Посвященные в любовь... - Ирина Варс

* * *

К приезду Римаса Александровича Маша собрала все вещи. Убрала в душевой. Сказала бабе Любе, что в холодильнике осталась еда и оставила старушке денег на пальто, о котором она мечтала.

— Это хорошо, дочка, что в другую больничку уходите. Федька раньше был врач, а сейчас стал рвач. У него есть кабинет. Он там принимает, лоскуты всем клеит. У меня вот соседка ходила к нему, ходила, а потом раз и померла. Сказали, что отравилась. Так Федька и его напарник всех травят. Люди шепчут, что они еще витамины какие-то сами делают для богатых. Только от ентих витаминов потом дураками люди становятся. А Федьке-то в радость. Денежки-то плывут в руки. Вот такие вот дела… Ой, разболталась я, пойду. Спасибо тебе за доброту твою. Красавец твой подымется, знаю точно. А детки-то есть у вас или по-модному живете, без деток?

— Есть детки: два сыночка и дочка.

— Батюшки мои, я же вспомнила тебя. Это же муж с тобой был в родилке и помогал. И ты не кричала и родила быстро. Он еще дочке Сергеича что-то наговорил, и она тоже легко родила.

— Машенька, вы готовы? — вошли в палату Римас Александрович и Стас.

— Здравствуйте, Любовь Павловна. Как самочувствие? Не обижают вас?

— Спасибог, мил человек. Да кто ж меня, старую обидит. Уже и обидчиков моих не осталось, все на кладбище покоятся. Я потом зайду и уберусь.

Маша быстро надела Ване на ноги теплые кашемировые носки. Его ступни показались ей теплее, чем обычно. И это очень ее радовало.

Надела на мужа свитер и куртку и даже не поняла, как легко и быстро Римас и Стас усадили Ивана в коляску.

Так же легко вместе с коляской подняли Ивана на второй этаж.

— Ура! Папочка приехал, — обрадовались малыши и бросились обнимать его и рассказывать новости, перебивая друг друга. Малышка Мия посмотрела на братьев и залезла на ручки к Ивану. Погладила его по лицу и положила голову ему на грудь, почти так же, как это делает Маша. Послушала, как бьется сердце и сказала: «Там тук-тук, папа».

Потом спрыгнула на пол, побежала в игровую комнату и принесла книжку с картинками.

— Папа, надо читать Мие, — четко произнесла она. Иван удивился. Дети быстро продвигаются в развитии. Миюшка говорила отдельные слова. А сейчас она грамотно выстроила два предложения. А ведь ей еще не исполнился годик.

* * *

Маша обрадовалась, когда Павел Сергеевич сказал, что поскольку у Ивана нет, слова Богу, переломов и проблем с позвоночником, спать ему можно в обычной кровати с плотным матрасом.

Но Римас, выслушав рекомендации медиков, купил массажный анатомо-ортопедический чудо-матрас с ортопедическими подушками.

Точно такой же матрас с подушками он не так давно приобрел для себя с Верушкой. Очень качественная вещь. Осцилляционный массаж улучшает кровообращение, помогает быстрее восстановиться после мышечных травм, снимает усталость, улучшает обменные процессы… Надо будет купить такой же матрас и Арсу. У него появились проблемы со сном.

* * *

Незадолго до сна Иван предложил Маше опробовать чудо-матрас. Она достала простынь на резинке и обтянула его. Но как только их головы коснулись подушек, а спины выпрямились на матрасе, сон мгновенно сморил обоих.

Среди ночи Маша проснулась от горячих поцелуев и ласк Ивана. Самое удивительное было в том, что он сумел повернуться на правый бок и левой рукой ласкал ее грудь.

Маша ответила на его поцелуи и, сбросив одежду, в которой они уснули, прижалась обнаженным телом к телу мужа. Его словно пробило электрическим разрядом. Кляня себя за немощь, он вынужден был уступить Маше и помочь ему дойти до вершины. И теперь чувствовал себя негодяем, чуть ли не альфонсом, получающим удовольствие за счет женщины. Она же целовала его и была счастлива. Ведь он сумел повернуться набок. А это уже шаг к победе!

— Ваня, прекрати терзать себя. Сегодня был такой чудесный день. Мы не в больнице и рядом наши дети. Результаты обследования обнадеживающие. Мика сообщил, что уколы купил и завтра будет дома. Ты повернулся сам на правый бок и в любви был прекрасен!

Но Иван продолжил ругать себя на чем свет стоит. Одно дело, когда ты полон сил и для разнообразия позволяешь жене время от времени доминировать в позах и способах получения удовольствия. Другое дело, когда ты урод, инвалид и ждешь, когда не ты, а жена доведет тебя до экстаза…

Закончилось все тем, что Маша сунула ему в руки пачку салфеток для интимной зоны, а сама пошла в ванную. Встала под душ и расплакалась. Затем высушила волосы феном и пошла в детскую. Все трое малышей спали. Она прилегла на небольшой диван и… уснула. Проснулась на рассвете и помчалась в спальню.

Иван не спал. Увидев Машу, он потянулся к ней и попросил прощения.

— Пчелка моя, прости адиёта. Я сам не знаю, с чего меня так заклинило. Тебя не было два часа. Я не знал, что делать.

— Так и быть: раскаяние принимается. Я была в детской. Зашла посмотреть, присела на диванчик и заснула. Я очень прошу тебя, Ваня, прекращай линчевать себя. Ты делаешь мне больно.

Я пошла готовить завтрак. А ты поспи немного.

Затем присела на край кровати и сказала: «Я люблю тебя, мой родной. И хочу, чтобы ты был сильным в любых ситуациях, невзирая ни на что». И крепко поцеловала мужа.

* * *

Днем приехал Андрей Михайловский, тот самый врач, который вызвал вертолет, чтобы переправить Ивана в клинику. Молодой врач 35 лет, кандидат медицинских наук, внук легендарного ортопеда Григория Михайловского, спасшего во время войны переломанные ноги известного военачальника. Именно дед, а не отец, оказал сильнейшее влияние на выбор профессии внуком. Хотя отец Андрея был замечательным гинекологом.

Навстречу Михайловскому выбежали очаровательные близнецы и по-взрослому поздоровались.

— Вы же доктор? Как… как Айболит? Вы же вылечите нашего папу? — серьезно спросил один из близнецов.

— Ты что, плохо слушал маму, когда она читала? — толкнул брата в бок второй. Айболит лечил зверей, а не людей.

— Раз лечил зверей, значит, мог лечить и людей, — уверенно поставил точку первый.

Андрей рассмеялся. Мальчишки ему очень понравились. А потом выяснилось, что у братьев есть еще младшая сестренка. Бог мой, трое детей.

— Нет, — сказал он тогда себе, — ты обязан поставить парня на ноги!

А когда увидел Машу, понял: расшибется в лепешку, но поднимет Ивана.

Он