Страсти в старинном поместье. Книга 1 - Маргарет Уэй

— А вот мне пришлось пройти качественный курс кулинарного искусства, чтобы я была Нату хорошей женой. — Бронте подошла к плите. — Регулировать температуру здесь просто невозможно. Такой вещи, как летняя, умеренная температура, не существует, только кипящий котел. Но я тебя не подвела. Ужин у нас получится милый, хотя и простой. Все уже в духовке. Нам понадобится сорок пять минут. Я засунула туда мясо креветок, яйца, сливки, вишню, грибы и нарезала кубиками овощи. Должно получиться вкусно. Дары моря — это так удобно. Видно, твой Стивен знал, что ему предстоит прийти на ужин. Остается еще заправить укроповым соусом. Я не могла состряпать изысканный десерт, но сейчас, благо духовка разогрелась, можно испечь пирог на кокосовом молоке. Еще у нас будет манговое мороженое. Я уже поджарила орехи, в основном это наша австралийская макадамия; их можно подать к напиткам. В качестве аперитива — помидоры, маццарелла с анчоусом. Думаю, домой он поедет довольный.

— Пусть только пожалуется, мы его быстро за дверь выставим, — пошутила Гилли, чье настроение заметно поднялось. Она поставила на крышку шкафчика изящную миску с авокадо и вышла, звеня примерно десятком серебряных браслетов. - Когда ты, Бронте, решишься на что-нибудь серьезное, из тебя выйдет прекрасная жена.

— Гилли, это не моя идея! — крикнула ей вслед Бронте.

Совсем, совсем не моя идея!

Стивен Рэндолф приехал с подарками. Вино, бельгийские шоколадные конфеты и еще картонная коробка, перевязанная золотисто-коричневой лентой.

— Я подумал, может быть, это будет кстати, - сказал он, расцеловав Гилли в обе щеки и послав улыбку Бронте. Хитроватая улыбка, изгиб в уголках красивых губ. — Я отнесу это на кухню, хорошо?

— Вы же знаете, вам не обязательно было это делать, — упрекнула его Гилли, сияя.

— Гилли, мне это только в радость. Вы отлично выглядите!

Сейчас он скажет, что мы похожи на двух сестричек, ехидно подумала Бронте, провожая гостя в кухню. Да, этот человек, несомненно, поймал Гилли на крючок. Может быть, это второй мужчина в жизни Гилли, который стремится обобрать ее до последнего пенни? Только через мой труп, раздраженно подумала Бронте.

— Не хотите посмотреть, что здесь? — предложил ей Стивен.

Бронте поставила картонную коробку на длинную и узкую боковую доску соснового буфета. Стивен тем временем убирал вино в холодильник. Гилли, возбужденная, радостная, выплыла на освещенную свечами веранду, вне всяких сомнений, с целью оставить молодых людей вдвоем.

Бронте усмехнулась.

— Пожалуйста, дайте мне минуточку.

— Простите, пожалуйста. Как вам здесь живется?

Он позволил себе оглядеть ее с головы до ног. Ее огромные черные глаза, чуть-чуть тронутые фиолетовым, невероятно красивы, но в то же время она колюча, словно кактус. Кактус, одетый в жидкое серебро. Похоже чуть ли не на белье. Стивену стоило немалых усилий не протянуть руку и не погладить ткань... Ее. Но ему никогда не приходилось видеть, чтобы девушка посылала ему такой красноречивый сигнал: «Держи дистанцию!»

— У меня все в порядке, спасибо. — Бронте развязала ленточку. — О-о, какая красота!

Эти слова вырвались у нее сами собой.

— Гилли любит шоколад.

— Я знаю.

Бронте бросила на Стивена сердитый взгляд, на который он ответил лукавым прищуром. Несомненно, он красив, приходится признать. На нем отличного покроя черная рубашка с кремовыми полосками — в тон бежевым брюкам. У него потрясающая фигура. Это смущало Бронте.

Осторожность, Бронте, и еще раз осторожность, приказала она себе. В этом человеке скрыты запасы динамита.

— Почему вы так стараетесь поставить меня на место? — самым рассудительным тоном спросил Стивен.

— Поставить вас на место? — Бронте надменно вскинула брови. — Мне казалось, я просто разговариваю с вами. Откуда у вас это чудо?

— На самом деле это фруктово-шоколадный торт.

Он отвернулся, чтобы взять тарелку.

— Спасибо вам, — подчеркнуто отчетливо произнесла Бронте.

Он знает, что где найти у Гилли в доме.

— Осторожно пересыпьте их.

Бронте чувствовала, что он провоцирует ее на вспышку. На мгновение ей захотелось принять вызов. Вместо этого она спокойно и ловко извлекла из коробки большой торт, покрытый блестящей глазурью и украшенный серебряными шариками.

— Честно признаться, я сам его сделал, — сказал Стивен, вынул из коробки оставшийся там маленький шарик глазури и медленно положил его в рот.

Бронте отвернулась от него, твердо решившись сохранять ледяной тон.

— Не может быть!

Стивен рассмеялся.

— Нужно же мне было сказать что-нибудь, чтобы спустить вас на землю с заоблачных вершин. Нет, Бронте, я знаком с одной очень славной дамой, к которой могу обратиться, когда мне нужно что-нибудь экстраординарное.

Тут Бронте задала вопрос, который никак нельзя было задавать:

— Вы с ней спите?

— Что? — Ясные зеленые глаза Стивена округлились. — Бронте, вы меня шокируете. Эта дама печет сладости для очень многих.

— Тогда все в порядке. Дело в том, что мы не так уж много знаем о вас. Вы согласны, Стивен Рэндолф?

Его зеленые глаза смеялись.

— Почему вы не спрашиваете меня о моем настоящем имени?

— А есть и такое?

Он улыбнулся. Чувственные губы и челюсть решительного мужчины.

— Бронте, вы чувствительны как бронированный танк, — заявил он.

Она пожала плечами, как бы соглашаясь.

— Ничего. Это между нами. Вы не скажете мне, были ли вы когда-нибудь женаты или помолвлены, раз уж вы не женаты сейчас?

Стивен взял с блюдечка дольку лимона и принялся покачивать ею у себя под носом.

— А вы, оказывается, бесцеремонная крошка, Бронте.

— Нет, — равнодушно ответила она. — Просто я стараюсь побольше узнать о вас. Ради предосторожности.

В его глазах сверкнул озорной огонек.

— Я никогда не испытывал особых трудностей, если искал подружку. Это вас удовлетворяет?

— Меня удовлетворяет честность, и я надеюсь, что вы сейчас ее проявляете. В данном вопросе не пытайтесь обвести вокруг пальца меня.

Стивен громко рассмеялся.

— Согласен, нет проблем. Говоря по правде, Бронте, я попросту не осмелюсь. Как бы то ни было, вам придется осветить кое-какие аспекты, чтобы заставить меня проявить внимание.

— Я удостоилась вашего внимания, как только вы вошли, — резко парировала Бронте.

Кое с чем он не мог не согласиться.

— Что ж, глаз у вас острый, — признал он и небрежно отвернулся. — Что там запекается? Запах чудесный.