Не могу забыть тебя - Стейси Савицки

– Да мои парни разорвут вас в дребезги.

– Я в таких матчах занимаю нейтральную позицию, так что не приплетай меня к ним.

– Ладно, мои парни разорвут ИХ в дребезги, – делаю я акцент.

– В любом случае будет интересный матч.

Выхожу из машины и сбрасываю звонок сестры, а уже подходя к лифту, сталкиваюсь с парнем, примерно моего возраста.

– Дэвид Геррера? – шокировано спрашивает он.

– Да, он самый, – улыбаюсь я.

– Никогда бы не подумал, что встречусь с вами на парковке дома, в котором живу.

– Внесу небольшую ясность, я здесь также живу.

– Не может быть.

По его лицу видно, что он все еще не может поверить в случившееся.

– Именно так.

Двери лифта открываются, и мы вместе заходим. Он нажимает кнопку нужного ему этажа и уступает место мне.

– Я с детства болею за Никс, но никогда в жизни не встречался ни с кем лично.

– Все когда-то случается впервые.

Лифт останавливается на его этаже и, пожелав мне удачи, он выходит из него.

Доезжаю до своего этажа и зайдя в квартиру попадаю в хаос, который сам тут навел. Вся квартира уставлена коробками с моими вещами, которые недавно приехали из Канады. Когда-нибудь я разберу этот бардак, но, а сейчас мне нужно просмотреть записи с тренировки и разобрать все ошибки.

В последние дни моя жизнь выглядит так: дом, тренировки, разбор ошибок и пару часовой просмотр спортивных телеканалов. Именно тех программ, где обсуждают команды, против которых нам предстоит играть. Иногда эксперты могут указать на довольно интересные вещи и подкинуть хорошие идеи.

Ложусь в кровать, включаю одну из таких программ и на телефон приходит смс-сообщение.

ДЕЙЗИ: «Привет, как ты там? Я тут на днях прилетаю в Нью-Йорк, не хочешь встретиться?»

О боже, только не это. Я так был рад наконец-то избавиться от нее и вот она появляется в моей жизни снова. Решаю проигнорировать ее вопрос иначе она точно от меня не отстанет. Те два года с ней были кошмаром, хуже адского пламени. Я дал себе слово больше никогда не связываться с такими, как она, даже под предлогом смерти.

На мой не ответ она отправила еще парочку сообщений, но я даже не смотрел. Я понятия не имею почему не удалил ее контакт, но я помню, что собирался это сделать. Закончив просмотр программы, я, как и любой современный человек, решил пролистать социальные сети.

Сам я не люблю выставлять свою личную жизнь на показ, поэтому на моих страницах полно фотографий с тренировок и игр. Да, моментами проскакивают фото с семьей и друзьями, но их настолько мало, что хватит пальце на руках, чтобы их пересчитать. А вот мои сестры, в отличие от меня, ведут довольно открытую жизнь и почти каждый день делятся своими прекрасными фотографиями.

Я никогда не считал, что личное должно выходить за границы семьи и близких друзей. Даже в 20 лет в моей ленте не было ничего, что было бы связано с моей семьей. Но я и никогда не держал в секрете свою жизнь и семью, их легко можно было найти в моих подписках. Я считал и считаю, что в жизни каждого должна оставаться деталь, которой они не должны делиться ни с кем, так как она принадлежит лишь им, а не всему интернету. В моем случае – это моя семья и все близкие мне люди.

***

Если бы была возможность провести пресс-конференцию по видеосвязи, я бы был обеими руками за. Но такой необходимости нет, и поэтому я уже битый час стою в пробке на выезд из города.

– Никакого движения? – спрашивает директор клуба водителя.

– Нет, абсолютно никакого.

– Твое имя вызвало небывалый ажиотаж, – удивляется мой агент.

– И я его не поддерживаю.

Вспомнив о Марии, я отправляю ей сообщение и не успеваю выключить окно переписки, как три точки сразу начинают прыгать в углу.

Я: «Добралась?»

МАРИЯ: «Нет, стою в пробке на съезду к пресс-центру. Ты?»

Я: «Стою в пробке на выезде из города»

МАРИЯ: «Серьезно? Это сколько тебя придется ждать?»

Я: «Сам в шоке от происходящего»

Сестра прилетела позавчера ночью и увидев, где будет жить ближайшие пару дней, визжала от восторга. Я не показывал ей свою квартиру зная, что ее реакция будет именно такой. Как только ее ноги перешагнули через порог, она сразу понеслась к панорамным окнам, а затем заметив лестницу, побежала на второй этаж. Столько воплей от нее я не слышал никогда. Для меня квартира, как квартира, да очень красивая и роскошная, но я бываю лишь на кухне и в спальне. Все остальные комнаты чаще посещает моя домработница, ну теперь еще и Мария.

С большими усилиями спустя час мы доехали до того самого съезда к пресс-центру, но, как и Мария и как все остальные журналисты снова стали в пробку. Кто-то не выдерживал и шел пешком, оставляя машины на обочинах. Все это вызывает у меня удивление. Почему мое назначение на данный пост вызвало такой ажиотаж? Мне очень хочется узнать причину.

МАРИЯ: «Тут просто неимоверная давка, хорошо, что попросила фотографа замять мне место. Надеюсь, успею до твоего появления»

Мне сказали, что конференция будет не долгой, около 30 минут, зададут пару вопросов и все, но видимо планы поменялись. Вместо пары вопросов меня ожидают пара десятков вопросов.

Надеюсь, никто из журналистов не копался в моем грязном белье и не копал под меня очень глубоко. Руководство клуба знает о моей условной судимости. Они сказали, что навряд ли об этом кто-то узнает, так как информацию очень сложно найти. А очень глубоко что-то искать и запрашивать личные дела никто не будет. Но что-то мне подсказывает, что просто сегодня мне не будет и что-то да вылезет наружу.

Наконец-то машина останавливается около заднего входа, но двери почему-то оказываются закрытыми.

– Минутку, сейчас свяжемся с пресс-центром, – выходит из машины директор клуба.

И уже через пару минут двери открываются, и я вместе с агентом захожу в здание. Мы находимся рядом с комнатой для пресс-конференции, и я слышу кучу голосов, которые сливаются в один громкий звук.

– Прошу всех журналистов занять места в зале, конференция начнется через 5 минут, – объявляет кто-то в микрофон.

Меня провожают в комнату для спикеров, и я прошу бутылку воды иначе я умру от жажды, потому я рассчитывал добраться сюда за 30 минут, а не торчать в пробке около двух часов. Конференция уже как пять минут должна была начаться, но сегодня все пошло