Тайная жизнь полукровки - Дарья Адаревич

— Пришел-таки, — проворчала я, поднимаясь.

Я тоже перевоплотилась обратно в дерзкую девчонку Лил. Накрашенные глаза, накрашенные так сильно, чтобы тонна косметики спрятала настоящую меня, пирсинг в носу, кольца в ушах, бордовые губы. Короткий топ и кожаные джинсы. Чокер на шее. Распущенные волосы. Тонна косметики и открытая одежда должны были сделать меня неуязвимой, но на груди жила тревога и непонятная тоска.

— В чем дело? — спросил Нолан, — выглядишь неважно!

— Обычно, когда хотят произвести впечатление на девушку, говорят, что она, наоборот, прекрасно выглядит.

— Я думал, девушки ценят честность. А сейчас ты грустная и злая.

Я вопросительно подняла одну бровь.

— Думаешь, только ты можешь видеть, что написано на чужих лицах? — ухмыльнулся Нолан, — что случилось?

— Меня обидели.

— И кто же этот негодяй? Я мог бы ему…

Я посмотрела на Нолана точно таким же взглядом, которым он сегодня смотрел на меня. Ах да, то есть, так посмотрела, как профессор Парис смотрел на бедолагу Лилию. Лилия могла смущенно промолчать, а потом вытирать слезы в туалете. Но Лил была другой. Она не молчала и не плакала, ее было невозможно ранить или унизить!

— Спасибо, но я в силах сама за себя постоять, — ответила я, — давай сразу к делу.

Нолан кивнул, сел, наклонился ко мне.

— Здесь никого, можешь не шифроваться.

— Ладно, — Нолан осмотрелся, удостоверился, что никого нет, кивнул и продолжил, — кто-то научился похищать чужую жизненную энергию.

— Ну да, так делают все темные маги, если что.

— Ты не поняла. Похищают насовсем, — Нолан наклонился ближе, — обычно, когда темный маг ворует чужую энергию, это только на короткое время, потом все восстанавливается, а тут происходит кража насовсем.

— Тридцать сантиметров, помнишь?

— Что?

— Отодвинься от меня, вот что!

Нолан немного отодвинулся, смутился. Я тоже смутилась. Отлично, я стала совсем, как мой отец. Когда злая, срываюсь на других. Отлично!

— Ты поняла, что я сказал? — спросил Нолан серьезно.

— Да, кто-то крадет чужие жизненные силы. Все ясно. Крадет и не возвращает.

Я вспомнила подслушанный в Академии разговор. Аполона говорила, что заболели студенты. Никаких подробностей, только то, что это надо скрывать от других. Теперь понятно, что за болезнь.

— Ты думаешь, это кто-то из темных магов? — спросила я.

— Нет, это светлый.

Понятно, Нолан подозревает студентов и преподавателей Академии Света.

— Только как светлый маг смог бы украсть чужую магию? — спросила я.

— Пока не знаю, возможно, у него есть какой-то прибор. Возможно, дело в зельях.

Я задумалась, закусила губу. Нет-нет, нельзя грызть губы, сотрется помада.

— На что способны зелья? — спросил Нолан.

— На многое.

Я поняла, что это долгий разговор. И, что… И что это мой шанс проучить профессора. Поставила перед ним несколько склянок. Достала бутылки с разноцветными жидкостями.

— Зельеварение работает на эмоциях, чувствах, — начала я, — по сути зельевар меняет установки в голове у другого человека.

— Как гипноз?

— Только сложнее и эффектнее.

Нолан кивнул. Я продолжила.

— Я, как черный маг, забираю у человека не жизненную энергию, а какую-то эмоцию, какое-то чувство, и потом либо усиливаю его, либо, наоборот, ослабляю.

— Вчера ты улучшила парнишке память, как?

— Не совсем память, — ответила я, — просто взяла его тревожность и эмоциональность и ослабила их, так у него автоматически улучшились внимательность и память.

— Долго длится эффект?

