Цивилизованный развод - Мира Айрон

А вот Матвей переживал, и это стало третьим открытием. Он не говорил об этом, но Ольга всё поняла по его растерянному взгляду и напряжённому лицу.

Едва Ольга вошла в его кабинет, он запер двери и притянул гостью к себе. Осмотрел её, провёл ладонями по плечам и спине, словно убедился, всё ли с ней в порядке, цела ли она, и лишь потом начал целовать.

… Даниил совсем не изменился: оставался всё таким же спокойным, стильным, симпатичным, стройным и немного бледным. Правда, радость при виде Ольги в его тёмно-серых глазах всё-таки мелькнула. И любопытство, когда он посмотрел на спутника бывшей жены.

— Матвей, муж Ольги, — непринуждённо представился Матвей и первый протянул руку для пожатия.

Муж! Матвей был в своей стихии. Кажется, в нём умер великий актёр. Хоть бы предупредил… Ольге титаническими усилиями удалось сохранить спокойное и невозмутимое выражение лица, а вот Даниил был по-настоящему удивлён.

— Евгения Павловна и Вячеслав Михайлович ничего не говорили о твоём замужестве, Оля! И Костя ничего не сказал.

— А мы с Матвеем просто расписались, — импровизировала Ольга. — Свадьбу для родных и друзей решили устроить летом. Это повторный брак для нас обоих, потому лишняя шумиха ни к чему.

Матвей взял Ольгу за руку, с неподдельным восхищением глядя в её глаза. Ольга и Матвей едва не забыли о Данииле, и тому пришлось кашлянуть. Тем более, официант как раз принёс заказ. Все трое сосредоточились на еде.

— Даня, расскажи, как живёшь? Как Арина? — доброжелательно спросила Ольга и отправила в рот кусочек красной рыбы, делая вид, что целиком и полностью сосредоточена на поглощении салата.

— Всё хорошо, Оль. Работаю, как всегда. С Ариной ждём ребёнка, она на третьем месяце. Токсикоз был сильный, но сейчас стало легче. Пол ребёнка пока не знаем, первый скрининг через две недели.

— Поздравляю, Даня! Искренне рада за вас. Надеюсь, ты счастлив?

— Наверно, счастлив. Ведь почти все планы осуществились.

Ольга смотрела на бывшего мужа и думала о том, что не испытывает ни сожаления, ни обиды, ни ненависти. Абсолютно чужой человек, на которого не хочется расходовать эмоции. Как они стали чужими? Когда? И были ли вообще родными? Одним целым?

И Ольга вдруг поняла: они никогда не были одним целым! Вот в чём дело. Они жили бок о бок в течение долгих лет, но их пути располагались параллельно. Может, потому и детей не было? Ведь они были лишь попутчиками, а не семьёй. Им было удобно вместе, их всё устраивало до поры до времени.

— Как здоровье Алексея Степановича? Что врачи говорят?

— Удалось добиться стабилизации состояния. Новость о том, что он скоро станет дедом, стала для папы дополнительным и сильным мотивирующим моментом.

— Вот и замечательно. Рада за всех вас, но привет передавать никому не буду.

— Оля, мне кажется, ты устала. Тебе пора отдыхать. В твоём положении переутомление — не есть хорошо, — Матвей внимательно и озабоченно смотрел в её лицо.

Даниил, который до этого усиленно «не замечал» Матвея, удивлённо посмотрел на него.

— А вы что же… — он перевёл взгляд на Ольгу: — Оля, ты?..

— А что вас удивляет? — усмехнулся Матвей. — Когда люди создают семью, такое часто случается, это нормально. Как врач вам говорю.

Ольга едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, такая растерянная физиономия была у Дани. И хотя артист-Матвей лишь играл роль, Ольга была в восторге. Ради этого выражения лица у бывшего стоило чуть-чуть приврать, выдать желаемое за действительное.

— Нам и вправду пора, Матвей, — улыбнулась Ольга и сделала знак официанту.

— Пойду и я, — кивнул Даниил. — Посылка у меня в багажнике, я сюда не потащил, там огромная сумка, заберёте сейчас. Думал, подвезу тебя до дома, Оля, и помогу донести, но ты теперь не одна.

— Это точно, Даня. Я теперь не одна.

* * * * * * * *

… - Спасибо тебе, Матвей.

Они сидели в машине Матвея около дома Ольги.

— Не за что. Оля, я не переборщил? Просто не мог сдержаться. Не ожидал, что этот анемичный, скучный тип вызовет во мне такие эмоции. Ревность, чтоб его!

— Ты был великолепен. У тебя яркие актёрские способности.

— Как думаешь, я заслужил чашку чая? В виде компенсации за перенесённый стресс?

* * * * * * *

— Проходи, — Ольга включила везде свет, едва они вошли в квартиру. — У меня здесь скромно. По-провинциальному.

— Думаешь, у меня или у моих родных как-то «по-столичному»? У всех обыкновенные квартиры в спальных районах. Ковалевские, правда, коренные москвичи, а Якушевы — нет. Приезжие. Сумку в прихожей оставить или сразу в кухню нести? — Матвей умудрился снять обувь, не выпуская из рук огромную сумку.

— Раз уж держишь до сих пор, то в кухню. Там будет легче её разобрать.

Пока Матвей мыл руки и осматривался в квартире Ольги, сама хозяйка быстро составила в окно соленья, варенье, компоты, переложила овощи.

— Спасибо, что помог, Матвей!

— Не стоит благодарности. Обломать кайф твоему бывшему — милое дело. Сумку он хотел донести. Ишь ты! Размечтался.

— Матвей, не ворчи, тебе не идёт. Голодный, вот и злой. Сейчас картошку поджарю, а то ты в кафе почти не притронулся к еде.

— Ты заметила, да? — Матвей стоял в дверях кухни и закатывал рукава тёмно-синей рубахи. — Я помогу тебе с картошкой, так будет быстрее. В кафе аппетита не было. Так мечталось ушатать одного не в меру активного парня, любителя доставлять посылки издалека. Но увы, я не могу нарушить закон, слишком ценю свою свободу, особенно, теперь, когда мне счастье улыбнулось. Пришлось действовать другими методами, чтобы хоть немного отыграться за твои обиды.

— Зачем, Матвей? Ты мне и так помог. Я очень благодарна тебе. К тому же, ты, насколько я помню, был на стороне Дани, когда изображал Генриха Яковлевича.

Они стояли вдвоём возле раковины и чистили картошку.

— Я никогда не был на его стороне, — Матвей отложил нож и сел на табурет у стола, пока Ольга резала картошку соломкой. — Но я говорил чистую правду. Каким бы он не казался расчётливым и холодным, у него есть некоторые принципы. Он даже по-своему заботится о тебе до сих пор. Правда, этот факт ничуть не уменьшает моего желания вломить ему разок-другой. За то, что нарочно подстроил встречу с тобой, за то, что хотел сумку донести. И если бы его планы, которые он так любит строить и воплощать в жизнь, осуществились сегодня, то в этой кухне сейчас сидел