Предатель. Сердце за любовь - Лия Латте

Она молча кивнула, отведя взгляд. Кажется, поняла. Ее плечи поникли еще сильнее.

— Можете идти. — Я взял в руки бумаги, давая понять, что разговор окончен. — Отдыхайте. Вам нужны силы.

Она поднялась и почти бегом вышла из кабинета. Я проводил ее взглядом. Сложный инструмент. Эмоциональный, нестабильный, но пока – управляемый. Главное, чтобы она выдержала до конца. Оставалось совсем немного.

Я снова опустил взгляд на экран. Цифры размылись. Пальцы сжали ручку.

Запах её духов всё ещё витал в воздухе — лёгкий, спокойный, не броский. Лаванда. Или жасмин?

Чёрт.

Я отложил ручку, открыл новый файл отчёта. Эмоции — мусор. Они мешают. Нарушают темп. Их нужно выключать, прежде чем они выключат тебя.

Всё по плану. Всё под контролем.

Глава 13. Цена нового статуса

Ночь в гостевых апартаментах не принесла полного отдыха. Сон был беспокойным, прерывистым. Просыпалась от любого шороха, а когда засыпала, снились обрывки моих кошмаров – бледное лицо Максима, пустая шкатулка, злое лицо Игоря, холодные глаза Марка Орлова. Каждое пробуждение возвращало в реальность, которая казалась все более тяжёлой и абсурдной.

Но утро начиналось с Максима. Его палата теперь была светлее и просторнее, он сам выглядел намного лучше. Сидел, опираясь на подушки, с интересом наблюдал за медсестрой, которая проверяла его капельницу.

Его улыбка, его тихое «Мам…» были единственным настоящим и светлым в моей жизни сейчас. Я сидела рядом, держала его за ручку, читала ему детскую книжку, стараясь вложить в голос все тепло, которое еще оставалось во мне.

Мысли о Марке Орлове, о сделке, о предстоящих «формальностях» давили на грудь. Этот «жесткий» поцелуй и вчерашний разговор в кабинете не выходили из головы. Я была инструментом. Дорогим, наверное, но не более.

Где-то около полудня позвонил телефон. Номер незнакомый.

— Наталья Сергеевна? Это Александр Игоревич Кравцов, адвокат Марка Семеновича.

— Да, слушаю вас, Александр Игоревич.

— Марк Семенович просил меня подъехать к вам, чтобы обсудить некоторые вопросы, связанные с... хм... вашим новым статусом. Вам будет удобно принять меня сейчас? Где-то в клинике, например?

В клинике, где каждый шептался за спиной? Нет.

— Я сейчас пришлю вам адрес, куда лучше подъехать, — быстро ответила я, скинула звонок и тут же набрала сообщение.

Он ответил, что будет через полчаса. Я отложила телефон, чувствуя, как дрожат руки. Полчаса. Значит, это происходит прямо сейчас. Юридическое оформление моей новой жизни.

Судорожно добежала до квартиры и огляделась по сторона. Безупречно чисто, но совершенно безжизненно. Как гостиничный номер. Умылась, поправила волосы, надела самую приличную из тех немногих вещей, что успела схватить из дома.

Звонок в дверь прозвучал точно в назначенное время. На пороге стоял высокий, подтянутый мужчина средних лет в строгом костюме. Вид у него был внушающий доверие – спокойный, интеллигентный, в очках. Адвокат.

— Наталья Сергеевна? Александр Кравцов. Спасибо, что согласились принять.

Я провела его в гостиную. Он сел на диван, аккуратно поставив рядом портфель, и достал из него папку с бумагами. Я села напротив, ощущая себя как на экзамене.

— Итак, Наталья Сергеевна, — начал он ровным, деловым тоном, но в голосе не было жесткости, скорее... осторожность. — Марк Семенович посвятил меня в детали ситуации. Он оказался в непростом положении из-за завещания деда. Фонд – это дело всей жизни Арсения Павловича Орлова, и Марк Семенович искренне хочет сохранить его и развивать в том же направлении.

Он говорил о Марке без восхищения, просто как о человеке, который оказался в сложной ситуации. Это немного успокоило.

— Ваша... помолвка, — он слегка запнулся на этом слове, словно подбирая более мягкое определение, — это, к сожалению, необходимое условие, которое оставил дед в завещании. Условие довольно... старомодное, но обязательное. Иначе управление фондом перейдет к другим людям, чьи намерения, мягко говоря, вызывают опасения у Марка Семеновича.

Он говорил об этом так просто, словно это была обычная рабочая задача, а не сделка, перевернувшая мою жизнь.

— Моя задача – сделать все возможное, чтобы эта... ситуация, — Кравцов снова подобрал нейтральное слово, — прошла для вас с минимальными потерями. И максимально защитить ваши права, учитывая обстоятельства.

Он перевел взгляд на меня, и впервые в его глазах появилось что-то, напоминающее участие.

— Марк Семенович рассказал мне о ваших трудностях с бывшим супругом, — сказал он, понизив голос. — Ваша безопасность и защита прав вашего сына – это сейчас наш приоритет. Ваш новый статус... он, конечно, искусственный, но юридически он очень сильный аргумент в вашу пользу. Суд примет во внимание, что у ребенка появляется обеспеченное и стабильное окружение.

Слова о защите Максима прозвучали искренне. Впервые за долгое время я почувствовала, что кто-то, связанный с Марком Орловым, говорит со мной нормально, как с человеком.

— Мне... мне все равно сложно понять, — я набралась смелости задать вопросы, которые мучили меня с вчерашнего дня. — Почему всё так? Почему дед поставил такое условие? И... и кто эти "другие люди"? Кузен Марка?

Кравцов немного помедлил, словно решая, сколько информации можно мне раскрыть.

— Завещание Арсения Павловича довольно хитро составлено. Он, видимо, очень хотел, чтобы Марк... остепенился, завел семью. Ставил семейные ценности высоко. А кузен Марка, Станислав, давно имеет виды на управление фондом. И его методы... не всегда честные. Арсений Павлович, похоже, не доверял ему полностью, но и Марку без семьи не хотел оставлять полный контроль. Сложная семейная история, которая теперь отражается на делах фонда.

Он замолчал на время, видимо давая мне время на то, чтобы я переварила информацию, а затем продолжил:

— Для начала мы подготовили предварительное соглашение о намерениях. Здесь изложены основные пункты, подтверждающие серьезность ваших отношений для внешнего мира, и зафиксированы взаимные обязательства. Это стандартная процедура в подобных... нестандартных ситуациях. Похожий документ вы уже подписывали в кабинете у Марка Семёновича, соглашаясь на это всё, я просто дополнил и расширил договор.

Он показал на документ.

— Также, Наталья Сергеевна, потребуется организовать... официальное объявление о помолвке. Как мероприятие. Это необходимо для подтверждения перед советом попечителей и выполнения одного из пунктов завещания.

Вот оно. Официальная помолвка. Не просто статус, а целое событие. Фальшивое, для публики. Меня словно током ударило.

— Но... — я с трудом подбирала слова. — Но ведь... это же все... не по-настоящему? Нам