(не) Отец моего сына - Эмилия Марр

и мужчина без лица и голоса одним резким движением проник в меня, и все внутри сжалось от желания почувствовать это. Я сжала бедра, стараясь унять жар, внезапно охвативший меня внизу живота. Ощущение пульсирования в моем лоне не давало мне расслабиться, еще более заставляя желать, чтобы внутри меня оказалось что-то твердое и теплое. Но откуда это и что мне теперь делать, непонятно.

А за дверью стоны становились все громче, девушка издавала такие звуки, что мне захотелось открыть дверь и увидеть все своими глазами и в то же время зажать уши руками и убежать отсюда. Стоны в спальне зазвучали выше, отрывистее и почти без промежутков.

В этот момент девушка издала особо виртуозный звук, и он отозвался внизу живота острой болью и ощущением полной пустоты. Мне кажется, я уже готова что угодно засунуть себе между ног, лишь бы унять то острое желание, которое возникло у меня сейчас. Скрутило так, что ни вздохнуть, ни выдохнуть. Перед глазами пелена, я остро хочу почувствовать твердую плоть у себя между ног. Бегу к себе в спальню, скидываю одеяло с мужа и сажусь на него. Беру его плоть в руки и вожу вперед-назад, надеясь, что она оживет. Вова просыпается.

– Алена? – удивляется он.

– Молчи! – требую от него, а почувствовав, как наполняется его плоть, сажусь на него верхом. Думала, что почувствую его внутри себя, и мне станет легкче. Но почему-то эти ощущения и рядом не стоят с тем, что я испытывала только что у дверей комнаты Андрея. Они минимальны, и совсем не утоляют ни капли моего желания ощутить внутри себя большую и твердую мужскую плоть.

– Давай, малышка, давай, – моими бедрами уже руководит Владимир, насаживая меня на себя все сильнее и задевая какие-то струны моего естества. Но я хочу большего, намного большего! Но с каждым толчком, все больше и больше чувствую разочарование.

Наконец Вова замирает, удовлетворенно выдохнув и прикрыв глаза, а я где была, там и осталась, без ничего.

– Пойдем, помоемся, – вновь тащит он меня в ванную, и мы смываем все следы нашей «любви».

К счастью, из спальни Андрея всякого рода компрометирующие звуки уже перестали доноситься и в квартире образовалась тишина.

Глава 8

Утром на кухне я встретилась сразу с двумя фуриями. Одна – моя рыжуля, вторая – та самая блондинка Андрея.

И обе они уставились друг на друга с явным желанием убивать. Ни одна не желала проигрывать дуэль взглядов, поэтому даже на мой приход на кухню обе девушки не отреагировали.

Неожиданно меня со спины подталкивают вглубь столовой. Оборачиваюсь, а там Андрей, в приспущенных джинсах, спросонья, еще не продрав глаза, идет как крот, ничего впереди не замечая.

А после, когда видит меня, некоторое время просто пялится, впрочем, как и я на него, а вернее, на его кубики на животе. Поражаюсь, как он красиво сложен. У него есть и высокий рост, и широкие плечи, накачанный торс, и что уж греха таить, он красив. Жаль, что душа с гнильцой.

Впрочем, внешность и у моего мужа тоже красивая, братья очень похожи. Вот только тело уже не столь крепкое и мускулистое.

И вот в этот самый момент будто из ниоткуда Владимир возник позади Андрея.

И посмотрев поверх нас, громко спросил:

– Что тут происходит и кто эти девушки?

Я замерла и с ужасом обернулась к Жанне. Ведь она сейчас увидит Вову и… вся моя ложь раскроется…

– Так, я пришел за своими девчонками, – вдруг слышу со спины голос Андрея. – Девочки, утро наступило, пора по домам. – Он хватает обомлевших девушек за руки и выводит из кухни.

– Простите, – слышу от проходящей мимо подруги, обращенное к Владимиру. Ну конечно, она же думает, что он мой отец! Хорошо, что Андрей быстро сообразил и увел ее отсюда.

Мне кажется, я выдохнула слишком громко.

– Они уже готовы были драться, думаю, я правильно разрядил обстановку. Покормишь меня? Мне надо на работу.

– В выходной? – мой голос прозвучал с облегчением, хотя, по идее, я должна была огорчиться, что муж меня покидает.

– Мне показалось или ты обрадовалась? – скептически произносит Вова, присаживаясь за стол.

Оставляю его вопрос без ответа. Быстро сделав ему завтрак и поцеловав в щеку, сообщаю:

– Пойду к Жанне, посмотрю, как она.

И выбегаю из кухни.

Мчусь к Андрею в комнату, потому что по пути в гостиной никого не замечаю.

А там уже нет блондинки, только Жанна сидит, закрыв лицо руками.

Андрей стоит у окна, полностью одет. Он даже не поворачивается ко мне.

Присаживаюсь рядом с подругой.

– Ну как ты? Голова сильно болит?

Подруга мотает головой и одновременно кивает.

– Выпроводи Жанну, Алена, – раздраженно начинает Андрей, – мне ее родители уже телефон оборвали. Пусть валит.

– Ты… – не сразу нахожусь с ответом на такую грубость с его стороны, – Андрей, где ты потерял свою тактичность?

– Там, где твоя подружка свою невинность! – грубо обрывает меня. – Проводи, я жду пять минут, если не уложишься, пеняй на себя.

От такой неожиданной наглости и грубости с его стороны прихожу в шок. Как он смеет?!

Но Андрею и не нужно мое понимание, он высказался и покинул комнату.

– Он прав, я пойду, – еле слышно говорит Жанна. – Таблетку от головы он мне уже дал. В дороге должна пройти боль.

– Не обращай на него внимания. Давай позвоним твоим родителям и объясним, что с тобой все в порядке…

– Нет, я пойду. Спасибо, что вчера составила мне компанию, иначе бы меня не отпустили.

Интересно, помнит ли она полностью вчерашний вечер?..

– Жанна, вчера кое-что произошло… – медленно начинаю я.

– Да, я знаю, что вы видели… – она вновь прикрывает лицо руками, – но это было мое желание. И хоть мне и стыдно перед вами, но я рада, что оно осуществилось, – она отнимает руки от лица и смотрит мне в глаза. И там нет и доли раскаяния. – Я хотела, чтобы у меня хоть раз в жизни был такой жаркий горячий секс, как в фильме «Дикая орхидея».

Ее глаза заволокло поволокой, она как будто стала вспоминать события вчерашнего дня. И заставила и меня вспомнить, отчего сидеть стало неудобно, ощущение влаги на трусиках нервировало и заставляло ерзать на месте.

– Ладно, подруга, – Жанна целует меня в щеку, – в универе встретимся.

Встает с кровати и выходит из комнаты, и через какое-то время я слышу звук затвора входной двери. Она ушла. А я вновь пребываю в этом непонятном для меня состоянии