Гарем для принцессы - Лена Хейди

– Думаешь, по ночам Аурика будет приглашать тебя для совместных молений? – озадаченно хмыкнул Сайтон, глядя на него, как на чудика.

– Что-то мне подсказывает, что до этого не дойдёт, – загадочно улыбнулся Дэвид.

– Ты считаешь, психика принцессы настолько сильно пострадала в плену, что она больше не подпустит к себе ни одного мужчину? – напрягся Кевин.

– Я этого не говорил, – мотнул головой Монах. – И вообще, моя госпожа – не Аурика, а леди Али, – он так пристально посмотрел на меня, что я даже смутилась.

А вдруг он понял, что я попаданка в тело принцессы, и на мне морок? По спине пронеслись холодные мурашки.

– Полагаю, что бесполезно читать тебе лекцию о том, что всё, чем владеет госпожа Али, принадлежит принцессе, – отметил Эльтон.

Дэвид невозмутимо кивнул:

– Бесполезно.

– Но ты не сразу подошёл к ней на отборе. Неужели сначала встал в очередь к Вивьен, как большинство из нас? – уточнил полуэльф.

– К этой рептилии? Не смешите меня, – криво усмехнулся Дэвид. – У неё душа, как у древней злобной ящерицы – дурно пахнущая и чёрная. Я просто стоял в стороне и не решался подойти к госпоже Али, – произнёс он и снова пристально посмотрел на меня: – Для вашего возраста у вас невероятно молодая и светлая аура, пахнущая мёдом и зелёными яблоками. А ещё – ирисом и карамелью. Мне всё казалось, что я что-то путаю, улавливаю то, чего не может быть. Встал в общую очередь, когда уже все к вам перебежали. А светлые силы сделали всё остальное, и вот я с вами, на борту «Андромеды».

Корабль словно услышал, что говорят про него, и разразился громкой сиреной со звучным:

– Внимание! Предупреждение! До гиперпрыжка – три минуты. Всем леди занять капсулы, рабам – лечь на пол. Отсчёт пошёл.

«Держись, Алинка, это последнее испытание», – подбодрила я себя. Надо просто выдержать ещё одну перегрузку, и всё будет хорошо. Не сразу, конечно, но будет.

И я больше никогда в жизни не зайду на космический корабль.

Вышла из-за стола, чтобы лечь на пол у стены – на место моих прежних мучений во время гиперпрыжков. Про себя называла его пыточным квадратом.

Парни, кроме Рэнни, легли в ряд в центре каюты, а Кевин вспомнил мой приказ и с видом побитого сиротки поплёлся в капсулу.

Я думала, что барс решил устроиться на полу возле моей персоны, но он неожиданно подхватил меня на руки:

– Простите, госпожа. Боюсь, нормального раба из меня не выйдет.

Я не успела пикнуть, как он метнулся к капсуле, опередив опешившего Кевина, и уложил меня внутрь. Мало того: он тоже запрыгнул туда, крепко прижал моё тело к себе и захлопнул крышку.

Разум затопила острая паника, но спокойный голос оборотня и его тёплые объятия не дали мне окончательно потерять контроль над собой:

– Всё хорошо, госпожа Али. Всё хорошо. Смотрите мне в глаза и дышите глубоко и ровно. Вдох-выдох. Вот так. Вдох-выдох. Можете наказать меня за это непослушание как угодно. Но я не могу позволить, чтобы вашему здоровью был причинён вред.

– Покажи котика, – судорожно выдохнула я. Каждое слово далось с большим трудом.

Миг – и ко мне прижимается шикарный пушистый барс. Сама не заметила как, но я вцепилась в него, словно ребёнок в любимого игрушечного медвежонка. Тепло его тела, размеренное дыхание, шелковистая шерсть под моими ладонями – и все страхи и клаустрофобии быстро развеялись, оставляя после себя безмятежность.

Корабль дёрнулся, уходя в гиперпространство, а я этого почти не заметила.

Глава 15. Враг

*

Рэнни

*

Наверное, я слегка перенервничал в последнее время, ибо заметил, что мой и без того не особо сильный дар телепата значительно ослаб.

Я мог ещё улавливать некоторые мысли парней. Арни всё время думал о своей тренажёрке, Эльтон предвкушал встречу с принцессой и составлял план по её соблазнению, твёрдо намереваясь выбиться в фавориты. Бэкет размышлял о будущем образовании – прикидывал, на какой факультет он хочет пойти учиться, у Кевина тоже все мысли были об учёбе. Сайтон злился, вспоминая о пытках брата, а на уме у Дэвида были только молитвы.

А мысли госпожи Али были от меня по большей части сокрыты. Я улавливал только что-то странное про сбор информации, шпионские игры и геенский колючий платок.

Лишь один момент не вызывал у меня ни тени сомнений: моя истинная пара панически боялась замкнутых пространств вообще, и капсулы, в частности.

И это было настоящей проблемой: ведь гиперпрыжок был на носу. А я не мог позволить, чтобы её хрупкий женский организм пострадал во время перегрузок. Стоило только представить, как моя вторая пара корчится от боли, как у моего барса начиналась натуральная истерика.

Так что у меня просто не было выбора: когда искин корабля начал обратный отсчёт перед прыжком, – я подхватил свою женщину на руки и уложил её в капсулу. А чтобы она не боялась – лёг туда вместе с ней.

В память врезались ошалелые очи Кевина, вытянутые лица других парней и одобрительный кивок Дэвида. А ещё – округлившиеся от ужаса глаза моей пары.

Пусть она прибьёт меня за это или накажет как-то по-другому, – но других вариантов для меня не было.

Да, я нарушил её приказ насчёт отправки в капсулу Кевина и вообще являюсь рабом, не имеющим прав ни на что, и обязан сейчас лечь на пол, но всё это было неважно.

Только бы с ней всё было хорошо.

Захлопнув над нами крышку, я пошёл ещё дальше: крепко прижал женщину к себе и принялся негромко, но уверенно её успокаивать. Видел однажды в танцевальном клубе, как штатный психолог приводил в чувство клиента с белой горячкой. Правда, там была задействована ещё целительская магия, но я хорошо запомнил те слова, что он говорил, и то, с какой уверенностью парень держался перед паникующим громилой, способным походя затоптать кабана.

А когда леди Али сдавленно попросила: «Покажи котика», – барс едва не выпрыгнул из шкуры от счастья.

Было жарко, неудобно, тесно, и концы серого платка на голове госпожи оказались настолько колючими, что до меня дошла её мысленная фраза про геенское изделие. Как я был с ней согласен!