Становление - Ева Шафран

— Сколько нам до него? — спросил Фонтренк.

— Не больше недели.

— Вы же помните, о чем мы договорились?

— Оставить в целости и сохранности твою девчонку, помню, — скривился Верцелиус, затем глянул на него с вежливым презрением. — А ты все никак не успокоишься.

— Я люблю ее, — Адриан ответил ему колючим взглядом.

— Это не любовь, — хмыкнул тот. Фонтренк почувствовал, как в груди разгорается раздражение, еще руки зудели, не давая сосредоточиться. — Это страсть, которую ты никак не можешь погасить. Ты одержим.

— Думайте, что хотите. Она моя.

— Нам нужно идти, — Верцелиус цокнул и развернул коня. Выругался, чуть не наткнувшись на безмолвного Маккенона, стоявшего каменным изваянием за их спинами. Названый сын последнее время ходил мрачнее тучи и портил победное настроение.

— А как же привал? — Адриан уставился в его спину, черный военный камзол с высоким воротником скрывал шею наместника. Длинные черные волосы, перетянутые в хвост спускались до лопаток. Широкие плечи элинира легко дернулись:

— Обойдемся.

Адриан недовольно нахмурился и посмотрел на замок вдалеке. Последние дни его выводило из себя почти все, любая мелочь или простая фраза. Приходилось здорово сдерживаться, чтобы не заорать в голос. Хорошо, что ежедневные тренировки с наместником помогали спустить пар. Но самое сильное облегчение приносила магия. Хмельная улыбка расплылась по лицу парня, он запустил руку в походный мешок, пристегнутый к седлу, и любовно погладил книгу. Он уже многое изучил, кое-что начало получаться. Хорошо было бы найти опытного наставника, который сможет помочь развить его дар к магии. А ведь у него он определенно есть, он был избран этой книгой. Адриан вздохнул и опустил взгляд на армию осмохиррцев, которая обходила холм и направлялась к лесу. Покорная, смертоносная и почти безшумная, слышен был лишь шорох ног по траве и бряцание металла.

«Ничтожное пушечное мясо», — презрительно усмехнулся Адриан в спины мужчинам в тюрбанах.

/Эльсинор/

Лана бродила по цитадели, разыскивая Валкара, но того нигде не было. Расспросы людей тоже не дали результата, он как будто растворился сразу же в коридоре после заседания их совета. Девушка вздохнула. Поиски затягивались еще и тем, что пришлось много общаться с людьми, утешать их, принимать извинения от тех, кто решил покинуть Эльсинор, чтобы не погибнуть в грядущей битве, хотя это правильное будет назвать бойней.

Она стояла на выходе и наблюдала, как вереница тележек и лошадей с наездниками уходит в сторону Данимезии, на Север, чтобы избежать встречи с армией Осмохирра. Лана размышляла над тем, что не успели они что-то начать, как тут же все пришлось свернуть. Дали надежду людям, хорошо хоть изначально рассказывали о возможных трудностях. Вначале все было проще, люди готовы были вернуться на землю предков, осесть здесь, но стоило прийти настоящей беде, как многие из них, пряча взгляд, пустились в обратный путь. Лана никого не осуждала. Добрыми словами провожала всех и каждого, кто принял такое решение. Но на сердце продолжал лежать тяжёлый камень, а Валкар все не находился.

Она подняла глаза к синему небу, разглядывая высокие и невероятно красивые башни цитадели. И тут она его увидела. Прищурившись, Лана заметила черную точку и нахмурилась.

«Ну конечно, другого места он не нашел», — недовольно подумала и направилась внутрь цитадели.

— Валкар? — позвала девушка, выглянув из самой верхней оконечности башни.

Ветер здесь был заметно сильнее, чем внизу. Она прижалась к проему — двери не было — и оглядела небольшую площадку, на которой элинир стоял к ней спиной. Короткий черный плащ с капюшоном трепали порывы ветра.

— Валкар? Ты нашел место, я пока сюда поднималась, думала от страха поседею, — проговорила Лана, ощупывая ногой прочность площадки. До Валкара ей оставалось пройти около трех метров.

Он не ответил.

— Ну что ты молчишь? — Лана все же не стала торопиться вылезать из башни. В груди всколыхнулся страх высоты, как только она поняла, что площадка ничем не огорожена. — Знаю, ты на меня сердишься. Но не отстраняйся. К тому же сейчас, когда мы все так нужны друг другу.

Он молчал.

— Понимаю, что ты переживаешь за меня, хочешь защитить, — Лана все же ступила на площадку, внутренности сковал страх, но ей хотелось дотянуться до него. — Сейчас такая ситуация. Ты же знаешь, что мы должны попробовать. Если бы на моем месте был кто-то другой, то ты бы поддержал эту идею. И ты бы сам пошел, если бы мог.

Лана увидела, как его плечи поднялись и опустились — он глубоко вздохнул. До него оставалась пара метров.

— Прости меня, — наконец произнес.

— За что? — искренне удивилась Лана. — Я сама хотела извиниться.

Он повернулся к ней и посмотрел в лицо, изумрудные глаза потемнели от тревоги.

— За то, что убежал и заставил тебя сюда подняться, — он быстро преодолел расстояние между ними и сгреб ее в объятия. Лана вздохнула, страх высоты растворился, как будто его и не было. — В какой-то момент я думал, что разнесу тот стол в зале к морским демонам.

Лана сильнее прильнула к нему, прижавшись губами к шее. Он вздохнул.

— Я всегда переживаю за тебя, солнце, ты — все, что у меня есть, — прошептал он. — Если с тобой что-то случится, я не переживу этого.

— Не настраивай себя на плохой исход, — улыбнулась Лана. — С Посохом мы сможем сделать все, что захотим. Мы защитим Эльсинор и разделаемся с твоим бешеным дядей. А затем сможем сделать все, что угодно. Можем даже построить вторую цитадель.

Валкар тихо усмехнулся, закапываясь в ее волосы.

— Лана.

— Что?

— Я хотел бы… — он отстранился от нее и серьезно посмотрел в глаза. — Я хотел предложить тебе и Габриелю сесть на «Мальтазард» и уплыть отсюда, может быть, к вашим родителям. Подальше от гнева Верцелиуса и твоего дружка детства, уверен, он все еще с ним.

— Что? — Лана нахмурилась.

— На корабле все для этого есть, —     продолжал он. — Там достаточно золота на три поколения безбедной жизни. Я думал, что…

— Так, остановись, — Лана взяла его за плечи и попыталась встряхнуть, но вышло не очень. — Если еще раз, — она приставила палец к его груди, — ты посмеешь сказать нечто похожее, посмеешь предложить мне покинуть тебя, чтобы спастись самой, то одной пощечиной ты не отделаешься. Ты все понял?

— Понял, — Валкар грустно усмехнулся и вздохнул. — Я должен был попытаться.

— Попытался?

— Да.

— Молодец, — Лана снова прижалась к нему, обхватив за талию как можно крепче. — Я тебя люблю. И что это значит?

— Вместе до конца? — улыбнулся Валкар, положив подбородок ей на макушку.

— До конца каким бы