Бесценное наследство - Паула Роу

— Именно.

— Проклятие знаменитостей, да?

Его слова прозвучали слишком резко, и она, конечно, нахмурилась.

— И это говорит мужчина, которого постоянно окружают люди, с открытыми ртами ловящие каждое его слово. Алло! — Она сделала вид, что говорит по телефону. — Не подскажете, чья тут корова мычит?

Чейз расхохотался.

— Так было не всегда.

— Ну, конечно.

— Серьезно. Я из другого мира.

— Из какого?

— Я из небольшого провинциального городка, в котором живут жестокие люди и не менее жестокие дети. А твоя сестра, кажется, добилась многого в жизни.

Она задумчиво улыбнулась:

— О да. Джульетта Пэртридж — лучший адвокат по семейному праву в Голливуде. Настоящая гордость семейства Пэртридж. Наш отец был на седьмом небе от счастья, когда она получила диплом.

— А ты не захотела быть юристом?

— Это была мечта моего отца, а не моя. Я поняла это сразу, как только попала в Гарвард. Поэтому я перешла на другой факультет, а он не разговаривал со мной целый год.

— Ты ушла в преподавание. А он тебя простил?

Ванесса сделала глоток шампанского и посмотрела на толпу.

— Ну, когда я получила диплом, он подарил мне дорогую машину и сказал, что для меня готово место в частной школе Винчестера. Но не…

Она внезапно перестала дышать, и он проследовал за ее испуганным взглядом, зацепившимся за группу мужчин, разглядывающих витрину с саркофагом.

— Что-то не так?

— Мой отец здесь.

Он прищурился, вглядываясь внимательнее:

— Кто из них?

— В самом центре. Высокий, с седыми волосами и красным галстуком.

Один из собеседников наклонился к отцу Ванессы и что-то прошептал ему на ухо, и в тот же момент он уже смотрел в их сторону.

Ванесса застонала:

— Все пропало. — Она сделала большой глоток шампанского и посмотрела на Чейза подозрительным взглядом. — Ты знал, что он здесь будет?

Он задумался всего на мгновение, но этого оказалось достаточно для того, чтобы глаза Ванессы сузились, и она прошептала:

— Ты — сукин…

— Ванесса!

Было бы невозможно проигнорировать этот низкий командный голос, даже если бы приближающийся к ним мужчина не был ее отцом. Прежде чем повернуться в его сторону, Ванесса снова сделала это: надела маску, которую он уже видел в тот момент, когда они вошли в здание.

На этот раз она предназначалась для ее отца.

— Папа. — Она улыбнулась и наклонилась, чтобы подчеркнуто вежливо поцеловать его в щеку. — Я не знала, что ты будешь здесь.

— Конечно нет. — Пэртридж перевел стальной взгляд на Чейза и протянул ему руку: — Ален Пэртридж.

— Чейз Харрингтон.

— Харрингтон… Не родственник Харрингтонам из Бостона?

— Нет.

— Так откуда вы знаете мою дочь?

— Папа! — вмешалась Ванесса. — Это тебя не касается.

Чейз натянуто улыбнулся:

— Вы хотели спросить меня, в каких мы отношениях?

— Чейз! — На этот раз ее полный ужаса взгляд был обращен в его сторону.

Пэртридж скрестил руки на груди.

— Да.

— Я пригласил ее сопровождать меня сегодня вечером, и она согласилась.

— Вы в курсе, что у нее есть дети?

— С меня хватит! Ты не имеешь права лезть в мою жизнь!

Лицо Пэртриджа не выражало ни единой эмоции.

— Ты сама вновь появилась в моем «мелочном, бесчувственном, контролирующем» мире, Ванесса. Ты должна знать, что честность — основа хороших отношений.

— Я в курсе, — сказал Чейз. Ванесса снова посмотрела на него, а он в ответ по-хозяйски обнял ее за талию. — Я знаю о Ванессе почти все.

Чейз кивнул замолчавшему в изумлении Пэртриджу, разглядывающему их, и спросил:

— Значит, вы тоже — благотворитель библиотеки?

— У меня золотое членство. А у вас?

— У меня тоже.

— Вы ведь не юрист?

— Финансовый аналитик.

— В какой компании?

— Работаю на себя.

— Ясно.

О, он держался превосходно. Одно сказанное слово не значило ничего, но одновременно звучало нереально весомо. Чейз на мгновение засомневался, имеет ли смысл продолжать провоцировать этого величественного мужчину.

— У Чейза свой хедж-фонд.

— Ясно. — То же слово, но совершенно другой оттенок значения. — И как на вас повлиял кризис последних лет?

— Я не разбогател на потере денег других людей и не выкидывал никого из домов, если вы спрашиваете об этом.

— Это хорошо. Скажите еще раз, откуда вы?

— Из Нью-Йорка.

— Понятно.

Без сомнения, сегодня же вечером он получит подробнейшую информацию о новом знакомом. Чейз не боялся, что всплывет что-то очерняющее его репутацию, но мысль о том, что в его прошлом будут копаться, не принесла ему удовольствия.

— Джульетта сейчас дома. Она только что закончила бракоразводный процесс одного режиссера с его второй женой.

— И даже не попыталась их примирить? Это что-то новое. Ты должен ею гордиться.

Пэртридж нахмурился:

— Мне не нравится твой тон, Ванесса.

— Какой тон?

— Ты сама знаешь. О тебе спрашивал Уильям. У него остались твои вещи. Позвони ему.

Она кивнула:

— Хорошо. А что значит твой взгляд?

— Какой взгляд? — ответил вопросом на вопрос Ален Пэртридж.

— Ну хватит, пап. Меня не проведешь.

Он снова перевел взгляд на Чейза:

— Я подумал… Может, Чейз — отец?

Чейз громко выдохнул, а Ванесса не вовремя сделала глоток шампанского, которое встало комом в ее горле, заставив закашляться.

— Ты ведь не серьезно это говоришь? — наконец прошипела она.

Ален повел плечами:

— Я решил…

— Послушай, папа. Ты опять ошибаешься. Тебе не следует что-то решать, потому что это — только моя жизнь. То, что я сделала с ней, — мой личный выбор. Меня все устраивает. Чейз, мы уходим.

— Хорошо. — Он вежливо улыбнулся Пэртриджу. — Просим прощения.

Не говоря больше ни слова, Ванесса устремилась прочь. Они прошли через толпу на другой конец комнаты, к огромной стеклянной витрине, за которой были выставлены артефакты одной из египетских династий фараонов.