Тайна Софи - Пенни Джордан

Насрин не выносила бедняков и не скрывала своего презрения к ним.

— Вот, возьми. — Порывшись в карманах, он протянул ей немного мелочи — ведь у Софии не могло быть индийских денег.

Тем временем машина начала двигаться.

— О, Эш, пусть водитель притормозит, я хочу дать мальчику денег, — попросила Софи, улыбнувшись Эшу так же тепло и нежно, как только что улыбалась мальчику.

Эш выполнил ее просьбу. Любому мужчине было бы нелегко устоять перед такой улыбкой. Понимала ли это София?

Они были уже в центре города и выехали на набережную. София с удивлением заметила, что дома на ней построены с явным влиянием стиля ардеко — шикарного стиля с обилием узоров, этнических орнаментов на фасадах. Эти дома казались сказочными дворцами. Но прежде чем она успела попросить водителя ехать чуть помедленнее, машина свернула на другую улицу, и София увидела целый квартал дорогих современных коттеджей. Ее совсем не удивило, когда машина подъехала к дому, который выглядел самым дорогим из окружавших его зданий.

— Мой чемодан, — напомнила София, не обращая внимания на руку, которую протянул Эш, чтобы помочь ей выйти из машины. Она была не в состоянии прикоснуться к нему.

— Водитель занесет его в дом, — ответил Эш. Он посмотрел на часы. Несмотря на все события, он не забыл о намеченной встрече. У него не займет много времени поиск подходящего рейса для Софии. Конечно, он мог оставить ее в аэропорту, но не сделал этого. Не позволяло чувство ответственности, которое в нем воспитывали с раннего детства. Как магараджа, он должен испытывать это чувство по отношению к подданным.

Когда у него будут дети, в особенности сын, наследник, он обязательно проследит, чтобы ребенок понял, что наряду с привилегиями и достатком, которые он унаследует, он унаследует и множество обязанностей. Конечно, это будет происходить постепенно, чтобы груз ответственности не был непосилен. Ребенок должен оставаться ребенком. И между ним и родителями должны быть любовь и уважение. Будучи сиротой, Эш остро чувствовал недостаток этой любви, но, с другой стороны, он прекрасно понимал, что наличие родителей эту любовь не гарантирует. София была этому прямым доказательством.

София. Он опять испытал сочувствие к ней. Пол в холле был мраморным, и шаги Эша отдавались гулким эхом. Внезапно Эш остановился и повернулся, чтобы взглянуть на Софию.

Она все еще стояла у двери. Ее темные волосы рассыпались по плечам, на лице не было ни капли косметики, губы слегка приоткрыты, а темные глаза сияли и с любопытством изучали убранство холла.

Эша снова охватило дикое, необузданное желание. Это привело его в бешенство. Он резко повернулся и бросил через плечо:

— Лифт здесь.

Софи с неохотой пошла за ним. Все-таки лучше бы он оставил ее в аэропорту, тогда она бы уже, возможно, летела в Лондон. Лифт, как и все здание в целом, был современным, из стали и стекла, и София не удивилась, когда, выйдя из лифта, увидела огромное помещение, одна стена которого была целиком из стекла, а за этой стеной виднелся огромный балкон. Сочетание холодного белого, стального серого и угольно-черного цветов в отделке тоже не удивило Софию. Во всем декоре было что-то очень мужественное. Это помещение было отражением Эша. При этих мыслях София почувствовала томление внизу живота.

— Садись, я распоряжусь насчет завтрака.

— Я не хочу есть, — сказала София. — Я хочу в Лондон. Я не просила привозить меня сюда…

Ее слова прервал звук сообщения, пришедшего на ее мобильный телефон. София похолодела. Это из дома. Им все известно.

Эш вышел, София оказалась одна в огромной комнате. Она достала телефон. Сообщение было от Шарлотты.

«София, о чем ты думала?! Тебя застали в постели с Эшем, об этом гудит весь Интернет. Здесь полно журналистов, они осаждают отца, расспрашивая его о твоем приключении в воздухе. Он, конечно, не дает никаких комментариев. Он в бешенстве. Он унижен и оскорблен. Надеюсь, что то, что ты сделала, стоит этого. В моем случае это было не так».

Дрожащими руками София стерла сообщение.

На кухне в апартаментах Эша был включен телевизор. Показывал местный англоязычный канал. Увидев свое лицо на экране, Эш отвернулся. Голос журналиста сообщил, что после того, как журналисты застали Софию и Эша выходящими из его самолета, вышло заявление, озвученное официальным представителем королевского дома Сантина. В нем говорилось, что, к сожалению, когда было объявлено о помолвке, король еще не знал о внезапной страсти, разгоревшейся между его дочерью и магараджей. Поэтому он приносит свои извинения испанскому принцу. В то же время король с радостью сообщает о помолвке своей дочери с магараджей.

Резко повернувшись, Эш вышел из кухни и вернулся в гостиную, где включил большую плазменную панель.

— Я нашла место в самолете, но он вылетает только вечером, — сказала Софи. Она бы предпочла более ранний рейс, ей совсем не хотелось злоупотреблять гостеприимством Эша.

— Лучше посмотри вот это, — резко бросил ей Эш, проигнорировав ее слова о вечернем рейсе. По телевизору передавали прогноз погоды.

— Что… — начала София, но Эш раздраженно тряхнул головой и коротко сказал:

— Подожди.

София стояла перед экраном телевизора, не смея даже шелохнуться. Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она услышала:

— А теперь грустные новости для девушек на выданье в Мумбаи. Сегодня король острова Сантина объявил о помолвке его младшей дочери принцессы Софии и магараджи Наилпура.

София слушала и не верила своим ушам. Ее постепенно охватывал ужас. Когда новости закончились, она повернулась к Эшу:

— Ты должен поговорить с ним, объяснить…

— Конечно, я поговорю с ним, и чем скорее, тем лучше. Но, похоже, у него не было другого выхода, — холодно ответил Эш. — За всю эту ситуацию несет ответственность только один человек, София. И этот человек — ты. Ты пробралась на мой самолет.

Ей нечего было возразить на эти слова, как бы ей ни хотелось оправдать себя. Было видно, что Эш с трудом сдерживает раздражение и гнев. Впервые София поняла, что этот человек может быть более грозным, чем ее отец. Это был уже не Эш — друг старшего брата, а Эш — магараджа, лидер и правитель страны.

Эш достал свой смартфон. Скорость, с которой король Эдуардо ответил на звонок, показывала, что звонка ждали.

— Эш. — Голос короля звучал сурово и жестко.

На какое-то мгновение Эшу показалось, что поскольку король назвал его по имени, то есть возможность уладить ситуацию, извинившись и все объяснив.

— Ваше величество, произошло недоразумение.

— Недоразумение? — Голос короля стал более гневным. — Полагаю, никакого недоразумения нет. Ты публично опозорил семью Сантина и жениха Софии.

— Ваше величество, я понимаю, как вы расстроены, но могу вас уверить в том, что не произошло ничего, из-за чего вы или жених Софии могли бы беспокоиться. — Эш говорил твердо и уверенно.