Преследуемая квотербеком - Майра Стетхем

— Итак, никаких шансов на американо? — он ухмыльнулся, и я покачала головой.

— Но-ну если тебе д-действительно нужен кофе, я д-думаю, у меня еще есть х-холодный напиток, — черт бы побрал меня и мое заикание. Моя мама всегда говорила мне быть терпеливой к самой себе. Мои нервы и возбуждение в тот момент становились доминантными во мне, когда Джеймс подошел ближе.

— Кто п… — мой менеджер остановился как вкопанный и нахмурился при виде крупного футболиста, стоящего там и ухмыляющегося. — Мы закрыты, — он выпятил свою тощую грудь.

Джеймс просто пожал плечами.

— Это прекрасно. Я здесь ради нее, — мои глаза расширились, и мое сердце подпрыгнуло на ступеньку выше. Хотя в тот момент я понятия не имела, насколько быстрее может биться мое сердце. Джеймс Монтгомери здесь ради меня! После того, как поцеловал меня этим утром и принес мне завтрак?

В какую альтернативную вселенную я попала?

— У нее все еще рабочее время, — Кирк положил руки на свои худые бедра.

— Да. Я вижу это. Спасибо, — Джеймс просто улыбнулся и сел, закинув ногу на колено. Как будто он просто устраивался поудобнее и собирался прислуживать мне.

— Мила? — Кирк выругался. — Что, черт возьми, это такое… — Кирк больше не сказал ни слова. Не тогда, когда наше внимание переключилось на почти рычащего, бушующего Джеймса.

— Ты не смей так с ней разговаривать. Никогда, — просто выдохнул он. Мой взгляд опустился на его руку на колене. Его пальцы были белыми. Как будто он давил на них, пытаясь сдержаться. Челюсть Кирка сжалась и расслабилась.

— Мне нужно заняться расчетом заработной платы. Помой столовую и закрой также кассы. Сегодня вечером у меня нет времени на это дерьмо, — мои плечи поникли вперед, а спина заныла. Он только что передал мне то, что должен был сделать сам, удвоив мои обязанности по закрытию. Кирк потопал прочь, и я нахмурилась.

— Черт, — Джеймс провел рукой по затылку, когда подошел ко мне. — Я не хотел усложнять тебе жизнь.

— Почему ты здесь? — спросила я, игнорируя его извинения.

— Я сказал тебе, что увижу тебя сегодня вечером…

— Ты мог бы… мог бы пойти на вечеринку.

— Я хочу быть здесь, — я хочу быть здесь. Просто так мое глупое маленькое сердечко начало надеяться на большее. — Мне жаль, что я усложнил закрытие. Позволь мне помочь!

— Все в порядке, — я покачала головой, опуская глаза. Я так устала. Измученная. Я хотела потусоваться с Джеймсом сегодня вечером, как он и обещал, но мне пришлось рано встать, чтобы добраться до прачечной.

В нашем здании была такая же, но дешевле было пойти в ту, что в городе. Единственным недостатком было то, что если вы не добирались туда рано утром в выходные, вам приходилось ждать целую вечность.

— Ты сумасшедшая. Мне жаль.

— Тебе следует уйти, — вздохнула я, отводя взгляд. — Я не-не собираюсь выбираться отсюда в ближайшее время, — тихо сказала я, избегая его голубых глаз, когда я потянулась, чтобы взять полотенце и распылитель. — Может быть, мы сможем потусоваться в другой раз, — я сделала все, что могла, чтобы скрыть разочарование, которое испытывала, но это было трудно.

— Вот, — он взял его у меня, и мои глаза расширились, когда я поняла, что он переместился за прилавок.

— Что ты делаешь… Если Кирк увидит тебя…

— Он может поцеловать меня в задницу, — мои губы дрогнули от его уверенности. — Я поддержу тебя, — уверенно сказал он, сохраняя зрительный контакт со мной. — Несмотря ни на что.

Я собиралась спросить, что он имел в виду, когда услышала, как Кирк ворчит что-то сзади о том, что работает сверхурочно. Я не хотела быть рядом, чтобы вызвать его гнев по поводу вещей, которые были его ответственностью, когда он закончит. Мне нужно было поторопиться и закончить уборку. Кто я такая, чтобы останавливать Джеймса, если он хотел помочь?

Я хочу быть здесь.

— Ладно. С-спасибо, — я отпускаю баллончик с распылителем и полотенце. — Ты можешь опрыскать столы и стулья, может быть… может быть, поставить их наверх? Я подмету и вытру шваброй после, — он просто подмигнул, и я вернулась к чистке кофемашин.

К тому времени, когда все блендеры, кофейники и кофемашины были вымыты, а кассы подсчитаны и закрыты, я пошла за метлой, только чтобы понять, что Джеймс уже подмел. Он заканчивал мыть столовую, и я воспользовалась этим моментом, чтобы понаблюдать за ним.

Он был таким большим.

Сильным и грациозным.

Я хочу быть здесь. Его голос повторился в моей голове, и та маленькая надежда, которая рано ожила, казалось, расцвела. Он вмешался, чтобы помочь мне быстрее закрыться. У него был долгий день. Две тренировки и игра, о которой он упомянул, что они выиграли.

После всего этого он пришел помочь мне закрыться, потому что мой менеджер был ленивый бездельник.

Это было больше, чем что-то.

Это значило для меня все.

Во что бы я ни пыталась убедить себя поверить, когда дело дошло до Джеймса и того, чего он хотел от меня, начали исчезать.

Десять минут спустя я закончила и оставила взбешенного Кирка, который только хмыкнул, когда я попрощалась. Вместе мы пошли домой. Я попросила его рассказать мне об игре, и хотя я ничего не понимала в футболе, было что-то такое в том, как он рассказывал об игре. Игра за игрой. Он сделал это волнующим. Его азарт и явная любовь к игре были заразны. Это заставило меня захотеть посмотреть, что такое первый даун, и выяснить разницу между различными способами, которыми он забивал тачдаун.

Последний квартал нашей прогулки был темнее, чем остальные. Эта конкретная улица была плохо освещена. Это было то, к чему я привыкла, но он потянулся к моей руке и никогда не отпускал. Даже когда мы добрались до здания и подошли к моей двери.

— Хочешь прийти ко мне завтра? — спросил он. Я моргнула. Он хотел, чтобы я пришла. К нему домой!

— Ммм, ты, ммм… — моему лицу стало жарко. Может быть, я неправильно поняла? Собирался ли он сейчас вернуться домой? Он больше не хотел тусоваться?

— Дыши, чемпион, — он подмигнул, наклоняясь ближе. — Я просто хочу убедиться, что знаю, что увижу тебя завтра.

— У меня завтра выходной, — глупо поделилась я, и его улыбка стала шире.

— Проведи день со мной, — я хотела согласиться. Отбросить осторожность на ветер и провести с ним все выходные. Но напоминание о том, что мне нужно было постирать, сильно задело меня. — Что такое?

— Мне