Боевой маг при эстелийском дворе - Екатерина Сергеевна Бакулина

И, кажется, только глаза закрыла…

– Пора вставать, – Лес успел влезть и сейчас тянулся поцеловать меня.

Я с трудом открыла глаза, обняла его. Еще немного тишины и покоя…

– Там твое платье привезли, – сказал Лес. – Красивое. Но ты права, это точно не для дневного приема, это на вечер.

– Наверно, не стоило его вообще брать…

– Да брось! Стоило, конечно. Если дают красивое платье, отчего бы не взять. Ты с камзолом успела? А то я что-то уснул.

Я улыбнулась, чуть взъерошила ему волосы.

– Да, я все закончила. Вроде неплохо вышло.

Сейчас завтрак, а потому уже пора, такие встречи обычно назначают до обеда.

Лес пытался улыбаться мне, но я видела, как он волнуется. Да и я волновалась, что уж…

А у него шпага… Я даже не очень поняла, откуда и когда он ее взял. Но вот, приготовил, пока лежала на столе.

– Ого… – сказала я. – Откуда это?

– Здесь так принято, – пожал плечами Лес. – Вот магию в городе и уж тем более во дворце использовать категорически запрещено. Кроме бытовой. А холодное оружие разрешено и даже без него мало кто ходит, это часть протокольного костюма. Так-то убить шпагой боевого мага, да и любого стихийника – довольно сложно, это вполне безопасно, поэтому запрета нет.

– А ты умеешь? – осторожно спросила я.

Он весело усмехнулся.

– Конечно! Я же эстелиец, хоть и отчасти.

– И приходилось драться?

Он как-то так плечом дернул, что сразу стало ясно – приходилось.

– В Гринбее такие дуэли запрещены, но кого же это останавливает? И потом как-то разок случалось… но у нас это сложно. Да и мало кто из магов в Деларии владеет, в конце концов. А здесь – уметь драться это дело чести.

Вот уж радость мне. С другой стороны, в какой-то мере, это действительно безопаснее. Выпустить пар, если надо. Но будем надеяться, что до реальных драк дело не дойдет, и это действительно только часть костюма.

Что ж…

Камзол сел на мне отлично, словно изначально на меня шит. Я повертелась перед зеркалом, разглядывая.

– Красиво! – одобрил Лес. – Тебе идет! Надо тебе потом еще парочку своих такого покроя сшить.

– Парочку? Куда мне столько?

– Как куда? Впечатлять неокрепшие умы эстелийского двора! Давай медали доставай.

А вот медалей у меня оказалось больше.

Вернее, не то, чтобы заметно больше, но значимее. За Брайниц мне дали Алмазную звезду, это высшая награда. У Леса – Черная звезда, которую дают посмертно. Это само по себе выглядит довольно странно. А вот за лича нам с Лесом от императора дали по пурпурной звезде за мужество, а мне еще отдельно, от ордена паладинов – Небесный крест, за освобождение души. Мне даже казалось, что это несправедливо, мы ходили вмести, и только работая в паре смогли вытянуть, но мне дали больше. С другой стороны, от паладинов – это отдельная личная награда за конкретное действие. Тогда Лес только усмехнулся. «Чего ты переживаешь? Заслужила – бери! Это же ты его отпустила».

Вообще мы сейчас с Лесом довольно занятно смотримся. Он живой с Черной звездой, я некромант – с паладинским Крестом. Противоречиво.

Еще по одной пурпурной звезде на каждого за военные заслуги в разное время. Да и других хватает, поменьше… Я, честно говоря, подозреваю, что у Леса могло бы быть больше наград, но с его характером ему чего-то недодали. Впрочем, он явно за наградами никогда не гнался.

И сейчас разглядывал меня с таким довольным и чуть задумчивым видом.

– Что? – улыбнулась я. – Ты так смотришь.

– У меня невероятно героическая жена!

– Пф-ф, – я только фыркнула. – Сам такой.

Он засмеялся было, потом вдруг посерьезнел.

– Знаешь, каждый раз, когда вижу… Мне хочется думать, что больше наград не будет. Прости, я не в том смысле, что… ты… – он замялся, явно смущаясь. – Просто все это достается кровью. Очень хочется верить, что больше не придется так рисковать, что будет спокойно и легко. Я знаю, что не будет, и что никто из нас не сможет тихо сидеть дома. Даже ты не сможешь, не говоря уж про меня. Просто я боюсь за тебя, боюсь что тебе придется снова рисковать.

Совсем серьезно последнее, даже голос чуть дрогнул.

Я обняла, уткнулась ему в плечо. Звякнули медали.

– Ив… – Лес вздохнул, потерся носом о мое ухо. – Я хочу на всякий случай попросить… Если вдруг какие провокации… или я просто сам куда-то снова влезу, ты не пытайся меня защищать. Я лучше как-нибудь сам. Максимум вот отцу напиши, но сама никуда не лезь.

Я взяла его за плечи, чуть отстранилась.

– Ты думаешь, что провокации будут?

Он вздохнул.

– Все может быть. Тебе ведь красивое платье не просто так предлагают, какие-то планы у них есть. Явно не просто для того, чтобы тебя порадовать. Если вдруг кто-то начнет тянуть к тебе руки, я ведь и по рукам дам. Только в моем случае тут это довольно легко решается дуэлью на шпагах. А если как-то иначе… Если что, ты не вмешивайся. Ладно?

Вот тоже… Вот прекрасно! Он уже на дуэль собрался.

Но отступать уже поздно, нам пора.

Заехавший за нами Бернардо уставился на меня почти с ужасом.

– Сеньора! А как же платье?

Здесь так не принято. Но я и не эстелийка, и не собираюсь притворяться.

– Мы посоветовались и решили, что так будет правильнее, – улыбнулась я. – Все же, в первую очередь я маг, а уж потом все остальное.

– В первую очередь вы прекрасная женщина, – не согласился Бернардо. – Это ваш муж запретил? Как можно?

И гневный взгляд на Леса.

– Я сама так решила, – сказала я.

Бернардо поджал губы, что-то там соображая. Может быть, насколько допустимо появляться перед королем в таком виде.

– Вам что-то не нравится? – дернул бровью Лес и ладонь на рукоять шпаги положил.

Вот только давайте хоть сейчас без дуэлей! Это не тот повод.

– Нет-нет! – поспешил Бернардо. – Сеньора прекрасна! Но это так… необычно.

– Придется привыкать, – сказал Лес. – Такая уж у меня жена.

Бернардо, кажется, даже чуть-чуть дрогнул.

– А это… это все ваши медали, сеньора? Простите… я ничуть не сомневаюсь. Но это действительно серьезно. Согласен, с вами не стоит шутить, – и чуть нервно усмехнулся. – А это паладинский Небесный крест?

– Да, – сказала я. – За Кнепольского лича.

– Я что-то слышал… Убили