Мой лучший худший друг - Дарья Скачкова

После такого сумасшествия с коктейлем, я стала сама не своя. Я почувствовала какой-то драйв, но и в то же время полную расслабленность, от которой меня немного мутило. Мне хотелось одновременно танцевать и крепко спать. Это было схоже с чувством эйфории. Но мы зашли в тихий зал с большим круглым столом, и я будто немного отрезвела.

— Добрый вечер, друзья, — обратился Кайн к мужчинам, сидевшим за этим столом.

— Кайн Китлер! Желаешь присоединиться к нам? — сказал высокий тощий джентльмен лет 40-ка.

— Пожалуй, — ответил Кайн, долго смотря ему в глаза и слегка улыбаясь.

На столе были аккуратно разложены карты и фишки, и мне сразу стало ясно о какой игре шла речь. Я встала на входе в комнату и облокотилась на дверной проем, чтобы понаблюдать за игрой. Было немного тревожно, потому что в тот момент мы могли потерять все, но я не переставала надеяться.

— Хм, ва-банк?! Вы уверенны мистер Китлер? — обратился к Кайну тот странный джентльмен.

— Нельзя быть уверенным в чем-то на сто процентов, мистер Лодж! — ответил он ему и сдвинул все свои фишки вперед.

Я ничего не понимала в этой игре, но тут мне стало понятно, что Кайн совершил глупую ошибку.

— Вот черт, зачем он это сделал… — пробормотала я и через мгновенье закричала во весь голос: «Да! У нас получилось! О Боже мой!!! Я не могу поверить!».

Кайн встал со стула, и я навалилась на него с объятиями.

— Элизабет. Элизабет, ты меня сдавишь.

— Прости.

— Как насчет того, чтобы отметить нашу победу?

После этого предложения, я взяла его черствую руку и потащила на бар.

Коктейль за коктейлем, шот за шотом, и мне стало совсем весело… и плохо.

— А ты крут! Как ты так с ними разделался? — спросила я без энтузиазма.

— Хороший вопрос, — кивнул головой какой-то толстяк. — Как твой друг смотрит на то, чтобы испытать удачу за игрой с моими приятелями? — добавил он, после чего посмотрел на Кайна.

— Мы бы с удовольствием, только как раз собирались уже уходить, — ответила ему я.

— С радостью, — как всегда Кайн все решил сам.

Я взяла его за шиворот и отошла с ним в сторону:

— Да ты что творишь? Мы уже забрали все, что хотели. Этого хватит на месяц вперед, — возмутилась я.

— Элизабет, все будет хорошо, я тебя уверяю.

— А если нет… Зачем так рисковать?

— Я отдам тебе 40 % выигрыша…

— …половину…

— …45…

— …половину… — решила я поторговаться с ним.

— Ладно, договорились. А теперь дай мне пройти, — наконец согласился он.

Мы снова пришли в тот тихий зал с круглым столом из красного дерева, и я опять оперлась на ту же стену и стала наблюдать за игрой.

Все шло гладко, и я чуть было уже не уснула, но мне помешала это сделать некая женщина с огромным перстнем на указательном пальце и с небольшим количеством морщин на лбу:

— Это ваш молодой человек? — спросила она у меня.

Я посмотрела на нее своими стеклянными от алкоголя глазами и ответила:

— Нет, мы с ним просто спим.

— Ясно, — сказала она недовольным тоном и стала наблюдать за тем, как играет Кайн.

Не прошло и часа, как Кайн в повторный раз забрал себе весь выигрыш. Я, мягко говоря, была в шоке и не понимала, как такое возможно, ведь мне редко везло, но видно сегодняшний день был не из тех печальных случаев.

— Кайн Китлер! Я не могу поверить. Ты обделал их всех! — сказала я тихо и вяло, но с улыбкой на лице.

Он повернулся ко мне, и его улыбка сразу же исчезла с лица:

— Мама?! — сказал он с удивленной злостью, взглянув на женщину с перстнем.

— Значит ты, наконец, нашел себе даму? — задала она ему вопрос. Но вместо того, чтобы на него отвечать, он встал со стула и бегом направился ко мне, схватил меня за локоть и потащил на выход:

— Идем отсюда, Элизабет.

— Но, Кайн. Это же твоя мама. Зачем нам убегать? — промямлила я, а он в свою очередь продолжал меня тащить до машины.

— Садись, — проворчал он, открыв дверь; а затем, сев за руль, направился прямиком к отелю.

Пока мы ехали я дремала, хотя мне было интересно знать, что за чертовщина произошла только что в том милом месте и почему Кайн так быстро решил оттуда уйти. Но эти вопросы меня утомляли еще больше, с учетом того, что мне ужасно хотелось спать от тонны выпитого алкоголя.

— Элизабет. Элизабет, проснись! — крикнул Кайн как чокнутый, после чего я сразу же подскочила. — Мы приехали, — сказал он спокойно, как ни в чем не бывало.

— Вот черт, — сказала немощно я, пытаясь понять, что происходит. — И когда ты перестанешь орать?! — прохрипела я.

— Я рад, что ты приходишь в себя.

После этих слов я вынырнула головой из машины, почти упершись в Кайна, и меня вырвало на асфальт прямо между его ног. Это чувство не описать словами. Паста с песто и «Секс на пляже» выглядели уже иначе и напоминали по вкусу и запаху щи двухнедельной давности, уже покрывшиеся яркой пыльной плесенью.

Я подняла голову наверх, посмотрела на Кайна и увидела что-то в этом роде:

Руки сложены на груди, взгляд направлен вперед, светлые карие глаза сосредоточены на одной точке, а положение губ неизменно на прямой линии.

Через пару секунд он опустил голову и посмотрел на свои туфли, забрызганные неприятной жижей.

— Пойдем уже, — сказал он безэмоционально, и я медленно направилась за ним.

Глава 12

Мы вошли в какой-то мини-отель под названием «Кронпринц». Изнутри он показался мне довольно уютным, несмотря на то, что с улицы был немного мрачноват в окружении пустой парковки и забора с колючей проволокой.

Интерьер отеля напоминал королевский стиль, что было ожидаемо исходя из его названия. Но невзирая на это, по площади и качеству ремонтных работ он был довольно скромный.

После того как взяли ключ, мы поднялись на второй этаж и уперлись в дверь под номером 14.

— Добро пожаловать, — сказал Кайн, отворив ее.

— Двуспальная кровать? — обратилась я к своему дружку.

— Других свободных номеров не было, — пожал он плечами, слегка улыбаясь.

Я переступила порог, повернулась к Кайну и сказала:

— Сегодня ты спишь на полу, прости.

— Ну нет, Элизабет. Деньги мои, кровать моя, — начал он качать права. — Но я готов поделиться с тобой…

— Что?! Нет! — пришла я в ярость, осознавая свое безысходное положение и, стащив с кровати одно покрывало и подушку, постелила себе на полу.

Кайн в очередной раз рассмеялся как идиот и,