(не) Золушка 2 - Екатерина Богушева

— Я ее должен нести?!

Возмутился Воронов

— Нет! — Ивон отпустила его — Я её должна нести! Блин! Мужчина, вы что, совсем тупой?!! Вы её довели, вы её и тащите!

— Нееееет!!! Пусть проваливают оба!!! Я лучше умру чем приму от любого из них помощь!

Закричала я, глядя на Громова и Воронова попеременно.

— Чёрт, закройте рот, Лиля, пока я не передумал. Ненавижу вас.

Заключил Воронов, быстро подхватил меня на руки и вместе со мной выбежал из ресторана...

Страсть

Глава двенадцать

Воронов

Как вы думаете, можно ли поменять мнение о человеке, который с одной стороны уничтожил вас морально и отнял все, что у вас было, а с другой...показал себя совсем не таким каким вы его себе представляли?

Возможно ли сделать это? Можно ли отнестись к нему, или же к ней по-другому, не так как ко врагу, а так как к другу или...некоему аллегорически противоположному агнцу вашей собственной совести?! Как там было в библии, не помню, я не сторонник подобной литературы, но... "Возлюби врага своего..."

Так, кажется... м-да, до возлюбление это такое странное чувство, особенно когда оно направлено в сторону твоего злейшего врага, но, отнюдь не говорит о том, что ты начал его понимать или же не дай бог и вовсе стал на его сторону. Все не так как кажется, это просто банальная помощь женщине, которая и вовсе не не заслуживает, но...ее невинный ребенок ни в чем не виноват, ему и так уже в матери досталась такая бестолочь, а значит, то, что я сейчас делаю, наверное правильно, это по-человечески, да...

Я вынес ее из ресторана и огляделся в поисках этой её не совсем нормальной с точки зрения мозгов и соображения, подруги. Она семенила следом. Вот уж кто стерва на деле, так, прошу любить и жаловать — Ивон Кузнецова. Дочь бизнесмена Кузнецова. Знавал я ее отца, частенько он приходил к моему отцу, вот только не знал, что та милая девочка "бусинка" про которую он рассказывал с таким обожанием за чашечкой чая в нашей гостиной это на деле вот эта сумасбродная и наглая девица с сумасшедшим характером.

Я обратился к девице

— Ну и где ваша машина?

— Ой! Так я же без машины сегодня, на отцовой вместе с ним приехала!

Девушка притворно так с сожалением кивнула, хотя этого сожаления в ней и на грамм не было.

— Ну что, Воронов придется вам её подвозить на своей! Давайте мне ключики, я открою вашу детку, пока вы мою на сидение усадите...

— Я должен?!

Разозлился я

— Нет, я блин! На вашей, вы меня за руль что ли пустите?!

Вот же наглая девица. Я кинул ей ключи и заключил: —Откройте двери и помогите мне, на этом всё. Проваливайте. Дальше я сам, у меня есть знакомый врач, я отвезу её.

Ивон усмехнулась — Умываю руки!

Девушка открыла двери и помогла мне усадить ее подругу на переднее сидение, пока она пристёгивала её ремнями безопасности, я обошёл машину, сел за руль и завел машину

— Аккуратно везите, Воронов, не забудьте пожалуйста про ее беременность.

Боже...я улыбнулся

— Не думаю, что со стонущей девкой рядом мне это удастся.

Потянувшись, закрыл двери и надавил на газ... Лиля плакала. Тихо так ревела.

Её рука лежала на животе, и она словно успокаивала его или как там у женщин это называется?! Сестра моя так делала, правда она была на меньшем сроке, но она так же разговаривала с ним, гладила свой живот и со стороны это выглядело так мило и так трогательно... Отогнав печальные воспоминания, я сосредоточился на настоящем, не менее страшном. Посмотрел на девушку и спросил:

— Лиля, как вы?

— Нормально

Девушка скривилась и я ускорился несмотря на "совет" её подруги, сумасбродной. Машину остановил спустя несколько минут возле частной клиники, где работал главврачом сын лучшего друга моего отца — Герман. Я открыл двери, протянул к ней руки, а она ещё и ударила меня по ним

— Уберите руки! Сама дойду!

Рявкнула эта наглая девица, я отошёл в сторону, с трудом сдерживая себя чтобы не нагрубить ей. Она с трудом сделала несколько шагов и повалилась на пол, держась за живот. Кинулся к ней...

— Нет, нет!!!! Я сама!!!

— Сама она….

Не обращая внимания на ее начинающуюся истерику, подхватил ее с пола и вместе с ней побежал вверх по ступеням, ногой стукнул в двери. Их мне открыли через минуту. Гаркнул на медсестру, велел прислать сюда Германа. Он прибежал к нам спустя минуту, весь взлохмаченный, по дороге надевая халат, следом за ним бежала такая же девчонка. Ну времена идут, а Герман Давыдов не меняется. Снова шпилил свою медсестру в кабинете. Я рявкнул на него:

— Она тут рожает или ей больно, я не знаю, разберись с этим.

С порога заявил ему и Герман тут же включил профессионализм. Отпер двери и рявкнул:

— Давай её на кушетку!

Я опустил девчонку на резиной обитую лавочку и был тут же грубо вытолкан другом вон в коридор. Сижу жду...и чего я остался?! О ней здесь позаботятся, езжай домой, так нет блин. Сижу нахрен жду, уже и кофе пил и ходил по коридору, нефига, снова сел, жду....даже не заметил как уснул...А когда мне на плечо легла что рука, я нервно вскочил и выругался.

— Спокойно, спокойно, папаша. Не надо так нервничать все с твоей девочкой хорошо и с ребёнком тоже. Ну перенервничала мамочка, ребёнок это почувствовал и слегка взбунтовался. Характер показывает, видно весь в тебя, психопатом мелким растёт. Вернее психопаткой, твоя дочь, точно.

Вначале я не понял, о чём он говорит, спросонья, а потом, замотал головой:

— Это не мой ребёнок и уж тем более у меня ничего нет и быть не может с его матерью.

Герман усмехнулся:

— Ага, ты ее сюда привёз среди ночи? Привёз. Всю больницу на уши поставил? Поставил. Ненавидишь эту женщину? Да, я тебя с детства знаю, придурка. Но...что-то ещё к ней чувствуешь и даже не отрицай.

— Из-за неё погибла вся моя семья, ясно??! Я её ненавижу! О чем "ещё" ты говоришь??! Как она?

С минуту Герман молчал, а потом кивнул: — Хорошо. Спит, мне пришлось