герр Гомригхаузен прибыл в Лондон всего неделю назад. И он не говорит по-английски.

– Похоже, его это ничуть не волнует.

– Тебе не приходило в голову, что это может волновать меня, так как я не говорю по-немецки?

Он пожал плечами.

– Можешь научиться.

Фелисити моргнула.

– Артур, я не имею ни малейшего желания жить в Баварии.

– Я слышал, там очень неплохо. Говорят, у Гомригхаузена есть замок. – Он помахал рукой. – С башенками.

Фелисити опять склонила голову набок.

– И меня продадут в обмен на башенки?

– Возможно.

Фелисити долгую минуту смотрела на брата. Ее кое-что мучило – то, что она не могла озвучить, но все-таки решила попробовать:

– Артур?

Но прежде, чем он успел ответить, сверху послышался собачий лай, а следом голос:

– О боже. Насколько я понимаю, бал прошел не так, как планировалось?

Вопрос задали с площадки второго этажа, где крутились три длинношерстные таксы, гордость маркизы Бамбл. Сама маркиза, несмотря на то что ее нос был красный от простуды, вынудившей ее остаться сегодня дома, стояла с безупречной грацией, закутавшись в роскошный халат винного цвета. Ее серебряные волосы были распущены по плечам.

– Вы познакомились с герцогом?

– Вообще-то, она не познакомилась, – ответил Артур.

Маркиза перевела полный разочарования взгляд на свою единственную дочь.

– О, Фелисити. Так дело не пойдет. Герцоги, знаешь ли, не растут на деревьях.

– Да ну? – дерзко ответила Фелисити, желая, чтобы брат-близнец помолчал, и одновременно пытаясь отогнать собак, вставших на задние лапы и пачкающих юбки. – Лежать! Прочь!

– Ты вовсе не такая остроумная, как тебе кажется, – продолжила мать, не обращая внимания на собачью атаку. – Может, у нас появляется по герцогу каждый год? Герцогов не было вот уже несколько лет! А ты уже профукала свой шанс с прошлым.

– Герцог Хейвен уже был женат, мама.

– Совсем ни к чему сообщать мне об этом, как будто я не помню! – возмутилась мать. – Мне бы следовало как следует поговорить с ним о том, что он ухаживал за тобой, не имея намерения жениться.

Фелисити не обращала внимания на монолог, слышанный ею уже не меньше тысячи раз. И она ничуть не расстраивалась, что герцог предпочел остаться верным собственной жене. Помимо того, что герцогиня Хейвен ей по-настоящему нравилась, она еще усвоила критически важную информацию об институте брака – что из безумно влюбленного мужчины получается замечательный муж.

Не то чтобы в картах Фелисити имелся безумно влюбленный муж. Этот корабль отплыл как раз сегодня. Точнее, если быть честной, он отплыл много месяцев назад, но последний гвоздь в гроб был забит как раз этим вечером.

– Я перепутала все метафоры.

– Что? – рявкнул Артур.

– Что ты сделала? – повторила за ним мать.

– Ничего, – махнула она рукой. – Просто думала вслух.

Артур вздохнул.

– Ради всего святого, Фелисити! Это точно не поможет тебе поймать герцога, – сказала маркиза.

– Матушка, Фелисити не ловит герцога.

– С таким отношением и не поймает, – возразила мать. – Он пригласил нас на бал! Весь Лондон думает, что он ищет жену! А ты дочь маркиза, сестра графа, и у тебя все зубы на месте!

Фелисити закрыла глаза, с трудом подавив порыв закричать, заплакать или засмеяться, а может, сделать все это одновременно.

– Значит, вот что требуется герцогам в наши дни? Наличие зубов?

– Это часть процесса! – настаивала маркиза. Ее панический возглас перешел в хриплый кашель. Она поднесла ко рту платок. – Проклятая простуда, если бы не она, я бы сама тебя представила!

Фелисити мысленно вознесла благодарственную молитву тому богу, который два дня назад наслал простуду в Бамбл-Хаус, иначе ее наверняка вынудили бы потанцевать или спровоцировали бы еще какую-нибудь глупую ситуацию с участием миндальной наливки и герцога Марвика. Никто не любит миндальную наливку, и почему ее подают на каждом балу, было выше понимания Фелисити.

– Ты бы не могла меня представить, – сказала Фелисити. – Ты незнакома с Марвиком. Никто с ним не знаком. Потому что он отшельник и сумасшедший, если верить слухам.

– Никто не верит слухам.

– Мама, все верят слухам. Если бы не верили… – Она подождала, пока маркиза чихнет. – Будь здорова, да благословит тебя Господь.