Повелительница бури для декана - Ясмина Сапфир

– Ты как? – заметив, что я открыла глаза, спросил Пайтон с особенной интонацией: нежной и очень заботливой, словно мы вместе.

Вместе? Я приподнялась и воззрилась на начальника.

– Нормально. Вроде бы вполне уже восстановилась. Как мы тут оказались?

– Я тебя перенес. Боялся оставить одну на лежанке. Ты первое время нервно спала. Дергалась, и норовила с нее упасть.

– И ты всю дорогу держал меня на коленях. А сам дремал сидя?

– Да. Страховал, – спокойно ответил он.

– Вот это начальство в вашей Академии! – смешливо начала я подзуживать Пайтона.

Он очень серьезно на меня посмотрел и тихо сказал:

– Мне кажется, я в тебя влюбился всерьез.

А потом притянул и страстно поцеловал. Я прикрыла глаза и решила забыть, что знаю этого мужчину считанные дни, что мы лишь недавно избежали ужасной гибели, и, возможно, эмоции все еще зашкаливают. Мне было хорошо, Пайтону тоже. Более, чем насколько я чувствовала. Моя рука лежала на его груди, и я ощущала как быстро колотится сердце мужчины.

– Ну? Как ваши дела? – в комнату заглянул Хант и выглядел он как-то иначе. Словно и у них с Дашей уже что-то сладилось. Следом в дверях появилась довольная и отдохнувшая мордашка сестры.

– У вас тут романтик? Или мы можем позвать вас на завтрак?

– А, что? Готова еда? – оживился Пайтон.

Я усмехнулась. Мужчины! Как же они просто устроены! Тем не менее, Пайтон все еще держал меня за плечо, как будто так и надо, так и положено. Не убирал руки и слегка прижимал.

– Да, Честер и Рейв расстарались на славу. Идемте. Перекусим и обсудим все на свежую голову.

– Когда прибудем в Академию? – уточнила я.

– К вечеру, – отозвался Хант.

Пайтон помог мне встать, хотя я об этом совсем не просила, придержал и всю дорогу до соседнего экипажа не отпускал мою руку. Хант и Даша тоже крепко держались за руки, так что, видимо, у них все уже на мази.

А спустя пару минут мы, действительно, пиршествовали.

Мужчины сделали бутерброды с нежной мраморной ветчиной, заварили крепкий черный травяной чай, кофе и какие-то еще местные напитки. Раздобыли свежие булочки с корицей и кунжутом и на местной плитке пожарили глазунью. Огромную – на всю честную компанию.

Хотя еда выглядела простой и банальной, но я с удовольствием уплетала за обе щеки, как и все остальные попаданки. Мужчины посматривали на нас и улыбались.

Невзирая на все, что мы пережили и что еще предстояло, настроение у всех было хорошее и даже вполне боевое. А еще… романтическое, как ни крути.

Глава 10

Ректор Моррис

Как назло, столичные активировались. И теперь каждый день связывались со мной, да не по одному разу, чтобы чопорно спросить – есть ли результаты.

Я неизменно в ответ спрашивал:

– А у вас? Хоть что-то сделали? Или снова на чужом горбу выехать пытаетесь?

После этого собеседник, кто бы он ни был – хоть Брюм, хоть главы других отделов – неизменно начинал юлить и мямлить.

– Мы же в одной упряжке. Все волнуются.

Надо же, теперь они волновались, а еще недавно снисходительно посмеивались и считали меня ненормальным, копающимся в грязном белье Древних.

– Если что-то узнаю – сообщу.

– Конечно, мы всегда на связи…

– Не вам. Лично императору.

– Ну что вы, ректор Моррис. Вы же должны понимать…

– Я понимаю, что вы отвлекаете меня от важных дел.

– Но…

– До свидания.

Выслужиться за мой счет не получится. Я не намерен играть в «передай через десятерых и дождись пока каждый из них надует грудь колесом и важно скажет, что это именно он такой умный и вообще без него все бы пропало». Хватит. Наигрался уже – столько лет впустую бился. Теперь все вопросы решались напрямую с Императором, и это многих раздражало.

Вот только на чужое раздражение мне плевать, потому что на кону стояло гораздо больше, чем чье-нибудь продвижение по службе и желание подняться за счет других. На кону жизни стояли. Много жизней.

– Едут! – радостно сообщила ЛИСА, и по стенам тут же побежали яркие, солнечные искры.

У меня самого так сильно екнуло где-то между ребер, что аж поперхнулся. А потом облегченно выдохнул.

Потому что ждал. Потому что боялся.

Отправив эту компанию на поиски черных туч, я места себе не находил, разрываясь на части. С одной стороны корил себя, что не отправился вместе с ними, а с другой – мне нужно было оставаться в Академии и разбираться с письменами, оставленными на древних камнях. Времени на игры и раскачку уже не осталось. Я чувствовал приближение ЭТОГО. ЛИСА тоже чувствовала и была начеку, сообщая обо всех тревожных знаках.

Увы! Находиться сразу в двух местах не под силу даже ректору, поэтому я сконцентрировался на камнях.

Нам удалось разобрать какие-то обрывки, отдельные фразы, но они не хотели складываться в общую картину. Словно буквы были правильными, а порядок этих букв – нет. Приходилось раз за разом продираться сквозь строчки древней вязи, но в конце неизменно ждал тупик. Это злило, и одновременно рождало в душе тревогу.

Что если не успеем? Что если не удастся разгадать послание Древних до того, как враг соберет силы и ударит в полную мощь?

– Как заедут во двор – тащи их всех сюда, – распорядился я.

Долго ждать не пришлось. Едва экипажи миновали центральные ворота, как ЛИСА перекинула всех ко мне.

– Ох ты, – выдохнула Альмира, цепляясь за Рейва, – нельзя же резко.

Она, да и все остальные выглядели потрепанными. Бледные, осунувшиеся, с просевшими резервами, но вроде целые и невредимые.

– Докладывайте.

Рассказ вышел сумбурным. То один говорил, то второй, то третий, то все хором, превращая доклад в слет взволнованных чаек. Я заставил их повторить трижды, прежде чем сумел вычленить главные факты из всего этого бедлама.

Мария оказалась права в том, что карта показывает те самые тучи, с которых начинается черных дождь – это хорошо. После дождя на поверхность вылезают гады – это плохо. Глазом тучи не увидеть, они могут подкрасться незаметно – очень плохо. Но проявитель их показывает – очень хорошо. У тварей есть предел, на который они могут удаляться от места пролива – хорошо. Величина радиуса, скорее всего, зависит от интенсивности дождя – плохо.

– А еще вот, – Мария ткнула пальцем в небольшую точку далеко на севере, – судя по прогнозам карты – эта туча будет