Приворот для босса - Матильда Старр

Впрочем, уже через полчаса я поняла, что к чему. Трудно было не догадаться, когда Виктор Сергеевич остановил машину перед огромными воротами пейнтбольного полигона.

— В пейнтбол когда-нибудь играли? — спросил он, выходя.

— Вообще ни разу, Виктор Сергеевич. Вы уверены, что я?..

— Уверен. Тут ничего сложного. И опасного тоже ничего. Вам сейчас всё расскажут. Пойдёмте.

Оказалось, действительно ничего сложного.

Мы прошли инструктаж и переоделись. Собранный, подтянутый инструктор выдал нам снаряжение и пейнтбольные приводы: я узнала, что так называются эти автоматы, которые стреляют шариками. Я, как могла, спрятала волосы под шлем. Виктор Сергеевич проверил мою экипировку и показал палец вверх. Его лица я уже не видела толком, только смутно: его скрывало защитное стекло шлема. Но всё равно было видно, что он улыбается.

Я хотела спросить, где зарядить привод шариками. Но Виктор Сергеевич уже всё оплатил. Инструктор подошёл к нам и выдал «боеприпасы».

Он был суров как сержант из голливудских боевиков:

— Шлем на полигоне не снимать. Физическую силу не применять. Получаете краской в голову — выбываете из матча. Получаете краской в ногу — перемещаетесь только шагом. Ваша задача: защитить свой флаг и захватить флаг противника. За нарушение правил — дисквалификация. Понятно?

Я кивнула.

Нас выпустили на полигон. Он оказался огромной площадкой с деревянными укрытиями и с баррикадами из шин. Виктор Сергеевич показал мне, где укрыться, а сам осмотрел полигон.

Я сжимала привод в руках и боялась, что не справлюсь с ним. Но Виктор Сергеевич продемонстрировал, как с ним обращаться. Он встал из-за баррикады в полный рост и выпустил короткую очередь в ближайшего противника. Я заглянула за угол и увидела, что боец противоположной команды получил несколько выстрелов в руку и ногу.

По всей видимости, шеф играл в пейнтбол уже давно. Он ловко переместился из одного укрытия в другое, сделал несколько предупредительных выстрелов, а потом позвал меня за собой. Перехватив непривычно тяжёлый привод, я юркула в укрытие.

Боец из команды противника побежал в нашу сторону. Я не успела даже сообразить, что надо делать, просто вскинула оружие и зажала курок. Тук-тук-тук! Два шарика пролетели мимо, но один вошёл противнику в ногу и оставил на одежде огромное синее пятно. Боец вынужден был замедлиться.

За этот матч я постреляла всего три или четыре раза. По правде говоря, я гораздо больше любовалась Виктором Сергеевичем. Быстрый, сильный, ловкий. Настоящий боец — совсем не тот, каким я привыкла его видеть в офисе, хотя всё такой же энергичный.

На дальней дистанции он достал противника, который бежал к нашему флагу, а потом показал мне обходить точку вражеской команды с другой стороны. Я обошла.

Мой шеф, он же напарник по команде, появился чуть раньше. Оставшийся противник развернулся, чтобы всадить целую очередь из краски в Виктора Сергеевича. Я вскинула привод и опередила врага. Синяя краска залепила ему шлем огромными кляксами, так что он растерялся и стал слепо озираться вокруг.

Виктор Сергеевич бросился к флагу со своей стороны. Я — со своей. Мы схватились за древко одновременно. Я так спешила, что даже оступилась. Пыталась поймать за руку Виктора Сергеевича, чтобы не упасть, но это не помогло. Я ойкнула, налетела на него, повалила и упала сверху. К счастью, полигон был весь усыпан мягким грунтом и засажен травой.

Я попыталась поскорее встать, но Виктор Сергеевич успел приобнять меня за плечи и сказал сквозь шлем:

— Молодец, Варя! Так держать.

Я забормотала извинения и пообещала, что больше не буду на него падать. Он только засмеялся в ответ.

Пока мы переодевались после матча, я всё ещё не могла отойти от смущения: вспоминала, как повалилась на Виктора Сергеевича. Постаралась выветрить эти мысли из головы. Но всё равно улыбалась.

Мы снова сели в его машину.

— Варя, это вам.

Он протянул мне кожаную сумочку с изящной рельефной фактурой. Что?! Не может этого быть!

— Виктор Сергеевич, но это же «Шанель»…

Я осторожно, словно музейную ценность, взяла сумочку в руки. Не будешь тут осторожной, если держишь в руках аксессуар, ценник на который больше, чем твоя зарплата!

— Я так и думал, что вам понравится, — кивнул шеф.

Понравится… Это не то слово! Ошеломит! Лишит дара речи!

— Очень дорого! Я не могу это взять.

Он пожал плечами:

— Вам придется. Боюсь, мне она не подойдет. Мне даже не с чем ее носить.

Я рассмеялась.

— Я просто не хочу, чтобы вы плакали… — тут важны были не сами слова. А то, как он их сказал. Серьезно. Проникновенно.

В носу предательски защипало.

— Большое, большое спасибо!

Я была готова обнять его, но, наверное, это выглядело бы как-то... Неправильно.

И еще. Когда я возьму новое зелье. И подолью. И он станет нормальным… Он ведь сразу поймет, что сделал секретарю неприлично и незаслуженно дорогой подарок! Сумку надо будет вернуть?

Я погладила мягкую на ощупь поверхность. Ну уж нет! Пусть я буду худшим человеком на свете! Не отдам. В конце концов, он прав: ему даже не с чем ее носить!

Виктор Сергеевич доехал до моего двора и остановил машину. Я ждала. По правде говоря, я думала, что он опять предложит поехать к нему. Но он молчал.

Вот и хорошо! Не пришлось придумывать, мямлить, объяснять отказ. Хорошо же? Наверное.

Я попрощалась с Виктором Сергеевичем и отправилась восвояси.

Перед подъездом я повстречала Сашу. Что-то мы в последнее время слишком часто сталкиваемся.

— Привет, малая! — обрадовался он и тут же сказал: — А у тебя краска в волосах.

Главное, на новую сумочку ноль внимания, а краску сразу увидел. Я стушевалась. Взяла локоны рукой и, скосив глаза, рассмотрела внушительное жёлтое пятно. Вот растяпа-то, плохо спрятала волосы!

— С имиджем экспериментируешь? — поинтересовался Саша. — Или в художницы подалась?

— Да… в пейнтбол играла, — ответила я.

— В пейнтбол?  — в его взгляде скользнуло что-то вроде интереса. — Да ты экстремалка! Ну и правильно. Что наша жизнь? Игра!

Ага… Одна сплошная игра.

Я совсем раскисла. Что же мы так неудачно сталкиваемся? В самом деле, то заяц плюшевый, то в пейнтбол… «Малая». Ну а кто же ещё?

Но раздумывать об этом не хотелось. Тем более что были дела поважнее.

По правде говоря, я очень устала от всей этой кутерьмы вокруг. Виктор Сергеевич ведёт себя не как Виктор Сергеевич. День ото дня все хуже. Сумками вот разбрасывается…

Сколько можно уже? Совсем чуть-чуть. Осталось дожить до понедельника.