Девочка олигарха - Амира Ангелос

— Но у тебя были благие намерения, ты хотела прощения попросить. А он…

— А ему это не нужно было. Он хотел крови.

Зажмуриваюсь. Он действительно хотел именно крови. Моей. Девственной.

Как поэтично, — фыркаю на собственные мысли.

И как глупо я попалась. Ведь Огнев довёл меня до такого состояния, что я была почти готова отдаться ему!

— Тогда тем более, Стась, опередить его надо. Звони сейчас же адвокату! — не унимается Лена.

Отчим нанял для моей защиты своего знакомого, опытного юриста. Юрий Дмитриевич сразу вызвал доверие у моих родных и пообещал, что дело закончится условным сроком. Добился, чтобы меня выпустили под залог — это было непросто. Понимаю, что Лена права и нужно рассказать ему обо всем как можно скорее. Но у меня сейчас на это нет сил.

Раздается звонок в дверь, мы все еще стоим в коридоре. Я даже еще не разулась. Опускаю взгляд на сапоги — они чужие. Чьи? Что если женщины, которую я убила?

Резко вытаскиваю из них ноги, чуть ли не отпрыгиваю в сторону.

— Не переживай так, это Женька твой, — Лена по-своему понимает мою нервозность. — Иди в ванную, что ли, халат надень. А лучше душ прими. Я его задержу. Не хватало чтобы он тебя в белье увидел. Он вообще знает, куда мы ездили?

— Нет, ты что, я ему не сказала… Он бы ни за что меня не пустил, — вздыхаю. — Спасибо тебе, дорогая. Я быстро приму душ, отпущу тебя. Весь день со мной возишься…

— Проехали, Архипова, — хмыкает Лена. — Ты мне в школе все десять лет списывать давала, так что в расчете.

Лена конечно преувеличила, не так уж плохо она училась. Я же правда была отличницей, по всем предметам. Отец с детства приучал меня быть лучшей во всем. Разве что по пению меня превосходила одна из девочек в нашем классе, у нее был шикарный голос. Но все равно, несмотря на полное отсутствие голоса и слуха у меня было пять.

Почему я сейчас, стоя под душем, вспомнила школу? Не знаю, может потому что тогда все было беззаботно, легко. Как хочется вернуться в то время.

А может еще потому что не могу выбросить из головы Огнева. Его руки, крепкие, широкие ладони, тугие выступающие дорожки вен. Невероятно сексуальные руки. Стоит закрыть глаза, и я представляю их… на своем теле.

Что я вытворяю? Там, за дверью меня ждет мой парень, подруга, а я… Трогаю себя между ног, возбуждаясь все сильнее. Меня колотит. Каждая мышца в теле напряжена. Надавливаю сильнее. Как он. Поглаживаю, нажимаю… Вырывается глухой стон. Боже, я трахаю себя пальцами и представляю своего врага. Думаю о человеке, который презирает меня… и кончаю с глухим стоном. Так сильно, что содрогаюсь всем телом.

За что мне это? Чувствую себя отвратительно, грязной, пошлой. Включаю холодную воду и стою несколько минут под ледяными струями, наказывая себя.

Это помогает немного прийти в себя. Начинает нестерпимо болеть голова, словно у меня похмелье. Вспоминаю виски, которое меня принудил выпить Огнев. Всего пара глотков, пожалуй, слишком мало для похмелья. Надо срочно выкинуть эту встречу из головы. Все закончилось. Теперь мы увидимся только в суде, и то надеюсь, что Огнев не будет присутствовать. Его не было на заседании по залогу. Он слишком занятой, слишком богатый, влиятельный для такой мелкой сошки как я. Так себя успокаиваю…

— Наконец-то, дорогая, — произносит Женя, когда появляюсь в дверях кухни. — Я тебя потерял. Целый день пытаюсь дозвониться.

Лена успела накрыть на стол, сидят пьют чай, от этой картины веет уютом, мне становится немного легче.

— Извини пожалуйста, я забыла телефон дома. Так глупо…

— А где ты была? — спрашивает требовательно.

Теряюсь, не знаю что ответить, перевожу взгляд то на подругу, то снова на Женю.

— Ну гуляли мы с ней, прокатились немного, — приходит мне на помощь Лена. — Чего ты нам допрос устроил?

— Потому что Станиславу искал её адвокат, — недовольно отвечает Женя. — И вообще, я со своей девушкой разговариваю, чего ты вмешиваешься?

— Так, брейк, не ругайтесь, пожалуйста, из-за меня, — перебиваю Евгения. — Жень, мы правда просто прокатились немного с Леной. Извини что так вышло, что тебе пришлось искать меня. Не понимаю, как я могла не взять телефон… Я ужасно рассеянная в последнее время…

— Ладно, влюблённые голубки, я, пожалуй, поеду восвояси. — Лена поднимается из-за стола.

К сожалению моя лучшая подруга и мой парень не особенно ладят. Даже не знаю почему. Это конечно не особенно приятно, быть периодически буфером между ними, но что поделать. Бывает сложно, потому что люблю их обоих.

— Спасибо тебе ещё раз, дорогая, что вытащила меня на прогулку. Созвонимся чуть позже хорошо? — обнимаю подругу.

Проводив Лену, разыскиваю телефон. Оказывается, я оставила его в спальне под подушкой. Пропущенные вызовы от мамы, брата, и моего адвоката. Первым делом набираю маме.

— Прости, мамуль, что я пропала.

— Ты не представляешь, как я волновалась, — голос мамы дрожит. — Я замучила звонками Женю, но он ничего не знал о тебе. Что происходит, Стась? Ты никогда такого не позволяла себе. Не бережёшь мои нервы.

— Прости, — невольно задумываюсь, насколько часто стала повторять это слово. Кругом виновата… — Мы поехали прогуляться с Леной, а я забыла телефон подушкой.

— Юрий Дмитриевич искал тебя, хочет обсудить детали защиты.

— Я обязательно наберу ему, мамуль.

— Прямо сейчас, — безапелляционно требует мама.

* * *

— Спасибо, Жень, что был так терпелив со мной, — обнимаю его за шею, целую в щеку. Он действительно был очень терпеливым, дождался пока я поговорю с братом, потом с адвокатом. Я чувствовала неловкость, что ему приходится ждать меня. Впрочем, Женя включил спортивный канал в спальне, так что неплохо проводил время, смотрел свой любимый футбол. Я же, одной рукой разогревала нам ужин, другой держала трубку и извинялась до бесконечности. Перед братом, перед Юрием Дмитриевичем, который отчитывал меня за то что уехала из квартиры. Я смалодушничала, не смогла рассказать ему о визите к Огневу.

— Я освободилась и теперь полностью твоя…

— Это хорошо, — руки стискивают мою талию сильнее, Женя прижимает меня к себе, наклоняется и