Путь к сокровищу - Елизавета Секисова

Что со мной? Почему мое сердце так быстро колотится. Мужчина все еще склонялся надо мной. Я нахмурилась и по стеночке отодвинулась от него.

— Тут уже не далеко, за поворотом, — пытаясь не смотреть в лицо спутнику, сказала я.

В ответ он только головой кивнул.

Мы вошли в большую пещеру. Своды ее уходили высоко вверх, свет факела не мог осветить потолок. В стене была выбита ниша в метр шириной и неизвестной глубиной. Туда, как и сказал отец, Вячеслав поставил мешки. В пещере было холоднее, чем в туннеле.

— Думаю, стоит немного перевести дух, — сказал мужчина, садясь на камень.

— Да, ты прав, — ответила я, присаживаясь на камень подальше.

— Почему ты, не зовешь меня по имени, мы же обручены? Не надо так больше, хорошо? — спросил Вячеслав.

Что мне было ему ответить? Я лишь пожала плечами и достала из небольшой сумки, висевшей у меня на поясе, завернутый в тряпицу хлеб и вареные яйца. Половину всего протянула мужчине. Тот довольно улыбнулся.

— Какая заботливая у меня будет жена, сам себе завидую, — ставя ударение на слово «жена» Вячеслав следил за моей реакцией.

Я чуть хлебом не подавилась.

— Не смущай меня, пожалуйста, — зыркнув на него, ответила я.

Мужчина насупился и продолжил есть.

— Нам пора, — снова заговорил мужчина.

— Да, идем.

Мы уже подходили к развилке, как вдруг стены задрожали, сверху посыпались камни. Свод тоннеля начал обрушаться.

— Назад, — крикнул Вячеслав и резко дернул на себя.

На мое место рухнул огромный булыжник. У меня от ужаса глаза округлились.

— Бежим. Скорее, — крикнул мужчина, таща меня за собой.

Когда рассудок вернулся, мы оказались запертыми в пещере с минимумом еды, воды и воздуха. В полной темноте. Факел остался под завалами.

— Мы умрем здесь, да? — обреченно выдохнула я.

— Я не хочу тебя обнадеживать и говорить, что выживем, но прежним путем отсюда не выбраться, — спокойно ответил Вячеслав.

— Как ты можешь! Как ты можешь быть таким спокойным сейчас! — я ударила его в грудь и расплакалась.

Мужчина не стал кричать на меня в ответ. Он просто крепко прижал к себе и погладил по голове.

— Успокойся. Я придумаю что-нибудь.

— Что? У нас даже света нет, — шмыгнула я носом.

— Ну, допустим, свет у нас есть. Подожди немного,

Мужчина чем-то зашуршал во тьме, пару раз стукнул. Я увидела искры, выбиваемые огнивом, затем тлеющий и разгорающийся трут, от которого Вячеслав зажег свечу.

— Я не знал, есть ли здесь факел, поэтому взял на всякий случай.

Вячеслав пошел осматривать пещеру. Запасного выхода не нашлось. Зато в дальнем углу пещеры нашлась между камней вода. Крупными каплями она стекала по каменной стене и оказалась вполне пригодной для питья. И это радовало. Значит, мы умрем не от жажды, а гораздо раньше, от удушья. Я обреченно сползла по стене, рядом с мешком золота, мужчина сел напротив.

Некоторое время мы сидели молча. Потом Вячеслав начал задавать мне различные вопросы о родителях, детстве, моих интересах, еде, животных, параллельно рассказывая о себе. Мужчина так забавно описывал свои юношеские приключения, что я расслабилась, напрочь забыв о том, что мы оказались запертыми в пещере, и от души хохотала. С каждым мгновением мне все больше и больше казалось, что я знаю этого человека давным-давно. Он начал нравится мне.

Я задремала. Мне снился дом. Я стояла на смотровой башне и смотрела на закат. Сзади подошел Вячеслав и обнял за талию. Мне стало тепло и уютно. Легкий ветерок еле обдувал мое лицо. Ветерок, как настоящий, шевелил волосы. Я проснулась. Какой тут может быть ветер? Мужчина уже сидел рядом со мной, оказывается, я спала на его плече. Но вдруг мне показалось, что пламя свечи колыхнулось, будто бы и правда ветерок подул. Не может быть, мелькнуло у меня в голове, но пламя снова дернулось. Я начала трясти Вячеслава.

— Смотри скорей, пламя колышется, значит сюда откуда-то, поступает воздух. Может где-то, на верху, есть расщелина, через которую можно вылезти? — воодушевившись возможным спасением, быстро заговорила я.

Мужчина внимательно посмотрел на огонек.

— Возможно, ты права, — поспешил ответить мне Вячеслав.

Он взял свечку и медленно поднес к стене, двигаясь как можно тише, чтобы не колыхать огонь своими движениями, но пламя оставалось неподвижным.

— Ветер точно есть, — подытожил Вячеслав, — Но только не сверху. Он идет из…

Мужчина поднес свечу углублению в скале и отодвинул мешок с реликвиями. Пламя погасло…

— Могу предположить, что отверстие сквозное, — снова зажигая свечу, сказал Вячеслав, — У нас появилась возможность выбраться отсюда.

В этот момент меня переполняли эмоции, я не в силах была что- либо сказать, только радостно закивала головой.

Первым полез Вячеслав. Ползти пришлось недолго. Лаз начал расширяться, и мы оказались в еще одной пещере. Она была гораздо меньше предыдущей и напоминала грот. Пещера тонула в полумраке, из узких расщелин сверху пробивался слабый свет. Наверно, снаружи уже был вечер.

— Я нырну, осмотрю стены, возможно, там есть проход, — сказал Вячеслав.

— Хорошо, — кивнула я.

Признаться, я не умела плавать и боялась воды. Как-то еще ребенком с другими детьми пошла посмотреть на ледоход. Некоторые из них, иногда, катались на льдинах, а я всегда боялась. Но однажды решилась и едва не погибла. Моя льдина наскочила на другую, треснув, и я упала в воду. Помню только, что сразу же пошла ко дну. Свет становился все дальше и мутнее, а потом перед глазами появилось лицо мальчика с голубыми глазами. Родители сказали, что тогда меня и правда спас мальчик. Он был с отцом проездом в нашем поселении. Больше я его никогда не видела.

— Там есть проход, — всплывая, крикнул Вячеслав.

— Это очень хорошо, но есть одна огромная проблема, — я опустила голову, недоговорив.

— И какая же, — поднял брови мужчина.

— Я не умею плавать.

На минуту Вячеслав задумался.

— Спускайся в воду.

Я с непониманием поглядела на мужчину, а тот лишь кивнул, подтверждая свои слова.

— Давай скорее, не бойся, — подбадривал он меня.

И я опустилась в воду, держась за выступ скалы. Вода сжала меня холодным кольцом, по телу побежали мурашки.

— Сейчас ты обхватишь меня руками за шею со спины, глубоко вдохнешь, и мы нырнем, проплывем под скалой и всплывем уже на свободе. Поняла? Не волнуйся, все будет хорошо.

Вячеслав говорил так уверенно, не давая мне усомниться в том, что что-то может пойти не так. Я смотрела на него и мысленно восторгалась. С ним я не чувствовала страха, беспомощности. Его