Пиф-паф - Белль Брукс

нас нет времени. Можно мне попросить разрешения положить твою руку на меня? Тебе просто нужно обхватить его и держать. Это все. Я стою спиной к двери, так что, когда она откроется, они смогут увидеть только то, как ты покачиваешь головой, так что тебе нужно будет двигать головой вверх и вниз рядом с ней, и, надеюсь, Рэйв не подойдет, чтобы рассмотреть получше.

— А если подойдет? — мой голос дрожит.

— Не знаю, разберусь с этим потом. Сейчас я говорю тебе, что ни в коем случае, что бы ни случилось, я не позволю тебе прикасаться ртом к моему члену. Я придумаю что-нибудь еще.

— Хорошо. — Ох, боже. Слезы наполняют мои глаза.

Хаггерти движет моей рукой, пока я не касаюсь его члена. Теплый, твердый и в то же время шелковисто-гладкий. Вот как ощущается мужчина… ну, именно так ощущается Хаггерти. Внезапно он дергается в моей руке.

— Я не могу это контролировать. Прости, — говорит он с придыханием.

— Все в порядке.

— Нет, не в порядке.

Он прав, это не нормально. Нисколько. Но мы застряли между молотом и наковальней. У нас нет выбора.

— Я готова, — бормочу я.

— Хорошо, теперь все, что тебе нужно сделать, это покачать головой вверх-вниз в сторону ладони.

Я качаю головой вверх-вниз, когда он запускает пальцы в мои волосы на затылке.

Он снова подпрыгивает у меня в руках.

— Твое дыхание, — тихо произносит он. — Он очень чувствительный.

Вверх и вниз. Вверх и вниз. Вверх и вниз… Я не перестаю двигать головой. Дверь по-прежнему не открывается. Как долго мне еще придется держать его за член? Как долго мне еще придется притворяться, что я ему отсасываю?

И тут дверь открывается.

— Да, черт возьми, — стонет Хаггерти. — Вот так, детка, глубже, возьми меня глубже.

Я не поднимаю глаз. Вместо этого я двигаю головой быстрее.

— Ох, блядь, — рычит он.

Пожалуйста, прекрати это, потому что я не уверена, почему это происходит сейчас, но мое тело реагирует на слова Хаггерти. Я должна быть напугана, мне должно быть противно, но не… Я-я возбуждена.

— Вау! А у нее аппетитный ротик, у этой цыпочки. Ох, очень надеюсь, что она облажается, Джо, потому что прикосновение ее прелестных губок ко мне скрасило бы вечер. Уверен, что мы не можем обработать эту сучку всей командой?

— О, о, да… — стонет Хаггерти, не обращая внимания на Рэйва.

— Я хочу войти, — требует Рэйв.

— Отвали, приятель. Отвали.

— Нет. Я хочу войти.

— Я КОНЧАЮ, КОНЧАЮ.

Что? О, боже. Надеюсь, что он не кончает. О, я правда надеюсь, что это не так.

— Отвали и дай мне закончить. Ты можешь провести с ней другую ночь.

Нет, не может. Ни одной ночи. Никогда.

— Отлично. Я пойду… пока что.

Дверь закрывается.

Я закрываю глаза. Вздыхаю с облегчением. Я застыла на месте.

Хаггерти берет меня за руку и медленно разжимает ее, прежде чем помочь мне подняться на ноги. Я открываю глаза как раз в тот момент, когда он делает шаг назад и отворачивается к стене.

— Мне нужна минутка.

— Ты в порядке? — спрашиваю я. Это он должен был задать мне этот вопрос. В конце концов, это я только что держала его член, стоя на коленях и делая вид, что отсасываю ему.

— Нормально.

— Я все сделала правильно?

— Ты отлично справилась.

Я слышу, как застегивается молния на джинсах Хаггерти. Я наклоняюсь и беру его ремень, протягивая ему.

— Спасибо. — Он слегка улыбается.

— Не за что.

Застегнув ремень, он кладет ладони мне на плечи и смотрит прямо в глаза:

— Миранда, ты в порядке? Правда? Если бы я знал, что ты дев…

— Откуда тебе было знать? — Я неловко переступаю с ноги на ногу.

— Что не так? Я слишком сильно сжимаю твои руки?

— Нет, нет.

— Ты не хочешь, чтобы я прикасался к тебе?

— Нет, дело не в этом.

— Тогда, что случилось?

— Я мокрая, — шепчу я. — Насквозь промокла. Ну, в трусиках. И у меня такие странные ощущения в животе, и моя штучка пульсирует, и мое сердце бешено колотится, и я чувствую, будто перегреваюсь… Я возбуждена.

Хаггерти ухмыляется.

— Что?

— Ничего. Это нормально. Это нормальная реакция.

— Правда?

— Конечно. Почему бы и нет?

— Ох, ладно.

Это нормально. Раньше со мной такого не случалось ни с одним парнем. Со мной вообще такое редко случалось… но это нормально. Хорошо. Значит это нормально. Но так ли это?

— Видишь ли… — я продолжаю переминаться с ноги на ногу. — Просто я редко испытываю что-то сексуальное, даже когда смотрю порно. Я никогда не была…

— Сексуально возбуждена.

— Нет.

Улыбка Хаггерти становится шире:

— Теперь я чувствую себя неловко.

Ага, именно так оно и выглядит.

— Я не должен был забирать этот твой первый раз. Это неправильно. Я обещаю, что к утру избавлю тебя от этой операции. Я найду какой-нибудь способ, чтобы это случилось.

Его заявление должно было бы успокоить меня, но этого не происходит, потому что мне понравилось это чувство. Страх смешался с приятным ощущением — это странно приятно.

— Хаггерти?

— Да?

— А ты женат?

Он не отвечает.

Глава седьмая

Хаггерти солгал мне.

Он сказал, что найдет способ. Нет! Он обещал, что найдет способ вытащить меня отсюда утром. Но он этого не сделал. Наступил рассвет. Я его не видела, но Хаггерти рассказал мне о прекрасном дне на улице, когда он, наконец, вернулся домой поздно вечером.

Я весь день просидела в этой грязной, отвратительной квартире, не имея ни малейшего представления о том, когда выберусь из этой дыры. Почему у меня такое чувство, что я никогда не уйду? Как я переживу эту ночь?

— Я не женат, чтоб ты знала, — говорит Хаггерти, входя в спальню и доставая из чемодана футболку безразмерного размера и пару трусов. Я ловлю их, прежде чем они падают на пол. — Подумал, что должен ответить на твой вчерашний вопрос. Я не должен ничего рассказывать тебе о своей реальной жизни, но… Я кое-что тебе сообщил. Чувствую, что многим обязан тебе, учитывая, через что заставил пройти. А теперь готовься ко сну.

Я не верю ни единому его слову, потому что он также сказал, что сделает все, чтобы вернуть меня домой. Но он солгал об этом. Он лжет.

— Почему прошлой ночью ты спала на полу? — Хаггерти опускает брови. — Здесь есть кровать, на которой я буду спать рядом с тобой. Моя работа — защищать тебя. Вот так складывается ситуация. У Рэйва есть ключ от этой квартиры. После того, как ты появилась