Пари на мужа - Мила Ваниль

— Куколка, я купил бы тебе еще одно платьице… — Смущался Митя очаровательно. Ему шел легкий румянец. — В подарок. Оно такое… необыкновенное. Специально для тебя.

Свой бюджет я уже исчерпала, все верно.

— Митя, мне неловко, — призналась я. — С одной стороны, ты просишь меня принять подарок, а я вроде как ворочу нос, а с другой, я навряд ли смогу отплатить тебе тем же. Я фактически безработная, если не выиграю это пари.

— А платье поможет тебе выиграть, — просиял Митя. — И что значит «отплатить»? Это же подарок.

— При одном условии, — сдалась я. — Нет, при двух. Первое — это действительно подарок ко дню рождения, и других не будет. Второе — не зови меня куколкой.

Судя по кислому выражению лица, условия ему не понравились.

— Хорошо, постараюсь не звать куколкой, — вздохнул он. — А что тебя обижает?

Ага, значит, еще подарки планируются. Наконец-то принесли мороженое и кофе. Я дождалась, когда официантка отойдет от столика и ответила:

— Куколок у тебя много, а я одна.

— А-а-а…

— Ага.

— Яна, прости, пожалуйста. Я не думал, что это так…

Ой, мама! А ведь он действительно расстроился чуть ли ни до слез. У-у-у… Вот у кого Пашка рефлексировать научился. Вот точно, с кем поведешься.

— Митя, не так! Просто немного неприятно, потому что я не твоя клиентка. Вернее, твоя, но не такая же, как все. А еще я эгоистичный и колючий кактус, и говорю, как есть. Если мы друзья, пожалуйста, прекращай извиняться. И вообще…

Я многозначительно замолчала.

— Что? — Митя не выдержал паузы.

— У тебя мороженое стынет и кофе тает, — фыркнула я.

Он наконец-то улыбнулся.

— Мить, а как зовут твою сестру? — поинтересовалась я, меняя тему разговора.

— Аля. — Митя моргнул, взмахнув густыми ресницами. — Александра.

Я молчала, ожидая продолжение. Навряд ли он не понял намек, я не скрывала своего любопытства.

— Яна, я с удовольствием познакомил бы вас до поездки, но не могу.

По спине побежали мурашки. Знакомый взгляд. Такой же, как у Пашки во время откровенного разговора: ясный, твердый, но грустный. Каких демонов я разбудила?

— Я не прошу знакомить.

Я повела плечом, старательно изображая равнодушие.

— Али нет в городе, — добавил Митя. — Она с сыном на даче у родителей, вернется в день отъезда. Яна, она хорошая… нормальная… — Он искал подходящее слово, словно хотел успокоить мою паранойю. — Адекватная.

— Митя, прекрати! — вырвалось у меня. — Это я навязалась в попутчики, а не наоборот. Если я и переживаю, то вовсе не из-за того, что мне не понравится твоя сестра. Я боюсь, что испорчу ей отдых своим присутствием.

Лицо у Мити вытянулось, в глазах мелькнуло недоумение, которое тут же сменилось возмущением.

— Яна! Ты не можешь ничего испортить! Мы все рады твоей компании, и Аля тоже. Да, я с ней говорил. И, между прочим, она обрадовалась, потому что так даже лучше… — Митя осекся и сник.

— Лучше? — переспросила я.

— Ну… — Он смущенно отвернулся. — Два мужика, путешествующих вместе…

Ой, мля! Я, как обычно, думаю только о себе. Все время забываю, как у нас относятся к геям. Да еще на Кавказе!

— С сестрой проще… — выдавил Митя. — Все думают, что они с Пашкой — пара.

— А я вполне сойду за твою девушку, — кивнула я.

— Тебя это обижает, — вздохнул он.

— Ничуть, — возразила я. — Вы пригласили меня не для прикрытия. Но, Мить…

Не уверена, что мое любопытство уместно.

— Спрашивай, — разрешил он.

— Почему Кисловодск? В Европе вам было бы спокойнее. Ведь проблема не в деньгах?

— Не в деньгах. — Митя кивнул. — В Европу мы можем съездить вдвоем, а сейчас я везу сестру отдыхать туда, куда она хочет. Паша с нами, за компанию.

— Ты хороший брат, Митя.

Я искренне считала, что делаю ему комплимент, однако Митю передернуло, как будто он услышал гадость. Что опять не так?

— Яна, мне неудобно, но… — начал было он, но замолчал.

Вот и гадай, в каком месте ему неудобно. Чего он хочет? Чтобы я заткнулась или, наоборот, выслушала его признания? Не уверена, что хорошо разбираюсь в людях и невербальных знаках, но интуиция подсказывала мне, что Мите неудобно грузить меня своими проблемами, но хочется рассказать что-то важное.

— Митенька, — произнесла я нарочито сладким голосом. Как обычно, самое простое — спрятаться за маской сарказма. — Кайся, Митенька, самое время. Выслушаю и отпущу все грехи.

К моему облегчению, Митя не обиделся, а рассмеялся.

— Да, я понимаю, почему Пашка к тебе привязался, — сказал он. — Вы очень похожи. Ты права, я хочу кое-что тебе рассказать. И лучше сейчас, до поездки. Не знал, как начать.

— С начала, — посоветовала я. — Или как-нибудь. Но, Мить, я тебя люблю и без всяких признаний. Ты же понимаешь, правда?

Вроде бы все правильно: если хочешь, выслушаю и помогу, нет — ни к чему удовлетворять мое любопытство. Уверена, что Митя понял меня правильно.

— У меня есть сын, — сказал он. — Но его матерью считается Аля.