Обретая тебя - Лена Хендрикс

Хани знала, что, когда я училась в колледже, я подружилась с Финном и в результате начала писать письма ветеранам вместе с остальным городом. Она также знала, что увидев несколько семейных фотографий, у меня появилась большая, высасывающая душу влюблённость в старшего брата Финна — Линкольна. Он был чертовски горяч, морской пехотинец, и было что-то в его густых темных волосах и сексуальной милой улыбке, что не шло ни в какое сравнение с впечатлительной девятнадцатилетней девочкой.

Я оставляла свои письма с Женским клубом Чикалу при каждом сборе денег, тщательно следя за тем, чтобы они знали, что оно адресовано Линкольну Скотту. Каждый день рождения, праздник, особый случай. Я тратила дни, иногда неделю или больше на написание писем. Я не хотела, чтобы это было стандартное письмо «Дорогой морской пехотинец» — я надеялась вдохновить его, поднять ему настроение, разделить с ним частичку дома.

Я знала, что есть большая вероятность, что он так и не получил некоторых писем — нам сказали, что почтовая служба работала с перебоями, и если войска много перемещались, много раз посылки терялись. Но после шести лет написания и ни одного ответа я списала это на безответную школьную влюбленность. Когда я уезжала из Чикалу Фолс после колледжа, я всё ещё оставляла письма во время сбора — старые привычки, я думаю.

Когда я услышала, что Линкольн был ранен в бою и возвращается домой, я была сдержано взволнована, но Финн был в восторге. В моей груди расцвел проблеск надежды, и я подумала, спросит ли он когда-нибудь обо мне, но этого так и не произошло.

Оттолкнув от себя обиду более молодой и наивной себя, я сосредоточилась на своем разговоре с Хани.

Я медленно вертелась в офисном кресле Финна — я зарегистрировалась в городском мотеле и пришла поговорить о предстоящей экскурсии. Я все еще беспокоилась о поездке, поэтому хотела узнать еще несколько подробностей. Финн еще не заходил в кабинет. Ожидаемо. Вероятно, он проспал.

Я откинулась на спинку кресла Финна, когда открытое окно впускало теплое летнее солнце, и думала, что сказать. На самом деле, я пробыла в баре всего несколько минут, прежде чем Линкольн исчез, но, черт возьми, когда я поймала взгляд Финна, Линкольн сидел за высоким столом, но когда я подошла, он уже стоял. Этот простой джентльменский жест сжал мое сердце — дурацкие гормоны.

Он выглядел не так, как на фотографиях, которые я запомнила. Его военная прическа отросла, а каштановые волосы были взлохмачены, как будто он провел по ним руками. Я не могла не представлять себе, как провожу сквозь них свои руки, чувствуя, как жесткая щетина на его лице трется о меня.

Не такой высокий и внушительный, как Финн, но годы службы придали Линкольну твердое и мускулистое тело, которое он сохранил за года, проведенные дома. Его темная рубашка тянулась через грудь так, что мне хотелось сорвать ее с него при первом же взгляде. А его руки? Боже, этой рубашке повезло, что она все еще была застегнута.

Мои бедра сжались, когда я подумала о том, как хорошо от него пахло, когда я сидела рядом с ним — чистотой, что-то вроде сосны, костром и мускусом. Только мужчина может сделать это приятным запахом. Я закрыла глаза, просто думая об этом.

— Конечно, он напряженный. Тихий. И Финн сказал, что ведет себя очень странно, но с ним все в порядке. Как бы… я не знаю. Холодный? Он ушел сразу после того, как я пришла.

Я попыталась сосредоточиться на сестре, а не на растущей влажности между ног, когда вспомнила, как мое колено задело его толстое мускулистое бедро. Я не могла не задаться вопросом, был ли он таким же толстым везде.

— Ой. Мой. Бог. Джоанна… Он знал, что это была ты? Он был горячим? Это действительно то, что я хочу знать… он был горячим?

— Да! Хорошо? Да. Он чертовски горяч! — крикнула я в воздух.

В этот момент дверь кабинета распахнулась и с грохотом ударилась о противоположную стену. Вздрогнув, я развернула стул, мой телефон упал на пол и отлетел от меня. Я чуть не повалилась на землю. Подняв голову, я оказалась лицом к лицу с Линкольном. Он протянул руку, чтобы помочь мне подняться, когда Финн неторопливо вошел в кабинет.

Я вложила свою руку в руку Линкольна и почувствовала, как лава течет прямо в моё ядро. Его руки были большими и грубыми, но он нежно сжал меня, помогая встать на ноги. Я подняла глаза и увидела его стальной взгляд, устремленный на моё лицо. Они были цвета морской волны с темно-синим контуром по краям. Моя грудь содрогнулась от резкого вдоха — такие девушки, как я, не привыкли к таким взглядам.

— Извини за это, — его глубокий голос прогрохотал сквозь меня, и я чуть не застонала. Днем он был еще красивее, и от этого у меня перехватывало дыхание.

— Прости, Джо! — голос Финна вмешался и вырвал меня из моих безудержных фантазий о Линкольне. — Собирайся, мы едем!

Я обратила своё внимание на Финна, который прошел через дверь, толкнув ее и проверяя, не осталась ли вмятина в стене, пока Линкольн всё ещё держал мою руку в своей.

Я перевела взгляд с Линкольна на Финна. Отведя руку назад, я разгладила футболку на бедрах и откашлялась.

— Эй, как жизнь?

— Давайте проведем небольшое исследование, — руки Финна раскрылись, словно говоря «та-да!».

Я просто смотрела на него, всё ещё думая о ощущении пальцев Линкольна в своей ладони, когда он отпускал меня.

Моргая и изо всех сил пытаясь прийти в себя, я посмотрела вниз.

— Гм… хорошо.

— Джо, какого хрена! — Финн рассмеялся. — Пакуй свое дерьмо! — не дожидаясь ответа, он вышел из кабинета.

За то десятилетие, что мы с Финном знали друг друга, «заниматься исследованиями» означало пропускать работу, чтобы вместе ловить рыбу. На самом деле это было похоже на исследование. Два года назад я приняла решение действовать в одиночку и с тех пор искала место, где можно было бы создать первоклассную службу рыболовных гидов. У Финна и Линкольна в качестве проводников была земля их семьи, так что он всегда присматривал за мной.

Я посмотрела на Линкольна, и он слегка подмигнул мне, прежде чем выйти вслед за своим братом за дверь. За его спиной я молча завизжала: о боже мой! Хани ни за что не поверит в это.

Вот дерьмо. Хани!

Оглядев пол кабинета, я нашла свой телефон.