Аврора - Илья Шевцов

— Нет! — рычал Ксальди, стреляя злобными взглядами в нависшего над ним старика — Ты не понимаешь! Я люблю ее! Отпусти меня!

— Довольно — спокойным и ровным голосом остановил его старец — Я прощал тебе слишком много. На этот раз ты зашел слишком далеко, Ксальди. Ты тянулся к солнцу, совсем забыв, как обжигают его лучи. Пусть это будет тебе уроком.

Замолчав, отец отвел свой посох от груди Ксальди и сделал шаг назад. Полный злобы, голубоглазый мужчина дернулся вперед, намереваясь броситься на старика, но вместо этого повалился на землю лицом вниз и завыл. Корчась в окровавленном снегу, Ксальди рычал и пытался подняться, но силы покидали его. Ладони мужчины начали дымиться. Подойдя ближе, я смог различить, как его руки покрываются ожогами.

— Хватит, Отец! — взмолилась Аврора, бросаясь к старику, но он жестом остановил ее и, повернув к ней свое лицо, медленно проговорил.

— Аврора, дитя. Я знаю, как ты любишь прогулки под луной. И пока они оставались незаметными для — старец печально взглянул на страдающего на земле Ксальди — полуночников, я позволял тебе это. Но ты стала слишком легкомысленной…

— Перестань его мучить, Отец, я прошу тебя! — упав на колени, взмолилась девушка и по ее щекам заструились слезы — Я готова понести любое наказание. Я знаю, что мы не можем быть вместе, но я не могу смотреть на его страдания, потому что он… Дорог мне.

Ксальди на секунду смолк и поднял глаза, надеясь увидеть лицо Авроры. Стоя в двух шагах от него, я видел, как на его лице засияла надежда, заставившая его на мгновение забыть о боли. Фигура отца скрывала от него упавшую на землю девушку, поэтому Ксальди осторожно попытался подняться, оперевшись на локти.

— Ваша любовь поставила под угрозу мироздание, дитя… — негромко сказал старец, наклоняясь к дочери — Его безумная любовь к тебе чуть не погубила все, что я так долго создавал. За это он должен ответить сам.

— Но он не виноват в том, что хотел быть счастлив, Отец! — воскликнула Аврора, смело глядя отцу в глаза — Разве он должен страдать за то, что влюбился в меня? Ведь это из-за меня он решился на все это. Только ради меня он хотел сделать так, чтобы мы могли быть вместе.

— Не умаляй его вины, Аврора — сурово произнес старец и нахмурил брови, быстро взглянув на с трудом стоящего на ногах Ксальди — Он сознательно пошел против моей воли и сделал это, в том числе и для себя. Он хотел заполучить твое сердце…

— Мою любовь, Отец — едва сдерживая слезы, возразила девушка и протянула к старику руки — Ему нужна была только моя любовь.

Положив руку на плечо Авроры, отец тяжело вздохнул и покачал головой. Аккуратно смахнув со щеки девушки слезу, он обернулся, чтобы взглянуть на Ксальди и негромко произнес:

— Вы оба виновны. И не виноваты в то же время. Никто не мог предвидеть, и даже я, что Ксальди, мой верный друг, пойдет против меня из-за любви. Но, похоже, любовь — самая невероятная и самая большая сила в мире, способная заставить нас творить удивительные, великие вещи. Хоть и не всегда хорошие — старик поднял Аврору и Ксальди с земли и, стоя между ними, продолжил — Вы оба понесете наказание. Но отныне, Ксальди, тебе больше не быть Стражем Луны и не гулять под солнцем. Как и тебе, дитя мое, не пройтись больше по снегу при лунном свете. Такова моя воля и вам придется принять ее. А теперь…

Старик повел рукой в сторону Ксальди и мужчина растворился в темноте, не оставив после себя и следа. Аврора сдавленно выдохнула, но взяла себя в руки и вытерла слезы. По ее лицу пробежала грустная улыбка. Посмотрев на нее, старик оперся о свой посох и собрался увлечь ее за собой в ночь, когда я не выдержал и крикнул:

— Отец!

Старец встрепенулся и, словно впервые заметив, грустно поглядел на меня. Оставив Аврору позади, он сделал небольшой шаг мне навстречу и негромко заговорил.

— Джереми, мальчик мой. Прости меня — он стоял достаточно близко, чтобы я мог разглядеть его лицо. Оно почти не изменилось с нашей последней встречи, но глаза были бледными и полными печали — Прости, но я никогда не был твоим отцом. Много лет назад я узнал, что Ксальди затевает недоброе, что он может привести весь мой мир к гибели. И тогда мне стал нужен тот, кто защитит самое дороге, что у меня было — мою дочь.

Сделав еще один шаг, отец подошел ко мне вплотную и положил мне руку на плечо. Ладонь была теплой и такой родной, что на глаза невольно стали наворачиваться слезы. Слова о том, что этот человек никогда не был моим отцом, еще не уложились в моей голове, и я не мог отделаться от мысли, что снова вернулся в детство.

— Я всегда любил тебя, как родного сына, Джереми. Тебя и твою маму — продолжил старец — И мне до сих пор очень жаль, что пришлось покинуть вас. Но, так было нужно, и я не мог поступить иначе. Я рад, что ты стал таким замечательным человеком, Джереми. И я благодарен тебе за то, что ты спас мою дочь, как я когда-то и завещал тебе. Твой путь озарит солнце, мой мальчик. Аврора озарит твой путь. Иди по нему смело.

— А что же будет с ней? — робко спросил я и взглядом указал на стоящую неподалеку Аврору. Девушка неловко держала себя за локти и слегка покачивалась — Я больше ее никогда не увижу?

— Увидишь, Джереми! Обязательно — улыбнувшись мне такой знакомой улыбкой, ответил отец и лукаво посмотрел на свою дочь — Каждое утро она будет взлетать над твоей головой в небо. Не пропусти это.

Похлопав меня по плечу, старик приобнял меня и отошел. Как только нас разделило несколько шагов, Аврора сорвалась с места и бросилась ко мне в объятия. Прижавшись своим маленьким и хрупким, но таким горячим телом, девушка стиснула мои ребра и быстро прошептала:

— Джерри, милый Джерри! Ты будешь счастлив, я обещаю тебе. Все будет хорошо, и ты будешь счастлив, Джерри! Я обещаю тебе!

— Я верю, Аврора, верю — поспешил я заверить девушку и аккуратно отстранил ее от себя,