Люблю (ненавидеть) тебя - Дана Алексеева

На соседней вилле я вновь встретила садовника Джека. Он работал с газоном. Увидев меня, Джек ответно улыбнулся и, вытерев руки о рабочие штаны, направился ко мне.

— Доброе утро, мисс Браун!

— Доброе утро, Джек! Как поживает Харли?

— О, просто отлично! Не отходит от Айрин ни на шаг. Хороший пёс!

Я услышала смех и лай неподалеку. Это заставило меня улыбнуться и поспешить к дому.

— Мисс Браун! – окликнул меня Джек. – Совсем забыл сказать, мистера Грина нет дома. Он уехал рано утром.

Озорная искорка внутри потухла. На моем лице отметилась легкая печать разочарования. Я остановилась и, подняв голову к небу, вдохнула свежего воздуха. Кажется, солнце светило уже не так ярко и грело не так сильно.

— Хорошо, я поняла. – слабо улыбнулась я.

— Но мисс Грин уже встала и резвится с собаками! – приободрил меня Джек, заметив мою упавшую интонацию.

Я кивнула в ответ и медленно побрела на звуки веселой игры.

На зеленой лужайке возле дома я увидела своих друзей. Лили лежала на траве и громко смеялась, потому что на ней был Харли, который облизывал её лицо. Рядом с ними спокойно лежала Айрин и с благородным взглядом, полным важности, смотрела на эту картину. По сравнению с ней, Харли – безродный пес, у которого ветер в голове и одни забавы. Хотя это далеко не так.

— Всем привет! – поздоровалась я.

Увидев меня, Харли спрыгнул с Лили и подбежал ко мне за порцией ласки. Лили проигнорировала мое приветствие, она отряхнула одежду и встала с травы. От прежнего прежней беззаботной и веселящейся Лили не осталось и следа. Она окинула меня презренным взглядом и направилась в сторону дома.

— Лили, постой, – умоляющим голосом сказала я. – Давай поговорим.

Она остановилась, но не повернулась ко мне лицом. Как же мне хотелось просто заглянуть в ее глаза.

— Мне не о чем с тобой разговаривать, – коротко сказала мне ее спина.

— Ты злишься на меня. И, наверно, ты права. Но я хочу кое-что тебе сказать.

Лили резко повернулась ко мне, и ее пронзительный блестящий взгляд прожег меня:

— А какой смысл? Я все равно больше не верю твоим словам!

Это было больно слышать. Обида переполняла эту маленькую девочку, она не намерена подпускать меня близко к себе, как когда-то позволила сделать.

— Ты обещала, что всегда будешь с нами! Ты говорила, что любишь Мартина! И что твои слова стоили?! НИЧЕГО.

Она пыталась контролировать свои эмоции, но у нее это плохо выходило. Она поджимала губы и смотрела куда угодно, но не на меня.

— Уходи, Оливия, нам было хорошо без тебя! Нам больше никто не нужен! Ни ты, ни кто-либо другой!

По щеке Лили потекла слеза, и она быстро смахнула ее ладошкой. Я сделала шаг навстречу к ней и протянула руку:

- Я не врала тебе. Я любила, и это правда. Тогда я действительно верила, что буду с вами навсегда, – сдержанно сказала я, хотя меня тоже переполняли эмоции, которые сводили с ума.

— Как ты можешь говорить о любви, если смогла забыть нас так быстро? Просто в один день исчезнуть, как будто тебя не было! Мартин все время молчал и закрывался от меня, но я сразу поняла, что ты его бросила, нас бросила!

— Да с чего ты это взяла? Все не так. Все намного сложнее, чем ты думаешь!

Я повысила голос в недоумении, и мои губы нервно задрожали. Она просто ничего не знает, чтобы так судить меня. Но я просто не могу рассказать ей правды. Всей горькой правды.

— Я уверена, что когда ты вырастешь, ты посмотришь на эту ситуацию иначе, – сказала я, проглотив горечь воспоминаний. – И… Я никогда не забывала тебя. Знай это. Но…

Глаза Лили недоверчиво забегали по моему лицу. Сейчас она сомневалась во всем. Но она вышла на разговор, она высказалась, и это большой шаг вперед.

- Что «но»? – потребовала она продолжения.

— Но мне пришлось забыть Мартина. Если бы я этого не сделала, то просто бы не смогла встать снова на ноги. Я бы окончательно потеряла себя.

— О чем ты говоришь… — шмыгнула она носом.

— Мне было очень плохо, – очень сильно сжала я понятие всей той боли, которую испытывала тогда. – Плохо настолько, что я не чувствовала, что живу.

В груди кольнуло и заныло. В уголках глаз скопились слезы, через которые я смотрела на Лили. Я не знаю, тронули ли ее мои слова, потому что в следующую секунду это девочка горько засмеялась. Затем резко оборвав свой смех, она начала рассказывать свою правду:

— Думаешь, тебе одной было плохо?! Мой брат сходил с ума, он был разбит. Я не узнала его после того, как ты ушла. Он бросил работу, начал пить… Он гнал меня прочь, когда я хотела придти к нему. Я осталась одна между двух огней. Никому ненужная!

Лили всхлипывала, но продолжила изливать душу:

— А потом я узнала, что Мартин разбился на мотоцикле. Он сел пьяным за руль и сам вылетел навстречу машине. Я не знаю, каким чудом он выжил... Я плакала по ночам и тонула в слезах. И после этого он пообещал мне начать новую жизнь. Но наша новая жизнь началась со смерти. Моя мама умерла в пьяном угаре. Мы остались одни друг у друга. Мартин начал рвать от жизни все, чтобы выбраться из той темной глубокой ямы, в которую мы попали… И знаешь, кого я виню за то, где мы тогда оказались?

Я смотрела ей прямо в глаза и прочитала в них ответ.

— Тебя. Тебя, Оливия! Если бы ты не ушла тогда, все могло бы быть по-другому.

— Все было бы по-другому, если бы это были не мы, – выдохнула я. – Ты винишь меня, это твое право. Я не буду оправдываться. Знай, я бы не ушла тогда, не будь на то веской причины.

— Зачем ты снова пришла? Зачем опять крутишься около Мартина? – прямо спросила она. – У тебя вроде жених есть.

Я растерялась. Я сама не знала определенного ответа на этот вопрос.

— То, что мы оказались соседями, это случайность. И мой пес привязался к вашей собаке, я его не заставляла.

— Случайности не случайны, – буркнула она. – Скажи, что между тобой и моим братом ничего нет!

— Между нами ничего нет, – отрицательно покачала я головой. – Мы просто соседи.

По-моему, Лили начала со мной договариваться. Она ставила незримые условия для продолжения нашего возможного общения. Я понимала это и шла у нее на поводу.

— Пообещай, что ничего не будет, – сказала она свое главное условие.

Я замолчала. Могу ли я обещать ей это? Почему мне трудно что-то сказать про нас с Мартином?