Не спеши с ответом - Нора Лирова

— Не хочу, — ответила я. Он усмехнулся. Взял грудь. Взвесил ее на руке. Наклонился, чтоб коснуться губами белой кожи. У меня начали подкашиваться ноги. — Не надо.

Он меня не слушал, скользя языком по соскам. Щекотно. Дрожь проходила по всему телу. Я схватила его за плечи. Стыдно. Приятно. И пошло. До безобразия пошло и вульгарно.

— Не надо? Или все же надо? — спросил он, сминая пальцами соски. — И как тебе верить? Ты говоришь одно, а тело говорит о другом.

— Оно слабое.

— Оно умнее, чем мозг, — ответил Тим, возвращая пуговички на место. — Ладно, не буду тебя мучить. Пойдем спать.

— Я тебя уже боюсь, — сказала я.

— Не стоит. Я не маньяк какой-то. Так, иногда интересно, поиграть, — зевая, ответил Тим. — Но сейчас охота спать.

— Ложись. Я немного посижу…

— Дождешься, когда я усну и сбежишь в ночь? — покосился на меня Тим. — Какая же ты трусиха.

— Это не трусость.

— А что?

— Инстинкт самосохранения.

— Запихни свое самосохранение далеко и поглубже. Поздно уже думать, — он схватил меня за запястье. Откуда у него было столько силы? Вроде на вид худой, как щепа, но при этом сильный. Сопротивляться этой силе было опасно. Запястье заболело. Он продолжал несильно тянуть меня в сторону кровати, при этом сжимая руку. Стоило мне пойти за ним, так он ослабил хватку. — Не надо спорить. Все равно ничего ты спорами не добьешься.

Страшно. Я забралась на свое место. Сразу же накрылась одеялом, где под ним стала растирать запястье. Тим выключил везде свет. Предложил мне воды. Я отказалась. Мне от него ничего не хотелось. Я не понимала, как реагировать на все происходящие. Страх смешивался с возбуждением и приятным послевкусием, какое бывает после приятного секса. Но это был не секс, а что-то грубое. Животное. Так почему тело решило, что мне это нравится?

Нет. Не спорю, что у меня были проблемы. Я долго не могла понять, какие должны быть нормальные отношения. Что можно позволять в постели, а что нельзя. Да и сам процесс мне не сильно нравился. Иногда было приятно, но это было давно, еще во времена встреч с Сергеем. С Игорем я почти не спала. У нас с ним были взаимовыгодные отношения. К тому времени я решила, что мне нужно просто с кем-то жить, без любви, страсти и другой чуши, которая только действуют на нервы. После диких встреч с Сергеем я долго не могла смотреть на мужчин. Игорь стал для меня отдушиной, которая потом стала раздражать.

Тим вздохнул. Выбрался из кровати и подошел ко мне. Сел рядом.

— Чего не спишь?

— А тебе какая разница? — двигаясь к стенке, спросила я.

— У тебя бессонница, а не спится мне, — ответил Тим. — Не против, если я лягу рядом?

— Спрашиваешь? Удивлена.

— Не злись, — он все же лег рядом. Забрался ко мне под одеяло. Сразу обнял. Холодные руки и ноги, жесткие и неприятные, а еще невероятно сильные— они раздражали. Но выбраться из этих объятий было нереально. — Спи. И поменьше думай.

— Ты меня раздражаешь.

— Но ты спишь рядом со мной. А это что-то стоит, — ответил Тим. — Хоть ты злись, хоть ворчи, но факт так и остается фактом. Спорить с этим сложно.

Тут я с ним согласилась. Вздохнула и не заметила, как уснула, оставив все мысли в этой дурной ночи.

— Когда-нибудь мы встретимся на мосту и больше не разойдемся… — напевал Тим. На сковороде что-то шипело. Пес какое-то время ждал, что будет приготовлено, а потом решил подпеть Тиму и завыл. Тима это не остановило.

— У вас идеальный дуэт, — сказала я, выбираясь из-под одеяла.

— Доброе утро, — сказал Тим. Пес довольно завилял хвостом. Гавкнул. Тим повернулся ко мне. — Как спалось?

— Странно. Каталась на американских горках. С одной стороны, страшно, а с другой— вроде интересно, — ответила я. Хотела заправить диван, но Тим сказал, что белье в ящик, а диван надо сложить. Пока я занималась диваном, пес начал убирать свою подстилку.

— Сейчас завтракать будем.

— Дай, хоть умоюсь.

— Умывайся, — ответил он. И начал опять напевать себе под нос.

Я подошла к раковине. Тим еще вчера отдал мне новую зубную щетку. Над раковинной и навесным умывальником висело зеркало. Я посмотрела на свое отражение. Помятое лицо. Синяки под глазами. Волосы дыбом. Умывшись, я пошла искать сумку, чтоб достать расческу. Тут и заметила влажные вещи, которые висели на веревках.

— Ты мои вещи выстирал?

— Они колом стояли, — ответил Тим. — Тебе неприятно было бы их надеть.

— Какой ты заботливый. При этом я уйти не могу пока вещи не высохнут.

— Ну да, — ответил Тим. — Есть такой план. Хотя ты можешь пойти на принцип и надеть сырые вещи. Тут идти-то не так далеко. Или уговорить меня, чтоб я тебя подвез. Но хочется верить, что день пройдет спокойно.

— Это видел? — я показала ему синяки, которые остались на запястье.

— Иногда заносит, — ответил Тим, как будто ничего такого не произошло. — Разозлился, что ты врешь себе. Будешь чай или кофе?

— Ты считаешь, что это нормально⁈

— Да. Я не святой, Марусь. Да и ты такая же. Врешь, ворчишь, недовольна всем, но при этом тебе нравится со мной. Или будешь опять спорить?

— Не понимаю почему, — согласилась я, заканчивая расчесывать волосы.

— Тебе нужно для всего найти объяснение? Просто прими. Я хочу встречаться с тобой. Ты хочешь встречаться со мной. Осталось договориться о каком формате встреч будет идти речь, — ответил Тим.

— Два раза в неделю? — предложила я.

— Мало. Давай раз пять.

— С дуба рухнул? Это получается, что я буду чуть ли не каждый вечер у тебя проводить.

— Но не каждый же вечер, — он рассмеялся, только вот глаза не смеялись.

— Нет. Я не готова к таким встречам, — ответила я.

— Будешь жить на два дома?

— Тим, первое, я не буду жить на два дома. Одно дело провести время, а другое дело жить вместе. Второе, это всего лишь встречи. Отдохнуть после рабочего дня. Или недели…

— Тетя Маш, мне скучно будет тебя всю неделю ждать, — сказал Тим. Еще так противно произнес эту «тетю», что я аж поморщилась.

— Я с ума сойду, если буду тебя терпеть каждый день, — сказала я.

Он разложил яичницу по тарелкам. Закинул сковороду в раковину. При этом прошел мимо меня, когда я убирала расческу. Приобнял сзади, отводя в сторону волосы и целуя в шею. Внутри