— Пока зелья не выйдут из крови. Сутки, иногда дольше.

Нолан кивнул.

— А что насчет возможности поглощать магию? — спросил он, — реально ли создать такое зелье?

— Как знать.

Нолан стал серьезным. Более серьезным, чем был когда-либо. Серьезнее, чем профессор Парис сегодня. Мысли вернулись к профессору и к сегодняшним унижениям.

— Давай я покажу, — сказала я, наигранно улыбаясь, — покажу, как делаю зелья, чтобы ты лучше понимал.

— Ну ладно.

Покажу так покажу. Настроение потихоньку улучшалось.

— Вот так я залезаю тебе в голову и беру эмоции, — я дотронулась его лба, — я вижу, что ты обеспокоен, вижу, что пытаешься сдерживаться…

Вижу, что хранишь секреты, много секретов и вижу желание. Проклятье! Я же на самом деле ему понравилась. Я захватила кусочек эмоций Нолана, налила в колбу зеленую жидкость, закинула эмоции туда.

— Здесь твои эмоции, я их схватила и задержала.

— Но я все еще обеспокоен, — заметил Нолан.

— Не точно выразилась, я сделала слепок твоих эмоций, и задержала копию.

— А если из этой склянки выпьет кто-то другой? Что произойдет?

— Ничего. В этом особенность зелий. У каждого человека свои эмоции, неповторимые… поэтому каждое зелье уникально. Нельзя наделать сто тысяч флаконов на продажу.

Нолан внимательно смотрел на склянку, в которой бурлило нечто зеленое.

— Теперь можно, например, добавить белый дым, — продолжила я, — и заглушить определенные чувства и эмоции.

— То есть ты можешь лишить меня беспокойства?

— Могу.

— Ты можешь лишить человека страха?

— Могу.

— Ладно, — выдохнул Нолан, — а зачем нужны другие жидкости.

— Красный дым, напротив, усилит эмоции. Желтая вязкая жидкость нужна для… — я хитро улыбнулась, но говорить не стала, просто налила в склянку.

Хорошая идея, это станет для него сюрпризом.

— Еще есть порошки, они вспомогательные, — сказала я, — все ингредиенты выполняют свою функцию, и в итоге получается полноценное зелье, — протянула Нолану, — пей.

Он посмотрел. Цвет у жидкости стал светло-зеленым. Приятный цвет, хороший, должен вызывать доверие. Хотя… какое доверие? Это же зелье, а, по мнению Нолана, мы знакомы второй день.

— На вкус, как лимонная водичка, — заверила я.

— Ты так и не сказала, что делает вязкая желтая жидкость, — вспомнил Нолан.

— Что бы это ни было, через сутки ты вернешься к первоначальному состоянию, — я улыбнулась, — или боишься?

Нолан не боялся. Он залпом выпил мое зелье. Застыл. Прислушался к себе, пытаясь понять свой организм.

— Ничего не изменилось, — наконец сказал Нолан.

— Утром увидишь эффект, — заверила я, изо всех сил стараясь удержаться и не рассмеяться.

Возможно, жестоко вышло… Но месть и должна быть жестокой! Нечего унижать меня перед всей аудиторией!

Глава 12: Все свободны, надо прибить одну девчонку!

— Ты в порядке? — спросила Стина.

Она на самом деле беспокоилась. Не сводила с меня глаз.

— В порядке, конечно.

— Ты странно улыбаешься.

Проклятая улыбка. Это все от ожидания. Как же хорошо я придумала с зельями.

— Прости, что вчера не смогла помочь, — тихо сказала Стина, — я пыталась.

— Что ты! — я сжала ее руку, — все хорошо. Ты и так сделала очень много. Как ты придумала с Адреналином.

— Да это все ерунда, все равно тебе пришлось упасть в обморок.

— Не волнуйся.

— Потом профессор беседовал с тобой, да?

— Ага.

Стина почесала нос, вздохнула.

— Прости, — сказала она, — надо было тебя как-нибудь отправить в