Настанет день, когда я разлюблю тебя - Мира Айрон

… Коля так и не позвонил. Вика позвонила сама, но телефон мужа оказался вне зоны действия сети. Вика звонила снова и снова, но всё безрезультатно. Настала глубокая ночь, а Вика всё лежала, глядя в потолок невидящим взглядом. Сон не шёл. Время от времени Вика вновь набирала Коле, однако ситуация не менялась. Постепенно тревога уступила место панике, которая проникла, казалось, в каждую клеточку существа Вики, заполнила собой всё.

Слёзы стекали из уголков глаз и падали на подушку, но Вика даже не замечала этого. Вика была уверена, что с Колей случилась беда, а виновата в этом она, только она. Она, Вика, предав любимого мужа, закрывала недоговорённости с бывшим, тратила на никому не нужные беседы и поездки драгоценное время. Это время и эти душевные силы должны были принадлежать лишь Коле, её любимому, её мужу. Теперь судьба наказала её. Возмездие не заставило себя ждать, пришло тут же, ещё при этой жизни. И как теперь продолжать жить?

Вика ругала себя за то, что не попросила у мужа номера телефонов его сослуживцев. Хоть бы один номер! Она позвонила бы, несмотря на неурочный час, непременно позвонила бы!

Уже почти рассвело, когда Вика, измотанная тяжёлыми переживаниями, самобичеванием и изнуряющими рыданиями, буквально провалилась в тяжёлое забытье, мало напоминающее сон.

Просыпаться начала оттого, что почувствовала, как большие и нежные ладони гладят её плечи, руки, осторожно касаются груди, шеи, щёк и волос, а тёплые губы приникают к ее губам. Вдохнув едва уловимые запахи улицы и автомобильного топлива, Вика, не открывая глаз, всхлипнула и прошептала:

— Коля. Коленька мой!

— Просыпайся, соня, — прошептал Коля.

Поняв, что всё происходит наяву, Вика широко открыла глаза и села, судорожно обхватив мужа за плечи.

— Слава Богу! Приехал… — горло пересекло, и Вика не могла больше сказать ни слова.

— Ты что, плакала?

— Я тебе почти всю ночь звонила! Ты почему не отвечал?! Уже не знала, что и думать!

— Прости, Викуша! Я телефон не зарядил даже, когда домой заезжал. Быстро душ принял и рванул сюда. И беспроводной зарядник забыл. Хорошо, вещи были собраны, ты ещё перед отъездом собрала, а то я бы так и прилетел, в чём был.

— Коля, я же просила, не гони, будь осторожен!

— А я и не гнал, — соврал Коля. — Осторожно ехал.

— Ты сам-то себе веришь?

— Прости, — смутился Коля. — Ничего с собой поделать не мог. Меня будто подгонял и толкал кто-то; я был уверен, что должен домчаться к тебе как можно быстрее.

— Сумасшедший, — прошептала Вика и начала стягивать с мужа серую футболку.

— Викуш, я с дороги, чумазый, — тихо рассмеялся Коля, но сам тут же забрался ладонями под пижаму Вики и закрыл глаза, проглотив комок в горле.

— Потом в баню сходишь. Вместе сходим. Спинку тебе потру, — прошептала Вика.

— Викуш, надо двери закрыть.

— Быстрее.

Вика опустила Колю, но он тут же вернулся, почти на ходу стягивая спортивные брюки вместе с боксерами.

— Поверить не могу, что это ты, что мы наконец-то вместе, — прошептал Коля, прижимая к себе жену.

— А ты поверь.

Глава шестая

Наконец-то у Вики и у Коли начался настоящий, полноценный отпуск. Вика всё чаще думала о том, что нужно было ей остаться в Казани и ждать Колю из командировки, ведь всё равно без мужа и отдых был не отдых.

Каждый день Вика с Колей, родители Вики и Степан с семьёй выбирались то в лес за ягодами и грибами, то на пикник, то купаться на реку, протекающую прямо за селом, то в гости к многочисленной родне. Пару раз ездили на рыбалку, правда, на специализированный пруд форелевого хозяйства.

Андрей Иванович и Степан терпеливо ждали, когда Коля вдоволь отдохнёт рядом с женой, чтобы отправиться на настоящую рыбалку в Насадку. Село Насадка располагалось в соседнем районе, но добраться в Насадку можно было только при помощи переправы, на пароме.

Село было достаточно большое и очень живописное, но на самую настоящую и крутую рыбалку истинные рыбаки ездили в глухие, почти отрезанные от цивилизации места, — места, где не было ни интернета, ни даже мобильной связи.

Если честно, Коле совсем не хотелось расставаться с Викой на целых два дня, тем более, без возможности общаться с женой хотя бы по телефону, но когда-то он дал обещание, а тесть и шурин ждали долгих четыре года.

Мужчины должны были уехать рано утром, и Коля почти всю ночь не давал Вике спать. Вообще, в Столбово у них словно вновь начался медовый месяц. Точнее, наконец-то начался настоящий медовый месяц.

— Не хочу никуда без тебя ехать, — тяжело вздохнул Коля. — Я так скучал по тебе в те пять дней, что мы провели в разлуке, и вот опять.

— Ну на этот-то раз всего одна ночь Коля! И два дня. Утром уедете, а на следующий день, ближе к вечеру, вернётесь. Не успеешь соскучиться.

— Может, поедешь с нами?

— Ну уж нет, Коля! Ты же знаешь, я такие мероприятия не очень люблю. Мне будет скучно. Даже не поговорить как следует! Сиди и смотри на поплавок.

— Я всегда успеваю по тебе соскучиться, даже за один день, не то, что за два.

— Потому и не хочешь сменить работу на более спокойную? Уже два года, как получил высшее образование, и по тебе плачет должность инженера, а у тебя всё романтика на уме, риск, опасность.

— Викуш, ты же знаешь, я не могу без своей работы. Может, потом, позже, и стану спокойным, вальяжным…

— Без работы не можешь, а без меня, выходит, прекрасно можешь? Можешь постоянно оставлять меня одну? Я переживаю, с ума схожу, особенно, когда ты долго не звонишь. А когда ребёнок появится, Коля? Я буду постоянно одна с ним?

— Ребёнок? — Коля поднялся на локте.

Его зелёные глаза радостно блестели. Он положил ладонь на плоский живот Вики.