Лесные заветы - Нора Арон

— Да вот не подумала как-то. Он утром заходил, про лес предупредить… не догадалась, простите.

Марья Никитична всплеснула руками.

— Так за чем дело стало! Он свой обход к полудню окончит, вот и сходим к нему вместе. Или сами пойдете, прогуляетесь с мальцом. Дом старосты в чаще леса стоит, туда хорошая тропинка протоптана…я покажу.

Свяжусь с заказчиком, уточню некоторые детали работы и сроки. Ба Ася оставила мне приличную сумму в наследство, только я не собиралась зря деньги на быт расходовать, оставлю для Тихона, на учебу. А вот что телефон один, да еще у старосты стоит, неудобно получается. Узнаю, может удастся и в родовую усадьбу линию подвести и свой аппарат поставить. Приободрившись, я выплыла из размышлений и поймала любопытный взгляд соседки.

— Анна, вы не подумайте только ничего плохого, просто в деревне о вас ой как судачат, уж больно загадочно вы в наших краях появились… А тут еще выяснилось, что вы с Асей Сескутовой кровными родственниками друг другу приходитесь. И наследницей вот ее стали…

Я опять напряглась, как же я не любила разговоры за своей спиной. От городских коллег и соседей по дому довольно натерпелась после смерти мужа. Кости знатно мне перемывали все кому не лень, не знала куда от этих косых взглядов деться. И здесь тоже самое начинается.

Марья Никитична, видимо, что-то поняла по моему лицу, тут же постаралась заверить меня, чтобы я не обращала внимания на пересуды.

— Деревня у нас маленькая, все друг друга чуть ли ни с рождения знают, а тут новый человек. Конечно, людям поговорить охота. Да вы не переживайте, поговорят и перестанут, на другую тему перекинутся. Скоро все стихнет. Вы, главное, постарайтесь почаще к людям выходить, общаться. Вижу, что девушка вы красивая, ладная. Такая долго одна не останется.

И женщина задорно подмигнула мне, я лишь кивнула в ответ.

Вероятно, придется открыться жителям деревни, душу раскрывать никто меня не заставит, а вот участвовать в жизни местного сообщества нужно. Помощь с Тишей мне не помешает, буду налаживать быт. Но кое-что прояснить стоит уже сейчас.

Я присмотрелась к Марье Никитичне внимательнее. Что-то мне подсказывало, что я напала на главную деревенскую сплетницу. Вот пусть и донесет до потенциальных женихов, что я не намерена развлекать их, ни в этом году, ни в следующем. Я преувеличенно грустно вздохнула, главное не переигрывать, не поверит.

— Вы правы, Марья Никитична. Сидеть в четырех стенах я не намерена, сыну нужен свежий воздух, дружеское общение.

Соседка тут же уши развесила, стала поддакивать и чай мне в блюдечко подливать.

— Вы понимаете, мы ведь с Тишей совсем одни на белом свете остались. Я вдова, муж погиб в автокатастрофе год назад. Вот думала, что с ба Асей сойдемся, хотя раньше я ее никогда не видела.

— Да что вы говорите, и что же, неужели не знались до сих пор?

Я только мысленно усмехнулась. Пусть, сейчас один раз расскажу, а к вечеру эта информация до всех нужных ушей дойдет.

— Представляете, я даже не знала, что у меня в глухой таежной глуши родственница есть. Когда получила от нее приглашение, сильно удивилась, но решила поехать, познакомиться. И вот как получилось.

Мы помолчали. Марья Никитична взяла мои руки в свои и тепло улыбнулась.

— Судьба привела вас с сыном в наши края, видно так нужно. Вот увидите, Анна, все обязательно наладится. А мы поможем, люди у нас хорошие.

Сплетница или нет, но до чего милая старушка мне в соседки попалась.

— Спасибо. А вы не посоветуете, куда бы нам с Тишей прогуляться перед обедом? В лес идти боюсь…

— Да и не нужно пока. Раз сказал Матвей, значит, будем вести себя осторожнее это время… У нас так бывает. Зверь какой повадится, то ли сбиваются с дороги, то ли что… А вы лучше к речке нашей пройдитесь. Это недалеко совсем, дорога прямая, не заблудитесь. Там хорошо сейчас, спокойно. А я вам пирогов с собою заверну…

Через час мы оказались с Тишей на берегу тихой, проточной речушки, скорее всего, небольшого ответвления от основной водной артерии. Лес стоял стеной за нами и на противоположном берегу, а река протекала как раз между двумя таежными массивами, негласно разделяя их.

Пока я стелила плед на землю и вынимала пирожки и бутерброды, Тиша осторожно подошел к воде, присел и опустил ладошку в текучую воду. Это создало препятствие на пути речного потока и вода забурлила, закружилась вокруг детской руки. Я забеспокоилась, как бы не утянуло сына, сидит ведь на корточках на самом краю. Подошла и присела рядом, Тиша повернул ко мне радостную мордашку, я нежно пригладила непослушные кудри.

— Нравится тебе здесь, сынок?

Тиша серьезно кивнул, а потом указал на противоположный берег и уставился куда-то в лесные заросли. Я проследила за его взглядом, но увидела лишь дремучий кустарник и исполинские сосны в ряд. Что же все время привлекает твое внимание?

— Идем, я уже проголодалась. Перекусим, отдохнем и пойдем обратно. Договорились?

Тиша кивнул и взял меня за руку. Мы удобно расположились на нашей подстилке и оперативно проредили съестные припасы. Рядом ласково бурлил игривый речной поток, шумели кроны деревьев, что-то весело стрекотало в мягкой траве. На душе вдруг стало так спокойно и тепло, что я удивилась своим ощущениям. В этой таежной глуши, вдали от привычных благ современной цивилизации, на лоне природы я была дома.

Дикость какая-то. Я всегда старалась держаться подальше от густых лесов, если мы с Костей путешествовали, никогда не любила походы с рюкзаками по лесным буеракам, предпочитала более цивилизованный вид отдыха. А тут млею от вида непроходимой зеленой чащи. Я пощупала свой лоб, может я перегрелась. На Тише была панамка, а сама я прикрыть голову не подумала. Правда, солнце всю дорогу пряталось за кронами высоких деревьев пока мы шли, но всякое бывает. Хотя торопиться как-то расхотелось.

— Тиша, как ты думаешь, мы еще побудем тут?

Сын тут же согласился, он как раз только начал строить крепость из веточек и травинок, благо стройматериала полно вокруг. Вот и славно. Я достала из рюкзака начатую еще в дороге книжку, удобно расположилась на пушистом пледе и погрузилась в хитросплетения сюжета и не заметила как меня сморил сон.

Я резко вскочила, сердце стучало в горле, голова странно гудела. Я встала, но, кажется, не проснулась, ведь до сих пор мне мерещилась лесная тропинка в густых лесных дебрях,