Доверь мне свое имя - Ольга Александровна Валентеева

— Что-то ты подозрительно сияешь, — заметил принц. — У тебя есть в этом личный интерес?

— Нет! — ответила я поспешно, но, кажется, Сокол не обратил внимания на скорость ответа.

— Думаю, именно с руки Дерека у нас поменялось расписание, — сказал он. — Мы вчера обсуждали с ним возможность смены истинного имени. Может, он до чего-то додумался.

— Смены имени? — изумилась я. — Но ведь оно же появляется само в книге имен рода.

Затем покосилась на ребят, но они обсуждали что-то свое, не прислушиваясь к нашей беседе.

— Тем не менее, может быть способ, — тихо проговорил принц. — Нам нужно его найти! Или все закончится скверно, Лучик.

— Будем искать.

Сокол едва заметно улыбнулся и отвел взгляд, будто мигом забыв о моем существовании. Он все еще был весь в черном, и лицо его оставалось бледным, однако при этом он снова постепенно начинал напоминать себя прежнего. Любому человеку нужно время, чтобы пережить беду. Будь ты принц или нищий.

А в аудиторию вошел лектор — декан Брег. Он окинул взглядом наши ряды, оценил, что студентов на занятии как-то маловато, и недовольно свел брови.

— Значит, так! — проговорил профессор громко. — Слушайте и запоминайте. За пропуски с сегодняшнего дня я лично назначаю штрафы и буду просить о том же других преподавателей. Один пропуск — выговор, два-три — отработки, четыре и более — публично выпорю!

Студенты зашумели. Никто не поверил, что декан действительно это сделает.

— Магически, — добавил Брег. — Вызову на поединок и вымою вами пол. Поэтому в следующий раз хорошо подумайте, стоит ли пропускать занятия. А главное, передайте эту славную весть своим товарищам, которые слишком расслабились и решили, что им позволительно прогуливать!

Я даже вздрогнула, так внушительно это прозвучало, а Сокол хмыкнул. Он явно думал совсем не о лекции.

— Теперь о дополнительных занятиях. — Брег обвел нас долгим суровым взглядом. — Обычно первокурсников не допускали на практикумы, касающиеся наречения имени. Но, посовещавшись с коллегами, мы решили, что вам пойдет на пользу взглянуть, какие возможности откроются перед вами в случае успешного обучения. Поэтому будьте внимательны. Пусть вы сами пока начинаете осваивать азы, посмотреть на чужую магию тоже полезно. И раз все вопросы мы разрешили, приступим к теме лекции…

Я старательно записывала за деканом Брегом. Сокол не писал вовсе. Он выводил на листе бумаги спирали и звезды. Хотелось толкнуть его локтем, чтобы проявил хоть немного внимания, но вместо этого я украдкой вздыхала и продолжала писать, а на второй лекции, к счастью, курсы разошлись по разным аудиториям.

— С каких это пор мы должны терпеть принца? — тут же зарычал на меня Зной.

— Сокол не спрашивает, хотим ли мы его терпеть, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие. — Не обращайте на него внимания. Это все тот же Сокол.

— А меня пугает эта обновленная версия, — признался Клен. — Особенно как подумаю, что он кинулся с кинжалом на ректора… Он ведь так может и кому-то из нас горло перерезать.

— Этого не случится!

— Самоуверенно, Лучик. Мне кажется, Сокол сам не знает, случится это или нет. Он опасен, а ты суешь голову в пасть тигра.

— Она сама знает, что делает, — неожиданно вмешался Иней. — А вот чего хочет принц, для меня загадка. Хотя, может, никакой тайны тут и нет? Очевидно ведь, что Лучик нравится ему.

— Глупости! — воскликнула я.

— Не глупости, — покачал головой Клен. — Иней прав, его высокомерное высочество имеет на тебя виды, вот и вьется рядом. А тут еще круг желающих оказаться в его постели заметно уменьшился…

— Клен!

Мои щеки вспыхнули, но однокурсник продолжил:

— И все же будь осторожной, Лучик. Ты успела забыть, с чего начиналось ваше знакомство, а вот мы ничего не забыли.

Да, начало вышло фееричным… И да, я почти не вспоминала о том, как это было. В памяти остался только побег, результатом которого оказалась встреча с Дереком. Вот только что бы ни говорили ребята, они ошибались. Во-первых, никаких «видов» Сокол на меня не имел. Во-вторых, сама я влюбилась в другого мужчину, хоть и не должна, совсем не должна. А причина, по которой принц находится рядом… У нас общая цель. Понять, как отпереть академию и вернуть Дереку его истинное имя. Так что мы на одной стороне. А еще мне не нравилось, какими лицемерными оказались люди вокруг, тут же сменившие отношение к Соколу, как только оказалось, что корона больше не маячит над его головой. Это было мерзко и низко. И я сама не собиралась им уподобляться.

А нас нагнала Пушинка, и разговор тут же сошел на нет. Однокурсница казалась чем-то встревоженной, хотя, теперь для нее это было обычное состояние — после того, как она связалась с племянником покойного императора.

— Еще одна избранница императорского рода, — пробормотал Клен.

— О чем ты? — обернулась Пушинка, уже почти обогнавшая нас.

— Да так, ни о чем, — фыркнул однокурсник. — Говорю, что в последнее время родственники императора испытывают к девушкам из нашей группы неподдельный интерес.

— Ты снова за свое? — вздохнула девушка. — Мне казалось, вы теперь тоже…

— Не «тоже», — перебил ее Зной. — Просто лишние скандалы никому не нужны, и так тошно. Одного не понимаю: чем могут понравиться эти двое? Сокол и Лед. Два сапога пара.

Я бы не согласилась… Такие похожие внешне, внутренне кузены разительно отличались. Сокол был сильным, а Лед… Лед казался слабым. В нем не было цельности его старшего кузена. Совсем разные!

А мы как раз добрались до аудитории, где должна была проходить вторая лекция, поэтому наша беседа сошла на нет. И я этому только порадовалась! До самого последнего занятия мы не вспоминали ни о Соколе, ни о его кузене, и лишь на показательном занятии по наречению имени снова оказались рядом с пятым курсом.

— Давно не виделись, и вот опять, — пробормотал Зной.

Да, лучше и не скажешь. И снова студенты разделились: Сокол, Мрак и Медведь стояли в стороне, их однокурсники бросали на них тяжелые взгляды. Это все продолжалось ровно до того момента, как в тренировочном зале появился лорд Нокс. Все разговоры тут же затихли — заместитель Дерека всегда пользовался у студентов особым авторитетом. А я в который раз порадовалась, что он ничем больше не походит на того сломленного мужчину из наших первых дней в академии.

— Студенты, попрошу вас сесть по курсам на скамьи вдоль стен, — раздался его четкий, уверенный голос, и толпа тут же рассредоточилась по залу,