Безумный полдень - Дженнифер Льюис

Синклер бросил еще один взгляд на Энни. Она смотрела вниз, на свой молоток, словно ей хотелось очутиться где угодно, только не здесь. Это было у них общим. Единственный выход — как можно быстрее покончить с этой чертовой игрой.

— Похоже, моя очередь. — В голове Синклера уже сложилась определенная схема.

Он прогнал свой шар через ворота под углом, по пути отбросив в сторону два мяча. А следующим ударом запустил его сразу через двое ворот. Он мог бы спокойно добраться финиша, но это было бы уже неспортивно, поэтому он сделал вид, что промахнулся.

— Я рада, что я с тобой в паре, Синклер. — Гладкое лицо Лэлли засияло улыбкой. — Ты действуешь очень решительно.

Ну да. Только у него никак не хватало решимости сказать своей матери, чтобы она оставила его в покое и перестала лезть в его личную жизнь. Хотя Кэтрин все равно от него не отвяжется, пока он снова не женится. Особенно теперь, когда у нее появилось желание устроить будущее всей династии Драммондов. С другой стороны, ему действительно хотелось иметь детей. По крайне мере, в крокет было бы играть интереснее. Но брак — дело не простое. Женщины меняются, стоит им лишь надеть кольцо на палец.

— Эй, Синклер, ты меня еще помнишь? — Гибкая рыжеволосая красотка с бокалом в одной руке и молотком в другой грациозно продефилировала мимо них.

— Конечно, Минди.

— Я слышала, Диана на это лето отправилась в Грецию.

— Думаю, это пойдет на пользу греческой экономике.

Минди рассмеялась:

— Ты шутник, Синклер. Даже и не думаешь страдать. Мне нравится это в мужчинах.

— Я рада, что все идет нормально. — Миссис Драммонд, держа поднос с пончиками, появилась рядом. — Хороший способ провести летний вечер.

— Позвольте мне взять поднос, — подскочила Энни.

— И не мечтай, — отмахнулась от нее миссис Драммонд. — Сейчас у тебя другая роль.

Энни невольно посмотрела на Синклера. И словно молния проскочила между ними. Он тут же отвел взгляд. Почему Энни? Почему ему не пришлось разделить страсть в объятиях какой-нибудь другой женщины, одной из тех, с кем он раньше имел ничем не осложненные отношения?

Очевидно, не зря о нем говорили, что он совершенно невозможен.

Чувствуя себя абсолютно вымотанной усилиями не смотреть на Синклера, вести пустой разговор и принимать участие в игре, о которой она ничего не знала, Энни машинально ополаскивала сервировочные тарелки. Ей сейчас хотелось только одного — забраться в постель и расплакаться. Она почувствовала, как к глазам подступают слезы, когда раскладывала по тарелкам канапе и смотрела, как дому подъезжают все эти красивые женщины, одетые так, чтобы произвести впечатление на хозяина. В таком состоянии ее и нашла Кэтрин. Теперь ей все лето придется делать вид, что она принимает антигистаминные капли, и чихать от запаха цветов.

— Что там у вас с Синклером? — услышала она за спиной голос Вики.

У нее перехватило дыхание.

— С Синклером? Ничего.

— Только не делай из меня идиотку. — Вики потянулась за кусочком сыра, оставшимся на сервировочной тарелке. — Думаешь, у меня глаз нет?

— Не понимаю, о чем вы.

— М-м-м… Румянец на твоих щеках противоречит словам. Только не говори, что он тебе вообще не нравится. Я все равно не поверю. — Вики снова потянулась за кусочком сыра. — Красив и богат. Чего еще нужно женщине?

— Это вопрос или просто мысли вслух?

Вики рассмеялась, отбросив черную гриву волос.

— Скорее мысли вслух. А как ты думаешь, хорошо я буду смотреться рядом с ним в свадебном платье? — Она подняла тонкую бровь.

Было трудно определить, шутит она или нет.

Энни представила ее гибкую фигуру рядом с Синклером. Ей стало больно.

— Из вас получилась бы весьма симпатичная пара. — Ответ был вполне искренним.

— Жаль, что этого не достаточно, верно? — Вики подхватила веточку сельдерея с другой тарелки. Энни вдруг захотелось вытолкать ее из кухни. — Жизнь стала бы намного проще, если бы только и нужно было хорошо выглядеть вместе.

— Думаю, Синклер бы с этим согласился.

— А что произошло между ним и Дианой?

— Откуда мне знать?

— Да брось. Вы же в одном доме живете.

— Диане здесь не нравилось. Скучно. Они сюда почти вообще не приезжали после свадьбы.

Зато потом Синклер стал появляться здесь довольно часто. Чтобы в покое залечить свои раны?

— Не знаю, что у них там случилось, — закончила Энни.

— Ты словно каждую неделю смотришь какой-нибудь мыльный сериал, да? — Вики сложила на груди руки и прислонилась к стойке. На ней было длинное платье из белой «парашютной» ткани, под которым угадывались длинные стройные ноги. — Клянусь, ты хотела бы увидеть и остальные эпизоды.

— У меня и без того полно дел. — Энни скребла на столешнице стойкое жирное пятно. — Их проблемы меня не касаются.

— Не уверена. — Несколько секунд Вики молча за ней наблюдала. — Если твоя работа состоит в том, чтобы обеспечить Синклеру нормальное существование, то его жизнь касается тебя.

Энни оставила свою тряпку:

— Моя работа состоит в том, чтобы в доме было чисто и чтобы в холодильнике всегда было достаточно еды, когда бы он тут ни появился. — Голос Энни становился все громче от раздражения.

Если бы они находились на нейтральной территории, она бы просто замолчала и ушла. Но здесь Вики была гостьей хозяина, а значит, Энни не могла этого сделать.

— Только не надо злиться. — Глаза Вики на мгновение задержались на ее лице. — Я видела, как он на тебя смотрел.

— С чего бы ему на меня смотреть? Я у него шесть лет работаю. — Это становилось невыносимым.

Энни приходилось одновременно лгать и обдумывать слова Вики. Неужели Синклер и в самом деле смотрел на нее как-то по-особенному?

Вики склонила голову:

— Должно быть, не слишком приятно горбатиться здесь, когда все остальные отдыхают, потягивая шампанское.

— Это моя работа. У всех она есть.

— В самом деле?

— Синклеру тоже приходится много работать.

— О, какая преданность! Иногда я думаю, стал бы он делать хоть что-нибудь, если бы его никто не заставлял.

— А разве работа не может нравиться?

Вики нахмурилась:

— Это недостижимый идеал.

— А вы действительно занимаетесь аукционами? — не смогла удержаться от любопытства Энни.

Вики откусила листик сельдерея.

— Между тобой и мной и этой увядшей веточкой сельдерея… Я сейчас нахожусь на перепутье.

Энни сполоснула тарелку и поставила ее на сушилку.