Преследуя нас - Кэт Т. Мэйсен

— О, привет, хорошо, что ты была в душе. Ты бы просто столкнулась с чудовищем.

— С кем? С твоим боссом? — спрашиваю я, забавляясь.

— Ага, работа имеет значение.

— Сегодня же вечер пятницы!

— С ним все срочно.

— Почему ты не пригласила его погулять с нами? Или, еще лучше, ты бы послала его горячую задницу в ванную навестить меня. Он бы мне точно пригодился.

— О, Чарли, я уверена, он бы с радостью принял тебя, — она засмеялась.

Стук в дверь отрывает меня от моих фантазий о душе — это Эрик со свистками.

— Ты сказал, что мы должны носить по одному свистку, Рик, — указываю я.

Он дует в свисток. Ай, мне больно в ушах: — Я взял запасные на случай, если ты забыла.

— О, мы не забыли. Поверь мне.

— О, привет, дорогая! — он наклонился и поцеловал Кейт в обе щеки, — Вы, биатлонистки, выглядите потрясающе. Готовы ли вы посмотреть, как кучка геев занимается этим? Я хочу завтра ходить как Джон Уэйн.

— О, мои дни, — бормочу я, качая головой.

Кейт смеется, тянет меня за собой и закрывает за собой дверь.

После недолгого ожидания в очереди нам разрешают войти в клуб. Итак, я никогда раньше не была в гей-клубе, но это именно то, что я себе представляла. В клубе темно, много народу, а в воздухе витает тяжелый запах пота. Эрик называет это «мужским соком». Неоновые огни мерцают, как световое шоу, техно-биты отскакивают от стен, пока я нахожусь почти в трансе, и атмосфера эйфорическая. Мужчины одеты во флюро-джоки. Я чувствую себя чрезвычайно наряженной, не говоря уже о том, что мы выглядим единственными женщинами здесь.

— Рик, ты не слишком одет? — кричу я через музыку.

Он ухмыляется, снимает брюки и рубашку и передает их парню в халате, на котором нет ничего, кроме розовых стрингов с надписью «Руки прочь от Снейки».

У каждого есть свисток, и все дуют в него в такт музыке. Мы пробираемся к бару, где, к счастью, тусуются девушки. Мы смотрим друг на друга, и хотя они незнакомы, мы широко улыбаемся и здороваемся. По крайней мере, нам не нужно беспокоиться о том, что в баре нас попытаются подцепить какие-нибудь шлюхи.

— Итак, что мы заказываем выпить? — спрашивает Кейт.

— Раунд Daisy Chains, пожалуйста, — кричит Эрик бармену.

— Что такое «Цепочка Дейзи»?

— Напиток, я не знаю. Дальше, не спрашивайте.

Напиток оказался рюмкой самбуки. Запах аниса очень сильный, и я поморщилась, когда проглотила его. Черт возьми, это точно меня убьет. Послевкусие прогорклое. Следующий напиток называется Candy Maker, который на самом деле является текилой.

Ночь продолжается, нам подают развратные напитки с гомосексуальными названиями. Мы раскрепощаемся и начинаем танцевать. Меня не беспокоит, что я окружена потными мужчинами с телами, от которых можно умереть, или тот факт, что все они держат языки в горле друг у друга. Мы просто погружаемся в транс, наслаждаясь беззаботным весельем. Кейт в полном восторге, и я не отстаю от нее. Во время танца я чувствую, что моя маленькая сумочка вибрирует. Я достаю телефон и, прищурившись, читаю сообщение.

Лекс: Шарлотта, пожалуйста, я так потерян без тебя.

Одно сообщение на голосовой почте.

Мое сердце учащенно забилось, когда я прочитала сообщение. Может быть, это цепочки «Дейзи» и конфеты «Мейкерс» расслабили меня, но внезапно я чувствую желание прослушать голосовую почту, а не удалять ее, как десятки других на этой неделе. Я говорю Кейт, что собираюсь проверить свой телефон, но она слишком озабочена тем, что находится между двумя парнями, которые любят танцевать с девушкой-натуралкой.

Я прохожу в угол и нажимаю на голосовую почту, закрыв другое ухо, чтобы заглушить музыку.

Пожалуйста, поговори со мной. Я не могу так больше жить. Мы обещали начать все сначала, но тебя нет рядом со мной, ты даже не разговариваешь со мной. Шарлотта, послушай меня, когда я говорю, что ты можешь мне доверять. Это не то, чем кажется. Ты мне нужна… Мне нужно, чтобы у нас все было хорошо. Пожалуйста, поговори со мной.

Линия обрывается, и боль в моем сердце становится все глубже. Этот человек — мой муж, так какого черта я делаю? Но это не было похоже на настоящую свадьбу.

Возвращаясь к бару, я проталкиваюсь сквозь толпу, не осознавая своего состояния, похожего на транс. Неужели я ошиблась во всем этом? Но как это может быть? Фотографии выглядели настоящими, и кто-то хотел, чтобы я их увидела. Кто прислал мне эту ссылку? Кто-то влюбленный в Лекса, подумала я.

— Ты в порядке, Чарли? — спросил Эрик, задыхаясь.

— Да. Думаю, мне нужна еще одна цепочка Дейзи.

Он смеется, притягивая меня к бару: — Тот с кем ты переписывалась был Лекс?

— Нет, я не переписывалась. Я прочитала сообщение, которое он мне прислал, и прослушала его голосовое сообщение. Впервые за всю неделю я набралась смелости.

— Да ладно, Чарли, даже я не прав в своих суждениях, выслушай его хотя бы. Ты же знаешь, что хочешь вернуться к тому, чтобы снова потрепать его горячую задницу.

— Если бы это было так просто.

— Что происходит, дамы? — Кейт положила голову на плечо Эрика, невнятно произнося слова.

— Чарли только что получил смс и сообщение от Ле…

Свисток громко свистит в наших ушах. Мы все вздрагиваем.

Очевидно, настало время конги, но в гей-версии. И это наш сигнал уходить. Эрик присоединяется к поезду геев и машет на прощание.

Мы с Кейт спотыкаемся по дороге домой и теряем сознание, как только входим в дверь гостиничного номера.

* * *

Я провожу языком по рту, вкус горький и ватный. Когда я глотаю, я чувствую, как меня охватывает тошнота. Я бегу в ванную, спотыкаясь о лежащую на полу Кейт, и едва успеваю добежать до тазика, прежде чем последствия вчерашнего вечера дают о себе знать. Я сижу там несколько минут, не в силах оторвать себя от холодного кафеля. Я умираю, другого объяснения нет.

— Чарли, ты в порядке… — Кейт отталкивает меня в сторону, занимая мое место.

О, черт, нет, я не могу смотреть, как ее тоже тошнит. Я выбегаю из ванной, проходя вверх и вниз по гостиной, благодаря за то, что мусорное ведро стоит рядом с маленькой кухней и раковиной. Это будет последний раз, когда я ступаю в гей-клуб. Никогда.

Спустя несколько часов нам удалось принять душ и одеться. Я прощаюсь с Кейт, благодарю ее за то, что она заставила меня забыть, а также за то, что позволила мне остаться