Радуга завтрашнего дня - Бертрис Смолл

Фланна поспешила наверх, в маленькую спальню, и, к своему удивлению, еще в коридоре увидела два своих сундука, запертых и перевязанных. Комната оказалась почти пустой: все ее вещи исчезли. Кровать, чересчур узкая для двоих, была застлана свежим бельем. На столе стояли медный тазик и кувшин с прохладной водой. Рядом лежала чистая тряпочка. Фланна налила в тазик воды и, сполоснув лицо и руки, почистила зубы тряпочкой, прежде чем выплеснуть воду в окно. В коридоре послышались шаги, и она поспешно обернулась. Дверь открылась, и вошел герцог. Сердце девушки бешено заколотилось.

Патрик задвинул засов и шагнул к ней.

— Не нужно пугаться. Я не собираюсь пытать вас, мадам. Весь вечер вы как-то странно молчали, хотя, видит Бог, еще утром вас нельзя было унять. — И, сев на край кровати, приказал:

— Помогите мне снять сапоги.

— А что бы вы хотели услышать от меня, милорд? — поинтересовалась девушка, поворачиваясь к нему спиной и усаживаясь верхом на его ногу. За первым сапогом последовал второй, и Фланна снова встала перед мужем. — Не я добивалась союза между нашими семьями Впрочем, и вы тоже. Вам был нужен Брей, и вы его получили. Я же — всего лишь нежеланный довесок.

— Мне, кроме того, требовалось как можно скорее жениться, — откровенно признался Патрик, расстегивая куртку и протягивая жене.

Фланна взяла куртку и аккуратно уложила на единственный стул.

— Но если бы такая возможность не представилась, ты не стал бы искать руки какой-то Броуди из Килликерна, не так ли?

— Сам не знаю. До того как уехать на юг, моя мать советовала мне жениться, но, честно говоря, я просто не знал ни одной девушки из хорошей семьи ни в округе, ни во всей Шотландии. Да и не ожидал унаследовать титул так скоро, ибо мой отец был в добром здравии. Но теперь, когда я стал герцогом, все ожидают, что я женюсь и произведу на свет наследников. Ты ничем не хуже других, девушка И, как ты уже сказала, мне понадобился Брей.

— Значит, у тебя есть любовница? — допытывалась Фланна.

Патрик неожиданно расплылся в улыбке:

— А если да? Ты ревновала бы?

— Не льстите себе, милорд, — резко бросила она. — Я просто желаю знать, чего ожидать, когда приеду в Гленкирк.

— Я не чураюсь девушек, — признался он, — и признал всех своих бастардов: двух мальчишек и крохотную малышку, но их ма были для меня всего лишь минутным развлечением. Все же я забочусь о своих детях и стараюсь, чтобы они ни в чем не нуждались. Но я никогда не содержал любовницы, ни в Гленкирке, ни в каком ином месте.

Фланна кивнула.

— Но что должна делать герцогиня? Я почти необразованна. Правда, хозяйство вести умею. Могу начертить свое имя, но утонченности от меня не ждите. Да и по-французски слова не знаю. Ни манер, ни этикета. Не хотелось бы опозорить вас, милорд.

Патрик Лесли, непонятно почему, был тронут искренностью Фланны. Что ж, у него простая и честная жена. Может, этот брак окажется не таким уж несчастливым.

Он встал и принялся расстегивать штаны.

— Гленкирк, разумеется, намного больше дома твоего отца, — начал он. — Со времени отъезда моей матушки домом некому заниматься. Раньше управителем был ее личный слуга, который появился в замке с тех пор, как она вышла замуж за батюшку, но она взяла с собой всех своих, преданных ей людей. Гленкирк крайне нуждается в женской руке, мадам, и я буду весьма благодарен за помощь.

Можешь выбрать себе слуг из наших людей, не считая, конечно, Эгги и Энгуса.

Он выступил из темных шерстяных штанов, сбросил подштанники и отдал ей. Притихшая Фланна аккуратно сложила одежду, украдкой поглядывая на его длинные ноги, торчавшие из-под длинной рубашки. Вязаные чулки доходили до самых колен. Патрик нагнулся, быстро скатал их и, отбросив пинком, снова выпрямился.

— Итак, мадам, можно начинать.

Фланна с трудом сглотнула:

— Я… я не знаю, что делать.

— Подойди ко мне, — мягко приказал он.

Фланна сделала два крошечных шажка.

— Скажи теперь, что ты знаешь или слышала о том, что происходит между мужем и женой?

— Почти ничего, — выдохнула она. — Правда, перед венчанием моя невестка велела мне лежать спокойно, когда ты войдешь в меня, и если окажешься искусным любовником, я тоже получу некоторое удовольствие. Только я так и не поняла, о чем она. Прости, мне очень жаль, что я такая неумеха. Не хочу сердить тебя, но что есть, то есть.

Теперь настала очередь Патрика громко сглотнуть. Если верить Фланне — а по всей видимости, так оно и есть, — она не только невинна, но и совершенно неопытна. Не то что многие девушки, хоть и сохранившие целомудрие, но уже успевшие пригубить напитка страсти.

Да виданное ли это дело? И попадалась ли ему девственница? Кажется, нет. :

— Ты позволяла какому-нибудь парню поцеловать тебя, Фланна? — спросил он. Слово «мадам» неожиданно показалось неуместным. — Или ласкать?

— Еще чего! — грубо выпалила она. — За кого вы меня принимаете, милорд? Я не какая-нибудь потаскушка, готовая в любую минуту нырнуть в темный уголок или разлечься на вереске с первым попавшимся!

Патрик кивнул:

— Я так и думал, девушка. Но сорванный поцелуй или ласка вовсе не преступление. Все же, если ты неопытна в науке любви, я должен учить тебя с самого начала. Твой отец требует, чтобы ты лишилась невинности еще к утру, иначе он не даст мне дарственную на Брей. До рассвета нам предстоит нелегкая работа.

— Опять Брей! — воскликнула она. — О, возьми его и оставь меня в покое! Я скорее умру девушкой!

Она повернулась к нему спиной. Патрик тихо засмеялся и, обняв ее за талию, привлек к себе. Не в силах сдержаться, он зарылся лицом в ее длинные золотисто-рыжие волосы, напоенные ароматом белого вереска.

— Нет-нет, девочка, — успокоил он, — это было бы самым ужасным.

Откинув с ее плеч массу локонов, он припал губами к нежному затылку. Какая мягкая кожа! Ей легко удастся возбудить его страсть, не говоря уже о том, что он ложился с женщинами и после более короткого знакомства.

Фланна задохнулась. Его рука нежно, но неумолимо притягивала ее к мускулистому телу. Теплое прикосновение его рта было одновременно пугающим и манящим.

— Ты в самом деле считаешь меня красивой? — застенчиво пробормотала она, когда обрела голос. Господи, да что это с ней, черт возьми? Жеманится, как деревенская дурочка!

— Да, — прошептал он, поворачивая ее к себе лицом.

Фланна не успела оглянуться, как он приподнял ее подбородок и поцеловал в губы.

К собственному унижению, Фланна едва не потеряла сознание, ощутив прикосновение его рта. Ее сердце гулко билось, словно ударяясь о ребра. Каждый звук отдавался в ушах, голова кружилась. Ее шатало, словно тростинку на ветру.