Потому что я тебя люблю - Ирина Мельникова

Вот там, в храме, Виталик ее и приметил. Как давно — осталось загадкой. Обратил на себя ее внимание он в конце мая. Сначала стал ставить «лайки» на ее фото и записи «ВКонтакте». Потом добавился в друзья. Стал писать. Ерунду всякую: «Привет, как дела?». А потом подошел в храме после службы. И пазл сложился — он ее давно приметил, подойти постеснялся, сперва подготовил почву — благо, социальные сети щедро готовы в этом помочь.

Познакомились, предложил прогуляться («Погода какая хорошая»). Сперва замялась: дела есть и поважнее, и еще — как же Марк?

Но осадила себя: где сейчас Марк? Может быть, тоже с кем-то гуляет. А годы идут, ей уже двадцать один, и вообще, вдруг это — ее судьба? Хоть и не пахнет любовью с первого взгляда.

В общем, откинув условности, согласилась. Ну что она, в конце концов, теряет? Это ведь даже не свидание. Просто прогулка.

Он рассказывал о себе, создал впечатление очень интеллигентного (даже чересчур) — прямо будущий научный сотрудник. Уже и в аспирантуру поступил.

О ней тоже кое-что спрашивал, но так, невзначай. Может, ранить боялся, вот и не торопился. У всех же границы разные — начни он лезть в душу, едва приоткрывшаяся дверь того и гляди захлопнется. Наташа решила так. И поверила.

А он ей вечером пишет (в продолжение темы) про свои научные изыскания. А потом ни с того ни с сего: «И, кстати, ты мне нравишься».

Как снег на голову.

И как он, интересно, это понял? Ведь о ней почти ничего и не спрашивал. На странице «ВКонтакте» у нее минимум информации.

Наверное, как и она о Марке — придумал ее себе, идеальную.

Усмехнулась, отправила ничего не значащий смайлик с улыбкой и отправилась спать. А что тут ответишь?

Но Виталик оказался настырным. На следующий же день позвал в кино (она занята и даже не соврала), через пару дней — снова.

А ее что-то словно удерживало. То ли «не ее тип», то ли всё то же нежелание лишаться мечты под названием «Марк».

А Виталик раз за разом находил поводы, чтобы писать. То: «Видел тебя сегодня в храме, красивая такая, прямо светишься вся». То с «днем бельгийского льва» поздравляет — условно. То про погоду, то про свои успехи, то просто «как дела?». В общем, всячески делал свое присутствие в ее жизни незаменимым или хотя бы привычным.

Посоветоваться было особенно не с кем. Ника ушла с головой в семейные хлопоты, у Нади карьера — она заняла вакантное место в одной частной фирме и очень старалась теперь доказать, что это место — ее, и лучшего сотрудника им не найти.

А мама сказала: «Что ты теряешь? Сходи, ведь не в ЗАГС».

В итоге сдалась. Через два месяца.

Любая бы, наверное, сдалась, когда столько приятных слов и комплиментов изо дня в день, такая забота, и вообще — хоть виртуальное, но мужское плечо. В двадцать один год — пора. На первое-то свидание (редкие встречи с Пашей не в счет). Жуть. Жалко, конечно, что с нелюбимым. Но, может, приложится.

Решилась — в кино. Может, стоит проверить — ее ли это человек.

Встретились у входа в торговый центр. По дороге — всего-то пять минут до кассы на третьем этаже — болтали на общие темы: погода, чем занимались весь день, что скоро Новый год — и даже не верится, как быстро время летит…

С фильмом определились быстро — их вкусы совпали, иностранная драма была вполне подходящим жанром, да еще и с музыкальными вставками — звучало интригующе, тем более что музыку — качественную и со смыслом — Наташа очень любила. Даже пела порой дома — включала в «Ютубе» видео, закрывала дверь в свою комнату, выключала свет и представляла себя… Да нет, просто пела. Тому, кому принадлежало ее сердце. Он не мог не почувствовать — должен был, — что она о нем думает.

Так странно думать о Марке, когда находишься на свидании с другим парнем.

Она незаметно качнула головой и отогнала эти мысли прочь. Улыбнулась Виталику, перехватив его взгляд.

Роста он был среднего — с нее примерно, хотя сегодня Наташа была в сапожках на низком каблуке. Не таким она представляла себе мужчину мечты, ну да ладно.

— С вас семьсот рублей, — бодро отрапортовала девушка-кассир — на вид она была чуть постарше самой Наташи.

Надо же, уже вечер, а у нее хватает сил быть любезной… У Наташи уже улыбаться ни сил, ни желания нет. Хотя, возможно, в этом всё дело — у нее нет мотивации.

А ведь посмотрит кто со стороны — позавидует: парень и девушка вместе идут в кино — счастливые. Кто бы знал, что счастья нет и в помине. Хотя…

Взглянула она на Виталика: он, похоже, вполне всем доволен.

«Ну не будь такой букой», — мысленно пнула себя и, как воспитанная леди, полезла в сумочку за кошельком.

— Я карточкой, — предупредил Виталик.

— А-а-а, — протянула, не зная, что тут еще добавить.

По дороге купили большой попкорн и два стакана газированной воды. Попкорн она не любила, но согласилась из вежливости, а вот пить хотелось.

В зале первым делом — ответственная ведь — поинтересовалась:

— Сколько я тебе должна?

Он прикинул в уме и выдал:

— Пятьсот рублей.

«Хорошее начало», — мелькнуло у нее в голове, пока она лезла в сумку за кошельком, стараясь подавить свои истинные эмоции.

Аппетит как-то сразу пропал, и есть попкорн окончательно расхотелось. Еле дождалась, пока начнется кино, слушая его невинный треп и усердно кивая с вымученной улыбкой.

И лишь когда зал погрузился во тьму, выдохнула.

Не то чтоб она заранее была уверена, что ее «ведут» в кино, просто если парень так сильно ждал встречи и так добивался ее расположения, уверял, что она нравится, и наконец-то получил шанс — вроде как должен бы был проявить себя. Второй встречи может уже и не быть. Ну, теперь-то уж точно, но даже теоретически… И ведь не бедный студент, работает, вполне себе взрослый уже. Ее отец в эти годы уже был женат и воспитывал дочь — то есть Наташу. Времена, конечно, уже другие, что бы не говорили, и в двадцать с небольшим мужчины теперь максимум на что готовы — начать жить «гражданским браком». Ну, так, пристроиться сбоку к семейной жизни — попробовать на вкус. А не понравится — сразу бежать. И никакой ответственности.

Однако рано Наташа успокоилась. Реплики Виталика через каждые пять минут быстро стали ее раздражать. И под конец она уже перестала на них реагировать — даже голову в его сторону не поворачивала. А ему хоть бы хны. Он был на своей волне и, видимо, полагал, что «свидание» проходит успешно.

Но и это не всё. Уже ближе к финалу фильма рука его медленно, но верно поползла к ее плечу, и Наташа дернулась как от удара. Его ладонь там и застыла — на спинке ее кресла. А она оставшиеся десять минут до конца фильма сидела в натянутой позе и почти не дышала.

Ей всё с этим парнем уже было ясно. Скорей бы домой!