Любовь со вкусом латте - Саша Блик

Пока Сандер отмерял продукты, я всё ещё стояла в оцепенении, героически борясь с румянцем. И лишь когда он водрузил на плиту сотейник и принялся что-то там помешивать, я рискнула приблизиться. Вряд ли мужчина, работающий с горячими продуктами, станет неожиданно подхватывать меня на руки и держать в неприличных позах. Не то чтобы я была совсем против, но стоило хотя бы предупредить…

Впрочем, опасения очень быстро отошли на второй план. Стоило по кухне поплыть сладкому медовому запаху.

— Достаточно, — проговорил Сандер, выключая огонь. — Марика, ты могла бы соединить муку и какао?

— Конечно! Ссыпать вместе?

— И перемешать, — кивнул он.

Когда Сандер готовил, он впадал в какое-то подобие творческого транса. И не нужно быть знатоком душ, чтобы понимать: он по-настоящему наслаждался процессом. А вместе с ним втянулась и я. Смешивала ингредиенты, разогревала духовку, взбивала яйца. Сандер даже доверил мне срезать верхушку бисквита. Моей гордости не было предела.

— И что теперь? — облизнулась я, глядя на полностью собранный небольшой тортик. Как раз на двоих.

В кухне всё ещё витал аромат мёда, ванили и шоколада. И мне уже не терпелось отведать результат наших усилий.

— А теперь торт нужно убрать в холодильник часов на восемь-десять, чтобы он пропитался, — сообщил Сандер. И рассмеялся, увидев, как вытянулось моё лицо. — К счастью, у меня есть кондитерский шкаф. Он сильно сократит время.

— Насколько сильно? — протянула с подозрением.

— До двадцати минут, — успокоил Сандер. — Я сейчас сделаю чай.

Он отвернулся, а я оглядела кухню. Посуду мы помыли, столы протёрли. Чай готовился… Чего-то не хватало.

— Скажи, а у тебя есть свечи? — поинтересовалась я. — Хочу торт со свечкой.

— Свечи? — задумчиво пробормотал Сандер, отмеряя заварку. — Кажется, наверху были.

— Я мигом, — объявила я и кинулась вверх по лестнице в жилую часть дома.

Прошла секунда, прежде чем что-то упало, и вслед мне донёсся крик:

— Нет, Марика, стой! — И, секунду спустя: — Не смотри!

Но я уже посмотрела.

До сих пор я ни разу не поднималась на второй этаж. Возможно, и не стоило. Во всяком случае, точно не сегодня. Потому что внешний вид спальни…

— Марика… — с каким-то отчаянием прошептал над ухом Сандер.

— Я так понимаю, у тебя утром гостила стая диких котов, — протянула я задумчиво, поднимая разбитый флакон, источавший резкий запах парфюма.

— Почти, — грустно усмехнулся он. — Я не хотел, чтобы ты это видела.

Мой взгляд скользил по перевёрнутым стульям, вывернутым ящикам, разбросанным вещам… На фоне всего этого беспредела аккуратно застеленная кровать выглядела почти нереально.

— Зеркало-то тебе чем не угодило? — пробормотала растерянно, дотрагиваясь пальцами до круглой вмятины на поверхности стекла, от которой как паутина расходилась сеть трещин. Моё отражение казалось разрезанным на куски, как праздничный торт.

— Прости. Лучше нам спуститься.

Рядом со мной в зеркале возник Сандер. С ненавистью вгляделся в собственное отражение и взял меня за руку, чтобы увести.

От прикосновения меня словно прошило разрядом молнии. Вцепившись в мужскую руку мёртвой хваткой, я во все глаза уставилась в зеркало. Сквозь фигуру Сандера просвечивала другая. Иссохшая. Сгорбленная. С обвисшей кожей.

Старик в зеркале был ростом ниже меня, одет в одежду Сандера и повторял за ним все, абсолютно все движения. Вот он нахмурился. Перевёл взгляд с моего побледневшего лица на своё. Вот на нём промелькнуло понимание. И снова эта грустная усмешка. Такая знакомая и одновременно незнакомая на новом лице.

— Нравлюсь? — прошелестело рядом, и я в страхе обернулась. Не знаю, что бы я сделала, если бы вместо Сандера увидела рядом того же старика. Но нет, рядом со мной стоял всё тот же парень двадцати четырёх лет и улыбался растерянно и слегка виновато.

— Только не говори мне, — попросила срывающимся голосом, — что именно таким тебя видят все окружающие?

— Не буду, — пожал он плечами. — Ты же и так всё понимаешь.

Бросив на зеркало ещё один опасливый взгляд, я шумно сглотнула и оттащила Сандера в сторону, подальше от отражающей поверхности.

— А ты сам? Как видишь себя ты?

Он вздохнул и рассеянно огляделся.

— Как бы тебе сказать… Для меня картинка в зеркале как будто раздваивается. Сейчас силуэт дряхлого тела просвечивал сквозь моё. Но обычно всё наоборот…

Я поёжилась от понимания. И снова оглядела комнату. Осознание ложилось тяжёлым грузом. Каждое утро просыпаться и видеть в зеркале лишь тень себя прежнего… Чьи нервы такое выдержат? Нервы Сандера точно сдали. Иначе как объяснить творящуюся в комнате разруху? Он явно выпускал пар. Осталось понять, почему сейчас. И при чём здесь немытая посуда…

Решив, что за раз нужно решать одну проблему, я закатала рукава и категорично заявила:

— Здесь нужно убраться.

— Не нужно, — покачал головой Сандер. — Я сам.

— Ну уж нет. После того, что я увидела, мне тоже нужно выпустить пар.

Уборка заняла часа полтора. Заодно мне представилась возможность применить большую часть заклинаний, выученных к экзамену по бытовой магии. И чем чище становилось помещение, тем сильнее на меня наваливалась реальность происходящего. Ведь, пока не увидела, я так и не поверила до конца в слова Сандера. Да и как тут поверить? Когда сама ты видишь здорового молодого мужчину, какая разница, что там говорят окружающие? То есть, умом я всё понимала, но то было умом…

— Неужели нельзя ничего сделать? — спросила я убитым голосом, приземляясь прямо на пол, когда последний носок занял своё законное место в ящике.

— Ты же сейчас не про уборку? — Со вздохом Сандер занял место рядом со мной.

— Нет, не про уборку… Есть ведь правосудие. За запрещённые ритуалы Юстена должны как минимум наказать!

— Ты всё правильно говоришь, — усмехнулся он. — Только для того, чтобы подать заявление в судебный департамент, мне нужно лично там появиться. А для этого надо суметь отойти от дома больше, чем на сотню шагов.

— А письменное заявление?..

— В департаменте работает дядя Юстена. Любое заявление сперва пройдёт через него. А следом ко мне просто придёт какой-нибудь наёмник, чтобы прикончить по-тихому. Если бы Юстен знал, где я, он бы уже это сделал…

— Поверить не могу, — пробормотала я.

Сложно смириться с тем, что человек, с которым встречалась несколько месяцев, способен на такое. Даже сейчас я испытывала к Юстену какую-то иррациональную симпатию. Хотя теперь мне хватало информации, чтобы связать это с магией Сандера, которую тот отобрал. Кстати…

— А что если получится как-то договориться? Что если Юстен согласится вернуть твою магию?

— Это вряд ли.

— Почему?

— Потому что последствия такого ритуала накроют его равнозначной отдачей. Вряд ли ты сможешь